– Так уж и по всему? – рассмеялся Павел, чувствуя, как в груди появилась теплая волна самодовольства.
Никита чутко прислушивался к словам друга. И сразу уловил изменение в настроении. Этого он и ждал.
– Конечно, – серьезно подтвердил он. – И все учителя в один голос твердят, что ты преуспел в воинских искусствах. Даже Сэб признает, что ты лучший.
Павел вздрогнул, как от пощечины, и поспешил согнать с лица самодовольную ухмылку. И чего он размяк, как мед на солнце?
Вспомнил угрюмое лицо Сэба и почувствовал привычное раздражение.
– Хватит на сегодня, – буркнул Соболев. – Спать пора. Ярослава говорила, что на задание мы с Логаном сейчас не можем пойти. Мы подождем.
Никита едва не швырнул пояс об пол. Не вышло! А он надеялся, что сумеет расположить Павла к себе. Немного лести, легкая подачка в виде долгожданного предложения, – и они снова друзья.
– Как хочешь, – он отвернулся, чтобы скрыть недовольство. – Позови Логана, а то он всех перебудит своим топотом.
В очаге весело потрескивало пламя. Стрельнуло полено, выпустив фонтан искр, но сидящая около очага женщина даже не моргнула. Она смотрела в темное окно пустым взглядом, равнодушная ко всему на свете. Спутанные, давно не чесанные волосы лежали на плечах и спине и напоминали свалявшуюся овечью шерсть.
Она сидела на лавке, выпрямив спину и сложив руки на коленях.
За окном мелькнула тень, донесся хруст снега под чьими-то ногами. Женщина подняла пустой взгляд и посмотрела на вошедшего человека, но разглядеть его не смогла. Гость застыл у порога во мраке.
– Зачем ты пришел? – устало спросила женщина. – У меня больше ничего не осталось. Ты забрал всё.
– Осталось еще одно, – ответил гость. – Твоя жизнь.
На бледном лице женщины появилась тень улыбки, осветила когда-то красивые черты и погасла.
– Ты давно забрал ее.
Гость вытянул руку к свету.
– Ты не уберегла своего подопечного, Сильвия, не выполнила условия сделки.
На вытянутой ладони вспыхнула яркая искорка, затрепетала, словно от сильного ветра.
Женщина закрыла глаза и всхлипнула. По щекам потекли слезы. Гость сжал ладонь, по комнате разнеслось шипение, и между сжатых пальцев просочился дымок, потянулся к потолку, поблек и растаял.
Женщина вздрогнула и посмотрела на ладонь гостя, но в больших глазах словно погасла жизнь. Они казались пустыми и холодными, как у сломанной куклы.
Что-то сверкнуло, и женщина без звука сползла на пол и застыла, глядя в потолок мертвыми глазами. В горле торчала рукоять ножа.
Павел открыл глаза и сжал горло, словно боялся, что обнаружит тот самый нож, который ему приснился. Сон казался слишком реальным. Он до сих пор ощущал запах смолы от горевших поленьев в очаге.
– Не спится? – усмехнулся Никита и поглядел на него мутными со сна глазами. – Не передумал? Может, пойдешь с нами?
– Нет, – Павел встал и торопливо оделся. – Есть хочется, – признался он. – Пойду на кухню, а то начну грызть стол.
– Ну-ну, – усмехнулся Никита, – приятного аппетита. Смотри щепками не подавись.
Логан зевнул и смачно потянулся.
– Рано еще, а вы не спите, – недовольно пробурчал он. – Хоть раз дали бы выспаться.
– Вставай, – Никита глянул в спину выходящему Соболеву и усмехнулся. – Вы с Волчонком стали большими друзьями, как я погляжу. Наверное, не останетесь в нашем прайде?
– И что? – настроение у Логана сразу испортилось, и он рывком сбросил теплое одеяло и торопливо принялся одеваться. Как же не хотелось вылезать из тепла постели! В комнате было прохладно, Ярослава только-только растопила остывшую за ночь печь, и гудящий за окном ветер уже не казался таким страшным. – Скоро весна. Мы пройдем последнее испытание и станем такими же Серыми Псами, как все.
Никита хмыкнул и вышел в общую комнату.
Вдруг размеренную жизнь поселка разорвали крики людей, звериный рык и визг. Логан, Никита и Ярослава переглянулись и бросились на улицу. За спинами собравшихся людей ничего не было видно, и молодые люди стали пробираться вперед. Логан первым выбрался в первые ряды и пораженно замер. На земле лежал Соболев, а над ним высился Михей и отчаянно избивал его.
Голова парня моталась из стороны в сторону, правый глаз заплыл и не открывался. Кровь была повсюду.
А в стороне сцепились звери. Черный волк, оскалившись, нападал на ястреба и рысь. Клочья шерсти и перья кружились над рычащим и воющим клубком.
Лишь демма-пес, охранник поселка, не участвовал в драке. Он сидел в стороне и равнодушно смотрел на людей и зверей.
– Стойте! – закричал Логан, но его никто не услышал. Голос юноши потонул в яростном рыке зверей и криках людей.