Фидель расценил движение движение девушки как свидетельство величайшего восторга из-за знакомства с ним. На самом деле он уже делал так — пытался представиться, но в общей толпе его не заметили. Испанского языка не знал никто. Аланжелита слегка улыбнулась, вспоминая, как никто не обратил на Фиделя внимания.
— Мой амулет — пистолет, — сказал он более серьезно, отводя в сторону полу куртки. В подмышечной кобуре пряталось внушительное оружие. Энди стало не по себе. Фидель подумал и зачем-то добавил: — Беретта.
Возникшую паузу нарушил звонкий голос Аланжелиты.
— Ух ты! А можно мне пострелять?
Фидель посмотрел на гречанку.
— Нет.
Аланжелита, дурачась, капризно надула губки:
— Ну, и не надо, — сказала она и без перехода продолжила: — А у меня вот бусики, — она оттянула пальцами нитку с жемчугами, обвитую несколько раз вокруг шеи, — я тебе тоже не дам их поносить. — Аланжелита обежала глазами присутствующих и впилась взглядом в Алексея: гордость ее была задета. Он не ответил ей, когда языковой барьер еще не был снят, хотя она безошибочно определила, что он знает английский.
— А какой амулет у тебя? — Аланжелита не поняла: спутала ли она планы Алексея, сыграла ли ему на руку или использовала свой дар убеждения, но юноша безропотно вытащил из кармана свой амулет — пентакль. Кулон со звездой, заключенной в круг, — символ пяти Стихий — крутился из стороны в сторону на черном шнурке.
— Я знаю, что это! — воскликнула Аланжелита, которая стала вспоминать все прочитанные ею книги про Стихии. — Этот предмет принадлежал самой Пандоре!
Дионий слегка вздрогнул от упоминания этого имени. Он незаметно отступил на шаг назад, чтобы лучше видеть их — взволнованных, удивленных, помрачневших, презрительно равнодушных. Всех!
— Таких сувениров на рынке тысячи, — буркнула Велена.
— Там должен быть какой-то отличительный знак? — Зак тоже не поверил.
— Пять небольших камней, выложенных по кругу, — сказал Алексей, демонстрируя всем амулет. — И центральный камень — символ, объединяющий все Стихии, могущественный артефакт.
Дионий смотрел очень внимательно: Энди и Юан Синг были равнодушны — они видели амулет вчера. Аланжелита восхищалась. Кристиан был явно удивлен, его пальцы быстро перебирали чистые странички разговорника. Фидель смотрел как будто в никуда, но краем глаза следил за происходящим. Удивленный Зак простодушно взъерошил волосы. Сам Алексей, кажется, был доволен произведенным эффектом. Что ж, мальчик тщеславен. Не стоит его винить.
Игнатиус негромко хлопнул в ладоши.
— Прекрасно. Теперь мы стали ближе друг к другу. Вы можете пойти отдохнуть в свои комнаты. Или посидеть в библиотеке на третьем этаже.
— Может, мы пойдем в тренировочные комнаты? — предложил Алексей; Наставник так много рассказывал ему о них, что ему хотелось поскорее испытать себя.
— Похвальное нетерпение, — мрачно оценил Дионий, отрывая взгляд от амулета Пандоры.
— Мы должны распределить комнаты! — требовательно произнесла Аланжелита.
— Вы этого еще не сделали? — удивился Игнатиус. — Какие-то трудности? — он приподнял бровь.
— Мы не знаем, кто с кем будет жить, — встрял в разговор Зак. — Я хотел бы отдельную комнату.
— Я тоже хочу отдельную комнату! — Фидель поднял руку и тут же опустил ее под насмешливым взором Аланжелиты. — Я подумал, тут так и делается: кто первый сказал, тот и получил комнату, — пожал он плечами.
— Тогда оставшиеся мы четверо: я, она, — Аланжелита посмотрела на Велену, — и они, — она кивнула на Аашита и Кристиана, — должны жить в одной комнате? — на последних нотках она повысила голос.
— Разделим комнату напополам, — предложила Велена. — Одна часть наша с Кристианом, другая — ваша.
— Что за бред вы несете? — взвизгнула Аланжелита.
— Ты можешь жить с ней, — предложил Фидель и показал на Энди; ему казалось, девушки подружатся.
— А она будет жить одна в комнате с двумя парнями? — Аланжелита вновь посмотрела на Велену, казалось, за нее она беспокоилась больше, чем за себя. — Ты думаешь вообще?!
— Все, все, пойдемте, — Игнатиус выставил вперед руки, прекращая спор, — разберемся на месте, — и он направился на второй этаж.
Велена дождалась пока все выйдут — за Хранителем последовал даже Дионий. Только Кристиан медлил у порога.
— Знал, что ты останешься, — слова Кристиана нисколько не удивили Велену. — Видела, как он самонадеянно хвастался своими знаниями? Я думал, что лопну от смеха.