— Ты дал мне клятву духа-хранителя! — поражённо воскликнула она. — Почти слово в слово!
— Стало быть, теперь у Лилиан Эшфорд появился второй защитник, хочет она того или нет, — я нежно провёл пальцами по её волосам. — Разве моя леди против?
Она улыбнулась и доверчиво приникла ко мне, а я понял, что отныне в моей жизни появилась первая женщина, ради которой я готов на любой отчаянный поступок.
В ту ночь я опасался, что долго не смогу уснуть, однако почти сразу провалился в глубокий сон без сновидений.
Сигнал мобильного заставил меня подскочить на месте и некоторое время непонимающе озираться по сторонам. Наконец, я подхватил телефон и увидел новое сообщение: «Куросаки Хисока в опасности».
Невероятно! «Нулевой номер». Лилиан забрала Око, но, видимо, моё прежнее соглашение с этой штуковиной ещё в силе?
Я заметался по комнате, лихорадочно одеваясь и на ходу соображая, как действовать дальше. Во-первых, куда телепортироваться? Только хозяйка способна приказать Оку, чтобы оно уточнило, где…
«Чёрная «хонда аккорд» возле расписанного красным граффити «до дзюнкай» на Омотэсандо, — высветилось на экране мобильного, словно в ответ на мои мысли. — Возьми значок и удостоверение. У тебя мало времени!»
Без лишних вопросов я выгрёб из ящика стола упомянутые предметы, оставшиеся на память от камакурского расследования, и телепортировался на Омотэсандо, приказав Теням рассредоточиться по округе и искать сдаваемое внаём жильё, где стены расписаны красным граффити, а поблизости припаркована чёрная «хонда». Не прошло и минуты, как Тени сообщили, что нашли описанное место, и потянули меня за собой.
Передние колёса машины были вывернуты так, словно хозяин собрался уезжать, но в последнюю минуту раздумал. Блестящий капот почти упирался в стену, бездарно размалёванную кричащими красками. На переднем сиденье «хонды», уронив голову на руль, спал водитель. Позади за тонированными стёклами, царила кромешная тьма.
На первый взгляд, ничего подозрительного. Будь я обычным прохожим, мог бы пройти мимо, однако я был уверен, что Око просто так не просигналило бы об опасности, и попросил Тени показать происходящее на заднем сиденье. Стекло автомобиля посветлело на моих глазах, и я обомлел.
Широкоплечий бугай вдавливал в спинку хрупкого светловолосого подростка, вливая ему в рот мутную жидкость из откупоренной бутылки. Юноша выворачивался, захлёбывался, упираясь коленями в живот своего мучителя и пытаясь ударить того по лицу, но тот наваливался всё сильнее, пресекая любые попытки к сопротивлению.
Приказать Теням задушить его на месте? Слишком лёгкая смерть. Прости, малыш. Этот выродок проживёт чуть дольше, чем нам обоим хотелось бы.
Полицейское удостоверение с размаху влепилось в стекло.
— Выйти из машины! Руки за голову!
Не выпуская Хисоку, преступник медленно повернул голову в мою сторону. Черты его лица исказились страхом и злобой.
— Считаю до трёх, — снова заговорил я. — Раз, два…
На счёт «три» притворявшийся спящим водитель на переднем сиденье встрепенулся, включил зажигание. Автомобиль резко дал задний ход и затем рванул на проезжую часть, едва не сбив близлежащий фонарь и отбросив меня к обочине.
Напрасные старания. Тени метнулись следом, и мотор заглох.
Я поднялся на ноги и теперь неотвратимо приближался к застрявшей машине. Преступники пулей выскочили из салона и бросились наутёк. Тени улеглись поперёк дороги, и оба негодяя рухнули на тротуар, быстро поднялись и растянулись снова. И опять, и ещё.
— Да что за чертовщина творится!!! — завопил один из них.
Ага, она самая. Никуда вы оба не денетесь. Я сейчас повыдергаю ваши конечности. Только сначала отправлю Хисоку в безопасное место, чтобы его никто не заподозрил в причастности к этой истории.
Я подошёл к ним почти вплотную, и в этот момент с противоположной стороны улицы раздался полицейский свисток. Двое служителей закона с настоящими значками и удостоверениями торопились к месту происшествия.
Я наклонился и заглянул в салон «хонды». Хисока сидел возле распахнутой задней дверцы, судорожно цепляясь за край сиденья и пытаясь сфокусировать на мне взгляд. Джинсы и майка на нём были измяты и в нескольких местах порваны, на лице виднелись свежие ссадины, а на шее, правой щеке и руках багровели синяки от чужих грубых пальцев.
— Держись, малыш, — хрипло прошептал я, склоняясь к Хисоке и протягивая ему руку. — Встать можешь?
Он уцепился за мой локоть и вдруг медленно начал вываливаться из машины. Я вовремя успел перехватить его поудобнее, позволив перегнуться и свеситься через мою руку. Его стало тошнить.
Полицейские подходили всё ближе. Наконец, они оказались возле нас.
— Что случилось? — обратился ко мне первый, пока второй пытался поднять на ноги двух несостоявшихся пациентов реанимации.
— Я шёл мимо и увидел, как этого парня, — я кивнул на Хисоку, которого всё ещё скручивало спазмами рвоты, — против его воли напоили чем-то и пытались увезти в машине. К счастью, автомобиль преступников сломался. Это всё, что я знаю.
— Ясно, — отозвался полицейский. — Вам придётся отправиться со мной, чтобы мы расспросили вас подробнее. Для юноши я вызову врача.
Как им теперь объяснить, что я не могу проходить свидетелем по делу, потому что меня в этом мире не существует, да и в параллельной Вселенной я не вполне жив? С другой стороны, если не буду свидетельствовать и просто исчезну, забрав Хисоку, эти негодяи выйдут на свободу и продолжат издеваться над другими подростками. Как быть?
Пока я размышлял над практически неразрешимой задачей, второй полицейский, с интересом разглядывавший утомлённых бесплодной борьбой с моими Тенями мерзавцев, издал победный клич.
— Эй, Аоки, — обратился он к напарнику. — Ты не представляешь, как нам повезло! Этих «птичек» департамент полгода поймать пытался. Это же известные производители и распространители порнографической видеопродукции. Попались, горе-режиссёры! — «поздравил» он задержанных, защёлкивая на их запястьях наручники. — Следуйте за мной.
— Ничего себе! — присвистнул Аоки-сан, набирая номер «скорой» для Хисоки. — Правда, повезло. Сегодня наш день, вернее, ночь, — он широко ухмыльнулся.
— Скажите, — корректно вмешался я в беседу полицейских, — а у вас достаточно улик против этих преступников?
— О! — засмеялся Аоки-сан. — Улик столько, что их вполне возможно упечь за решётку по гроб жизни, так что им не отвертеться, — внезапно смех его оборвался.
Полицейский задумчиво оглядел меня с ног до головы.
— Предъявите-ка ваши документы, господин! — потребовал он вдруг у меня.
Я никогда не имел проблем с законом и не собирался получить их сейчас. Достаточно улик, чтобы посадить в тюрьму двоих негодяев пожизненно?
Стало быть, займитесь делом, рядовой Аоки, и получите свою заслуженную премию или повышение по службе. А в моих документах нет абсолютно ничего интересного.
В следующее мгновение я безмолвно растворился в воздухе на его глазах вместе с Хисокой.
— Где я? — слабым голосом спросил юноша, потерянно озираясь по сторонам.
— В безопасности. У меня дома. Всё хорошо, малыш.
— Тацуми-сан, это вы? — он испуганно моргал, пока я снимал с него жалкие остатки порванной и испачканной одежды, прежде чем погрузить в ванну.
Я не стал наливать слишком горячую воду. Она причинила бы ему боль, заставив саднить пораненную кожу.
— Да, я. Не смущайся и ничего не бойся. Я просто помогу тебе вымыться, а потом ты отдохнёшь, — я намылил мочалку и начал осторожно оттирать ею запекшуюся кровь с его лица и плеч.
Он совсем не сопротивлялся, был вялым, словно тряпичная кукла, и, кажется, почти не понимал, где находится. По-хорошему, надо бы его, и правда, в больницу… Но, кажется, ни вывихов, ни переломов нет. Конечно, шея и грудь изрядно расцарапаны, руки в синяках, костяшки пальцев сбиты. Видно, что сопротивлялся. На щиколотке кусок кожи выдран, надо будет забинтовать. Но на бёдрах и ягодицах ни единого повреждения. Никаких кровоподтёков или иных следов, которые я больше всего опасался найти. Слава всем богам, я успел вовремя!