«Стало быть, я догадался верно. Эта обезумевшая дама специально подталкивала меня к выгодному для неё выбору. Но мне до сих пор не верится: неужели лорд Эшфорд действительно пытался спасти Асато-сан?»
«Это так. И он, похоже, пытался уберечь вашего хранителя от беды далеко не в первый раз. Я не увидел подробностей в его мыслях, просто не успел, но, кажется, лорд Артур много лет тому назад в другом мире тоже пытался спасти Цузуки-сан от серьёзной опасности. Ему это удалось, но он заплатил высокую цену за тот свой поступок. Имели место и другие попытки помощи с его стороны, но в глазах вашего хранителя и окружающих они выглядели как вражеские атаки. В этом беда лорда Артура. Даже когда он совершает единственный светлый поступок в череде многочисленных жестоких преступлений, он обречён следовать путями тьмы, и его воспринимают как врага. Впрочем, лорд Артур не считает нужным никому доказывать обратное. Ему безразлично, что о нём думают».
«Что же он на самом деле чувствует к Асато? Если, конечно, вообще способен испытывать хоть что-нибудь?» — вопрос дался мне с трудом.
«В том психическом состоянии, в котором он находится, его чувства больше напоминают болезненную одержимость».
«Что ж, одержимость тоже имеет право на существование. Однако я сомневаюсь, что принудительный разрыв связи с амулетом — верный и безопасный способ помощи моему хранителю. Не скрою, я рад, что те попытки не удались. Но как ты выудил всю эту информацию из сознания лорда Артура?»
«Миры сближаются, господин. Каждый ваш шаг отныне отражается на том мире и вашем двойнике. Каждый его шаг может отразиться на вас».
«Этого не хватало! Как ослабить чужое влияние?»
«Необходимо объединить вашу силу с энергией Цузуки-сан».
Если бы этот камень только попробовал снова сказать про «вскрытие души» хранителя, я бы за своё спокойствие не поручился. К вящему удивлению, я получил совершенно другой ответ.
«Прежде я настаивал, что вам необходимо вскрыть душу Цузуки-сан, ибо на тот момент такой способ был самым коротким путём объединения энергий».
«Даже боюсь спрашивать, что за путь предложишь теперь».
«Я хоть раз плохое советовал?»
«Постоянно».
«Вы субъективны. Все мои советы основываются на обстоятельствах, которые вас окружают на текущий момент. Они своевременны, точны и, следуя им, вы, безусловно, кратчайшим путём придёте к цели».
«Стать господином мира?»
«Да».
«Не испытываю такой потребности».
«Не важно. В любом случае для грядущей битвы вам необходимо стать сильнее! Кто бы ни стал владельцем Ока и ни напал на вас в августе будущего года, вам необходимо обладать такой огромной энергией, чтобы чужие претензии на обладание мной и вашим хранителем превратились бы в дым, а ваш противник убежал, поджав хвост».
«Что надо сделать?»
«Для начала предупрежу: на данный момент имеется некоторая вероятность, что два мира столкнутся и разрушатся раньше дня Апокалипсиса. Чёрные дыры множатся на глазах. С недавних пор всё чаще двойники из параллельных миров спонтанно меняются местами, попадают не в свой временной отрезок, проваливаются в пространство между мирами. Ткань времени-пространства трещит по швам всё интенсивнее, поэтому нужен кто-то, обладающий огромной силой, чтобы удержать миры от столкновения до августа будущего года».
«Намекаешь на меня?»
«Ни вам, ни мне, вместе взятым, такое не удастся. Придётся привлечь энергию вашего хранителя, а по причине вашей нерасторопности она ещё не активизирована. Я вам дам совет, но, знаете ли, будет крайне обидно, если даже после этого у вас ничего не выйдет. Например, вы сейчас взорвётесь гневом и не прислушаетесь ко мне».
«Говори!» — я мысленно выругался, что случалось со мной крайне редко.
«Рассудите сами, хозяин, если кто-то вроде бы отвечает на ваши чувства, но не готов полностью раскрыть для вас даже своё тело, это говорит о некотором недоверии или подсознательном страхе. Вы сами понимаете, с тремя дипломами, наверное, немудрено понять».
«Если я стану когда-либо убийцей, как лорд Эшфорд, — спокойно заметил я, — моей первой жертвой, несомненно, станет одушевлённый магический кристалл. Догадайся, какой?»
«За что, господин?! Я только хотел спросить, зачем вам нужны престижные дипломы в таком количестве да и я в придачу, если, имея всё это, вы даже две малюсенькие планеты спасти не можете? Это говорит о вашей полной профессиональной некомпетентности. Миры умирают, и ваша задача, как доктора, их реанимировать».
«Что ещё скажешь?»
Только этому мерзкому камню до сих пор удавалось моментально довести меня до белого каления, стартовав из состояния полного спокойствия.
«Я просто хочу попросить вас поторопиться, чтобы баланс энергий был установлен, благодаря вам и Асато-сан. Срочно нужно найти способ убедить вашего хранителя полностью вам довериться на эмоциональном и физическом уровнях, чтоб миры не рассыпались раньше дня Апокалипсиса. Как только вам удастся это сделать, мы все вместе будем удерживать разрыв в ткани реальности, пока не наступит день, и раны миров не исцелятся. И вы уж постарайтесь максимально ускорить процесс, пока не стало поздно. Тем более, это и в ваших интересах. Физический уровень — самый простой для реализации миссии. И самый приятный тоже. Надеюсь, вы правильно меня поняли?»
Я молчал, затрудняясь предложить нахальному амулету небогатый выбор: быть сброшенным в жерло вулкана или в недра океанической впадины.
«Ещё слово, и я за себя не отвечаю», — заметил я, сдерживаясь из последних сил.
«А я уже всё сказал, — довольным тоном отозвался кристалл. — И я рад, что вы верно догадались. Я не сомневался, вы ведь гений».
Каков наглец! Значит, судьба миров зависит от того, как быстро мне удастся склонить моего духа-хранителя к полноценной интимной связи? Вот же проклятый камень…
Асато-сан неожиданно зашевелился под моей рукой, и я невольно перевёл взгляд на него. Самые родные в двух мирах глаза смотрели на меня.
— С добрым утром, Кадзу-кун.
Вместо ответа я решительно завладел его губами.
— М-мм… Самое лучшее пробуждение за всю жизнь. Завтрак только через час. Хочешь провести это время с пользой?
Асато-сан теснее прижался ко мне, ничего не ответив, но я правильно понял его молчание.
— Амулет с утра пораньше заявил, что судьбы миров зависят от нас, — между делом, заметил я. — Чем счастливее мы будем, тем лучше для будущего вселенной.
Его глаза округлились.
— Это шутка?
Моя ладонь скользнула ему на живот.
— По крайней мере, чем счастливее будешь ты, тем лучше для меня. Понимаешь?
Мой хранитель тихо выдохнул, и его руки тоже ответили мне желанной лаской. Я закрыл глаза, отдаваясь во власть ощущений. В конце концов, сгинут миры или нет, никто точно сказать не может. Они могут сгинуть завтра или через миллиарды лет. А я лишь хочу сделать Асато счастливым раньше, чем тьма сомкнётся над нами. Только это главное, остальное — суета и тлен.
После завтрака в рёкан мы вернулись домой.
На следующий день мне предстояли четыре операции в клинике, но текущие сутки я решил провести «с пользой для распадающихся вселенных», если так можно выразиться. Что там говорил проклятый рубин про баланс энергий и ускорение процесса?
«Маленькими шагами к большому успеху» — бесспорная истина, величие которой должны знать все, включая разумные амулеты, но начинать надо сейчас, а то, действительно, упустим момент. Не хотелось бы, чтобы потом чудом выжившие потомки обвинили нас с Асато-сан в неисполнении прямых обязанностей хозяина и хранителя. Проще говоря, в саботаже.
Поэтому когда, поднявшись по лестнице, Асато по привычке свернул в сторону своей спальни, я решительно положил ладонь ему на плечо.
— Ты куда?
— К себе, — удивлённо отозвался он.
Я кивнул ему на дверь своей комнаты.
— Чем тебя не устраивают те апартаменты? Если не нравится, давай выберем другие. Дом большой.
Асато-сан растерялся.
— Не в том дело, мне всё нравится, но… Я буду мешать тебе. Мне же постоянно снятся кошмары.