— Тацуми-сан, — задумчиво обратился ко мне Хисока, когда я в очередной раз появился в его палате, — я хочу вам кое-что рассказать.
— Слушаю внимательно, — по тону голоса Куросаки-кун я понял, что грядёт нечто неприятное.
Так и оказалось.
— Вчера мне позвонил отец и сказал, что Вада-сан исчез. Он покинул Токио, а в Камакуру не вернулся. Слуги заявили в полицию. Поиски продолжаются уже три дня, пока безрезультатно. Но не это главное, — ярко-зелёные глаза пристально всматривались в моё лицо. — За день до его исчезновения Асахине приснился кошмар. Рассказать, какой?
— Если хочешь.
Надеюсь, я удачно разыграл спокойное внимание.
— Будто бы Вада-сан признался Асахине, что она обладает магическим даром, и из-за этого ею заинтересовались демоны. Если бы моя кузина вышла за него замуж раньше, он бы спрятал её и Моэку, и никто бы не догадался, где их искать. Но поскольку Асахина уехала за пределы Камакуры, куда сила Вады-сан не распространялась, он не сумел их защитить. Теперь единственный способ спасти обеих — провести какой-то ритуал, но для этого надо покинуть Токио. Асахина испугалась и попыталась убежать. Вада-сан её догнал, сильно избил, а потом притащил в страшное холодное подземелье, а сам вдруг превратился в седого старика.
— В старика?!
— Это же сон. Слушайте дальше. Асахина не могла ни пошевелиться, ни позвать на помощь. Вада-сан вдруг достал нож и собрался напасть на Моэку, но в этот миг откуда-то появились вы.
Боги, дайте мне сил выдержать это!
— Вы попытались остановить Ваду-сан магией, напоминавшей колышущуюся в воздухе тьму … Вдруг Вада освободился и бросился к Моэке. Однако на его пути возникла красивая женщина. И она безо всякой магии, голыми руками остановила Ваду-сан.
«Да-да, конечно. Голыми руками», — невольно пронеслось в голове.
— Вада-сан и с ней справился и едва не убил её. Тогда вы выхватили кинжал, кинули в Ваду-сан, и он умер.
— Действительно, кошмар.
Наконец-то, можно выдохнуть и расслабиться.
— А почему вы нервничаете?
— Всё так ясно представилось! Надеюсь, твоя кузина в порядке? Я бы после такого сна не скоро в себя пришёл.
— Её уже лучше, спасибо, но странно другое: в квартире Асахины наутро обнаружились настоящие следы крови. Откуда, как вы считаете?
— Даже не догадываюсь, — я пожал плечами.
— Кровь обнаружилась именно в том месте, где Асахину ударил Вада-сан. Во сне, — выразительно прибавил Хисока.
— Но если бы это случилось на самом деле, на лице твоей кузины остались бы следы побоев, разве нет?
Лучше бы я помолчал.
— Откуда вам известно, что Вада ударил её по лицу? — подозрительно спросил Хисока.
Поняв, что прокололся, я стал лихорадочно соображать, как вывернуться.
— Я сразу почему-то представил это! Сам удивляюсь. Неужели угадал?
— Как ни странно, да. Возможно, вы видели тот же сон, что и Асахина?
Точно меня подозревает. Ему бы в полиции работать…
А я? Неужели за столько лет не выучился убедительно лгать? Правда, надо отметить, будь кто другой на его месте, мне было бы проще притворяться.
«А, собственно, почему? — спросил я сам у себя. — Ведь это не тот юноша, которого я знал. Я ничем с ним не связан! Какая мне разница, лгу я ему или нет?»
— Сам посуди, как я мог видеть тот же сон? — уверенно заговорил я. — Это совершенно невозможно. Я не ясновидящий. Да и всему происходящему можно найти разумное объяснение. Надо просто подумать.
— Я подумал, — хмуро проговорил Хисока, — и вспомнил, что вы недавно интересовались отношениями Асахины и Вады-сан. Почему?
— Обычное любопытство. Да и лишний предлог позвонить тебе.
— Вы … серьёзно?!
Он так обрадовался, что я почувствовал себя законченным подлецом. Парню явно не хватает отцовской любви. Господин Нагарэ, вы эгоист!
«А я лжец и покойник. Прекрасная компания для юного мальчика!»
— Дайте руку, — внезапно попросил Хисока.
Я вздрогнул. Отказ был бы равнозначен признанию вины. Волнуясь, я выполнил его просьбу, представив себе чистый лист бумаги и молясь, чтобы это сработало.
Хисока поспешно схватил мои пальцы и сразу впился в меня встревоженным взглядом.
— Вам сейчас очень больно. Вы сильно страдаете. Почему?
«Потому что вынужден лгать тебе, малыш…»
— Неприятности на работе.
— Неправда.
— Это очень личное.
Его хватка стала крепче.
— Скажите. Я ведь никому… Честно!
В худший переплёт я ещё не попадал.
— Тацуми-сан… Я, правда, никому! Даже под пытками, даже если это действительно были вы, мне не важно! Клянусь!
Я осторожно высвободил руку.
— Довольно. Прекрати выдумывать чепуху.
— Почему вы мне не доверяете?!
Обманывать и притворяться — так до победного, носить маску — так целую вечность. Я наклонился и ласково обнял его.
— Поверь, мне нечего скрывать!
Неожиданно Хисока обвил меня за шею здоровой рукой и тесно прижался к моей щеке. Я слышал, как колотится его сердце.
— Только не пропадайте, — зашептал вдруг он мне на ухо. — Можете ничего не рассказывать о вашей жизни и о вашем прошлом, только не пропадайте совсем. Пожалуйста!
Что-то ёкнуло внутри от того, каким тоном были сказаны эти слова.
Кто знает, что случится через полтора года. Вполне возможно, я именно «исчезну совсем» ради того, чтобы подарить Цузуки свободу.
— Не пропаду.
Я ощутил, как Хисока тяжело вздохнул, уткнувшись в моё плечо.
— Ты пришёл?!
Невероятное счастье. Оно есть, а в следующий миг, возможно, исчезнет. И я даже боюсь просить у судьбы чего-то большего. Вдруг она заберёт его совсем?
— Не ждал?
Он ещё спрашивает! Да весь предыдущий день я падал в бездну отчаяния и возносился на небеса надежды миллионы раз. И проклинал себя за слабость.
— Я постоянно тебя жду.
Хочу целовать его жадно, исступлённо. Но вдруг он отстранится и сделает вид, будто ничего не было? Вдруг больше не захочет таких отношений? Или не вспомнит, что они вообще имели место?
— Ты не против, если мы зайдём сегодня в бар?
Непривычно. Раньше он боялся находиться среди людей.
— Ничуть. Но как же магия Ока?
— Лилиан-сама сказала, что ты помогаешь ей контролировать амулет, пока она учится управлять Тенями. Наверное, если мы проведём несколько минут в спокойном месте, ничего не случится? Ты сумеешь остановить тьму, если она захочет завладеть моим сознанием?
— Приложу все силы! — клятвенно пообещал я.
— Позволишь взглянуть на Око?
— Ты разве его никогда не видел?
— На тебе — ни разу.
Не знаю, как я не оборвал все пуговицы, расстёгивая рубашку.
Асато провёл ладонью по рукояти кинжала, медленно коснулся каждой грани лезвия, обвёл указательным пальцем вокруг замерцавшего аметиста, задевая мою кожу. Я закусил губу, чтобы не застонать.
Цузуки разглядывал амулет, а мне казалось, что он смотрит исключительно на меня, и часть тела, неподвластная воле, постепенно наливалась предательской тяжестью. Ещё немного, и я не смогу выйти из дома и появиться в приличном обществе.
Словно подслушав эту последнюю мысль, Асато начал медленно приводить мою одежду в порядок. Я разочарованно выдохнул. Что ж, бар — так бар. Всё равно мы отправимся туда вместе.
Кинжал снова был надёжно скрыт от чужих глаз, а Цузуки коснулся моего плеча.
— Сегодня моя очередь удивлять тебя.
Мы открыли белую тяжёлую дверь и вошли.
Золотистый полумрак скрадывал фигуры немногочисленных посетителей. Стены и потолок помещения были оклеены постерами, вдоль и поперёк исчерканными автографами знаменитых исполнителей: Билли Джоэла, Рэя Чарльза, «Роллинг Стоунз». Из динамиков тихо и неторопливо лилась джазовая мелодия.
— Где мы?
Если Асато собирался меня удивить, ему это удалось.
— Неужели ты здесь никогда не бывал?
— Нет.
— Это «Джордж», знаменитый с 1964 года мини-бар в Роппонги. Впрочем, не такой уж маленький…
— Привет, красавчик! — громко окликнула Цузуки пожилая барменша, выходя из-за стойки и оглядывая моего спутника с головы до ног. — С ума сойти, Асато!!! — возопила она вдруг, кидаясь ему на шею и порывисто стискивая в объятиях. — Не чаяла тебя снова увидеть! Ну, рассказывай, куда сгинул, полуночный бродяга?! Я ж переживала до смерти! Хоть бы предупредил, прежде чем бесследно исчезать!