Логан посматривал на толстые хвосты драконов, которыми они нервно били из стороны в сторону, и захотел оказаться подальше от летающих ящеров, выдыхающих огонь.
Чья-то рука зажимала рот Логана, руки и ноги прижимали к полу.
Он открыл глаза и в утреннем свете увидел, как троица щербатых окружили его и крепко держат. Тощий Латек осклабился и ударил парня в бок ногой. Логан замычал, удар пришелся прямо в рану, едва успевшую затянуться.
Его товарищи, имена которых парень так и не узнал, захихикали.
– Это тебе на завтрак, – прошипел Латек и, не замахиваясь, врезал ногой.
Логан замычал, вырываясь и яростно сверкая глазами.
Стукнул засов ворот, и щербатые бросились врассыпную.
– Вставайте, крысы! – раздался привычный окрик Уро.
Рядом сонно замычал Ремми и поспешил встать, привычно не успевая увернуться от копий надсмотрщиков.
Логан пробурчал проклятие и поспешил за невольниками на улицу. Щербатые давно испытывали его терпение. И когда только успевали придумывать разные гадости? То наплетут на него с три короба Уро, и ему приходится оправдываться, то толкнут исподтишка, а то и попросту вот так нападут, пнут пару раз и бросятся в стороны, как тараканы от хозяйского тапка.
Сонный Ремми покосился на веселую троицу и сплюнул. Он тоже старался не ввязываться в драки, справедливо полагая, что расплата слишком велика.
– Эй, парень, – шепнул он Логану, когда невольников выстраивали перед бараком. – Все хотел спросить. У тебя не осталось никого, кто хотел бы помочь? Ты совсем один?
– Ты к чему спрашиваешь? – поглядел на унылую физиономию бородача и усмехнулся. – Я уже не жду помощи ни от кого, Ремми. Единственный, на кого могу надеяться – это я сам.
– Ты изменился, – проворчал бородач. – Обычно люди здесь либо ломаются, либо крепчают.
Посмотрел на исхудавшего парня и добавил:
– Не телом, конечно.
Вздохнул и добавил тихо:
– Жаль мне тебя, парень, сильные люди уходят в Локрус первыми.
Как-то уже под вечер Логан заметил странных посетителей. Двое высоких людей, одетых в длинные одеяния, прошествовали в маленький домик главного надсмотрщика. Странным было то, что одежда казалась во всем слишком. Слишком теплой и тяжелой для такого жаркого дня, слишком черной и слишком чистой, несмотря на пыль, кружащуюся в воздухе. И держались посетители слишком надменно. Даже в этом был перебор.
– Кто это? – подпихнул Логан бородача Ремми. Тот бросил тележку, выбросив содержимое в выгребную яму, и вытер пот со лба. Едва он увидел посетителей, от ужаса чуть не упал.
– Ох, опять они…
– Кто это? – снова спросил парень.
– Не болтать! – рявкнул надсмотрщик. Логан вернулся к работе с удвоенной энергией. Он уже знал, что Уро отличался особенной жестокостью и любил за малейшую провинность хвататься за кнут. А уж как Уро управляется с кнутом, знали многие. Логану пока везло, и он не попробовал на себе мастерство надсмотрщика, но искушать судьбу не стоило. От ударов Уро, рассекавших спины до кости, многие невольники теперь носили следы, оставшиеся на всю жизнь.
Уро следил за ними, как коршун за добычей, отмечал малейшую лень. И невольники под таким наблюдением старались работать как можно лучше.
В тот день Логан больше не видел странных посетителей.
А ночью, когда невольников загнали в барак, парень подошел к Ремми. Он сел рядом с бородачом и спросил:
– Знаешь тех людей? Кто они такие?
Ремми открыл глаза и недовольно засопел.
– Тебе-то что? Чего привязался? Ну, люди и люди.
Логан усмехнулся, понимая, что бородач ответит. Логан прекрасно умел разбираться в людях, уж этому-то его научила жизнь.
– Они вернутся завтра, – пробурчал Ремми. – Когда будут ходить и смотреть на нас, ты прячь глаза, смотри куда угодно, только не на них. Глядишь, и уцелеешь.
Логан удивленно поднял брови, и Ремми снова засопел, но ответил:
– Я не знаю, кто они такие. Сам встретил впервые, когда оказался здесь.
– И давно?
– Скоро год будет. Так вот, они приходят за день до полной луны. Выбирают одного из невольников и уводят.
Бородач вздохнул. Люди, сидящие вокруг, мрачно отворачивались и испуганно вздрагивали.
– Той же ночью мы слышим крики. И скажу я тебе, парень, что так кричат только перед смертью… Аж мороз по коже после такого… А потом рев, от которого дрожат стены. И той ночью из домов не выйдет никто, хоть заплати шапкой золота.
– Так что же происходит? – шепотом спросил Логан, поддавшись всеобщему страху.
В ответ Ремми отвернулся, положил под голову горсть соломы, и вскоре послышалось громкое сопение.