Спустя пятнадцать минут, когда рана была промыта и зашита, Яра прикрыла глаза и мягко прикоснулась ладонью к только что обработанной ране.
Павел почувствовал легкую щекотку и холод. Через минуту девушка отошла и улыбнулась ему.
– Вот и все. Первая кровь. Поздравляю.
– Спасибо, – Павел застыл, боясь пошевелиться.
– Не волнуйся. Я там немного помогла заживлению. Можешь спокойно возвращаться на плац, швы не разойдутся.
– И что ты сделала? – спросил он и покосился на рану.
Но все оказалось не так страшно, как он опасался. Шов выглядел почти зажившим, словно прошло много времени с момента ранения.
– Как это?
Яра рассмеялась и потрепала его по волосам. Но тут же отдернула руку.
– Извини, я по привычке. Так Никиту дразню. А твоя рана неопасная, так, царапина.
Она села за стол напротив Павла и подперла кулаком щеку.
– Нельзя знать всё. Вот и в магии есть много разных возможностей. Я, например, развивала дар целительства. Кто-то лучше владеет магией стихий, но и там свои сложности. У кого-то лучше огонь слушается, у кого-то вода. И так дальше. Есть магия оружия. Например, такие ведуны могут усиливать оружие магическим огнем или ядом. Очень полезная вещь, когда встречается демон, например.
– И как понять, что лучше развивать?
В больших синих глазах Ярославы заплясали озорные огоньки, и она снова рассмеялась.
– А почему люди выбирают разные профессии? Пекари, мельники, кузнецы? Так и в магии. Случай или к чему душа лежит.
Она покосилась на Оковы Магнуса и вздохнула.
– Сам поймешь, что ближе. Да и что получится лучше.
– Магия целительницы – полезная вещь, – Павел невольно прикоснулся к заживающей ране.
– И редкая. Мне повезло.
– А эта плетенка? – Павел коснулся ведьминой лестницы, которую сплела Яра. – Тоже из разряда целительства?
– Не совсем. Но ведь она спасла тебе жизнь. Верно?
– Верно. Кажется, я в большом долгу перед тобой.
Он посмотрел на девушку, словно впервые заметил и ясные глаза, и пухлые губки, и русые волосы, заплетенные в толстую косу. Смотрел, но перед глазами упрямо вставало другое лицо с удивительно зелеными глазами и рыжими непослушными волосами.
Но все это было в первый день, а сейчас Павел едва успел подставить палку, защищая голову, чуть отступил, перенес вес на другую ногу и ударил сам. Но Тита уже не было на том месте, а на спину Павла обрушилась палка учителя.
– Ничего, – сказал Тит с довольной улыбкой. – Теперь давай медленно. Я покажу, как ударил и почему ты получил по горбу. Подними палку… Вот так… Запомни, сейчас мы делаем медленно… Да не спеши ты, торопыга! Медленные движения войдут в твои мышцы, как масло в теплую кашу, закрепятся там. А уж потом ты сможешь сделать так быстро, как потребуется.
Рядом раздавался частый звонкий стук, это отрабатывали удары трое других учеников, а чуть в стороне звенели клинки – Серые Псы не сидели сложа руки между заказами.
– Волчонок, возьми Логана и иди ко мне, – крикнул Михей. – Работа есть.
Павел вернул меч в ножны и побежал за старейшиной, за ним спешил и юноша.
Михей поджидал их около ворот. Он похлопал по боку крепкую низкорослую кобылу, впряженную в телегу, и кивнул стражнику.
– Отворяй.
Рядом вертелся пес – сторож поселка, обнюхивал всех и недовольно поглядывал на кобылу.
– Волчонок, ты ведь знаешь, где мельница старого Панкрата? – спросил Михей.
– Да. Я там был.
– Значит, не заблудишься. Поедете к мельнику и возьмете десять мешков муки. Чтоб к вечеру вернулись.
– Ясно.
Павел с готовностью принял вожжи и сел на облучок. Логан залез на телегу и устроился с удобствами на мягком сене, покрывающем дно.
Кобыла легко бежала по дороге, но Павел то и дело подгонял ее.
– Куда спешишь? – не выдержал Логан. – Не убежит от тебя мельница.
Но Соболев торопился. Почти каждую ночь ему снилась рыжеволосая хохотушка, слышался ее звонкий смех. И он подгонял кобылу, сдерживая нетерпение.
На мельнице стояли еще три телеги, и мужики, обсыпанные мукой, таскали мешки. Павел не торопился. Он ждал за воротами, тем более места во дворе все равно не было.
Хорошо был виден огород Аниты, и сама девушка, рыхлившая саженцы. Рыжие волосы она заплела в косу и укуталась платком. Дул прохладный ветер – признак приближающейся осени, развевал пушистый кончик косы, и волосы сияли на солнце, как волшебное золото.
– Пойдем, поздороваемся, – весело предложил Логан. – Не к Панкрату же ты спешил.
– В другой раз, – Павел нахмурился и отвернулся от девушки.
– Что так?
– Мал еще, подрастешь – узнаешь.