Он приведет Хранителю много одаренных учеников. Игнатиус поймет: они представляют собой не меньшую ценность, чем «шестиступенчатый» Избранный.
Дионий наметил для перемещения первую нить, но не успел призвать огонь, как луч оборвался и погас.
«Он что, прямо сейчас умер?» — скептически подумал Дионий, но решил удостовериться.
Он успел определить точку на Земле, куда вела нить, и последовал за ней.
Сарагоса, Испания.
Имя «Фидель» переводится как «верный» или «преданный». Фиделю это не нравилось. Он старался не привязываться к людям, хотя на самом деле был очень общительным. Фидель всегда носил с собой пистолет — с оружием ему было как-то спокойнее.
Свою Силу мальчик открыл внезапно. Ему тогда было семь лет: привычный путь до школы был перекрыт — и Фиделю пришлось идти другой дорогой. Он вышел к заброшенному дому и в тот день прогулял уроки, чтобы полазить внутри красивого, но разрушенного особняка.
Проваливающиеся лестницы, двери, сорванные с петель, дыры в стенах, забытая люстра, пыль, доски и строительный мусор на полу. Все это очень понравилось Фиделю. Он думал о том, какой красивый это был дом, прошел по всем этажам, заглянул во все комнаты: в одной из них была двухспальная кровать, покрытая мхом, в другой висело большое зеркало, на чердаке водились пауки. Чувствовалось, что раньше здесь жили небедные люди: практически вся мебель была оставлена, как будто дом покидали в спешке. На кухне валялись вросшие в деревянный пол вилки и ложки, на покосившемся столе стояла прогнившая кастрюля.
Фидель провел в доме весь день, внимательно рассматривая каждую сохранившуюся деталь. Он хотел воссоздать в своей голове богатое убранство особняка и узнать, что случилось с прежними хозяевами.
И под вечер ему это удалось. Причем буквально.
Фидель уже хотел идти домой, но прощальный жест (мальчик просто прикоснулся к стене) изменил абсолютно все. По дверной коробке медленно растеклась искрящаяся волна, поднимая из пола щепки и как будто всасывая их в себя, покрывая дверные косяки краской и лаком, возвращая все на свои места. Фидель испуганно отдернул руку и отполз назад. Дерево перед ним потемнело, приобрело благородный красный оттенок. Хлопнула, закрывшись, входная дверь.
Фидель встал и обернулся. Волна распространилась по всему дому: вставила доски в полы, побелила потолок, поблекшие бутоны распустились на обоях красными цветами. Ярко зажглась люстра. Откуда-то прилетела мебель. Перед лицом Фиделя туда-сюда сновали люди. Они ходили как в обратной перемотке — спинами вперед, между правым и левым проходами, поднимались и спускались по лестницам, здоровались и прощались друг с другом, и иногда по обрывкам объятий было непонятно, что именно они делали в этот момент. Фидель увидел внутреннюю жизнь здания. То, что никто никогда не видел, то, что было скрыто от человеческих глаз по ту сторону двери: крики, примирения, поцелуи и ссоры молодеющих с каждой минутой людей. Перед Фиделем пронесся обрывок утерянной истории — и сразу исчез. Мальчик был один.
Прикосновения Фиделя хватило на то, чтобы вернуть дом к состоянию вековой давности — он стоял в новеньком, только что обустроенном особняке, в нос бил запах свежей краски. Хозяев не было.
Фидель выбежал из здания — оглянулся. По улице ходили группы людей — это были бастующие. Одни размахивали плакатами, другие кричали лозунги и проклятья, адресованные политическим партиям.
Что происходит? Куда он попал? Фидель перешел оживленную улицу и уперся в старика с длинной бородой.
— Ты не из этого времени, — сказал старик, осматривая рюкзак за спиной мальчика. — Я знаю твой дар — Стихия Земли сильна, и со временем она сделает сильным и тебя. Но я не могу взяться за твое обучение. И верну тебя в твое время.
Больше старик ничего не сказал. Фидель не успел ничего спросить — он просто снова очутился у развалин дома. С того времени он начал заниматься собой, поняв слова старика о силе буквально: он тренировал выносливость в бассейне, ставил удар, занимаясь боксом, качался в тренажерном зале, наращивая мышцы. И это помогало.
И вот ему исполнилось восемнадцать. Он научился управлять своим даром. Года тренировок позволили ему с точностью определять время, в которое он хотел попасть. Фидель думал, что все пережившие свое время великие строения предназначены именно для него. И однажды он до них доберется — посетит египетские пирамиды, дотронется до построек майя, нырнет на большую глубину, чтобы восстановить древние затопленные города.