Я некоторое время сидел на месте, рассматривая полицейскую форму, лежавшую на столе рядом с копией полицейского отчёта. Не веря собственным глазам, несколько раз брал её в руки, ощупывая ткань. Она была настоящей. Такой же плотной и материальной, как и леди Эшфорд, посетившая только что мою квартиру.
Однако всё равно почему-то складывалось впечатление, будто у меня в гостях побывал фантом, и он ненароком затянул меня в царство лживых снов.
Комментарий к Глава 21. Сделка * Заместитель главы столичного департамента
Начальник отдела полиции
====== Глава 22. Дело Куросаки ======
По дороге от станции Камакура я пожаловался на то, что не успел позавтракать, и Лилиан вручила мне незамысловатый образчик европейского фастфуда под названием «сэндвич». На моё бормотание о степени полезности данного вида пищи, леди Эшфорд едким тоном предложила заменить бекон овсянкой, а затем лёгким щелчком пальцев создала для себя стаканчик коктейля. Сэндвич замер в моей руке на полпути до рта.
— Прекратите на меня пялиться, — сухо заметила Лилиан, перехватив мой взгляд. — Вы тоже умеете такое делать.
— Не умею, — возразил я. — И хотел бы знать, как у вас получается. Возникновение полицейской машины ещё можно объяснить. Но откуда появилась еда?
— Тацуми-сан, вы не слышали знаменитое выражение: «Сколько чего у одного тела отнимется, столько присовокупится к другому»? Михаил Ломоносов, великий русский учёный, написал об этом два века назад. А если обойтись без ненужной лирики… Знаете, сколько недоеденных сэндвичей в Великобритании каждый день выбрасывается в мусор?
— Стало быть, вы благополучно телепортировали его сюда из лондонского мусорного контейнера? — уточнил я, с подозрением разглядывая завёрнутый в салфетку сэндвич.
Он отнюдь не выглядел испорченным. Но кто знает?
— Прямые поставки из Сохо, — серьёзное выражение сохранялось на её лице всего пару секунд. — Вы такой забавный! — громко рассмеялась вдруг Лилиан, видя моё замешательство. — Неужели поверили? Я пошутила. Кстати, не желаете перекусить на свежем воздухе?
Я согласился, и мы вышли из автомобиля.
Наше появление в половине седьмого утра на берегу залива Сагами вызвало заметное оживление в рядах туристов, прогуливавшихся по пляжу. Я ни на мгновение не усомнился в том, что причиной интереса стала именно Эшфорд-сан.
Лилиан изменила цвет глаз, заплела в косу свои непослушные волосы и надела очки, однако ни строгий вид, ни полицейская форма не могли скрыть её ослепительной внешности. Сейчас, когда я внимательнее взглянул на неё в свете приближающегося утра, что-то неуловимо знакомое почудилось в её движениях, в манере смотреть на собеседника. Неким необъяснимым образом она напоминала Цузуки-сан. Наверное, если бы некогда Асато-кун родился женщиной, то стал бы похож на неё…
О чём я думаю опять? Неизлечимый идиот.
— Завтракайте, наконец! — продолжала забавляться моим замешательством Эшфорд-сан, потягивая коктейль через соломинку. — Не то вашим беконом закусит кто-нибудь вместо вас.
— И кто… — с удивлением начал я, но в тот же миг над моей головой прошумели широкие крылья, мягкие перья мазнули по моей щеке, а затем я ощутил, как опустела рука.
Я поднял голову вверх и увидел орла, преспокойно улетавшего в сторону гор вместе с моим завтраком.
— Их прикармливают туристы, вот они и осмелели, — с улыбкой пояснила Лилиан. — Неужели вы не знали?
— Совершенно забыл, — провожая воришку взглядом, пробормотал я, — что в Камакуре водится кое-кто покрупнее чаек.
— Хотите, отправимся в Кайкоан и закажем кофе со сливками? Для нас заведение окажется открытым. Я позабочусь об этом.
— В другой раз.
— Как хотите.
Голубовато-стальные волны с лёгким шелестом накатывали на берег. До восхода солнца оставалось не более десяти минут.
На моё предложение сменить её за рулём, Лилиан-сан только фыркнула и отвернулась, всем видом показывая, что помощь не требуется.
Мы тронулись с места. Неожиданно меня посетила одна любопытная идея. Не утерпев, я спросил:
— Скажите, Эшфорд-сан, если ваше Око способно раздобыть любую информацию, существующую в мире, наверное, оно может сообщить и о том, кто украл деньги?
— Может, — невозмутимо отозвалась Лилиан. — И уже сообщило.
Словно удар под дых.
— И вы молчали?! — возмутился я. — Почему мы не можем сдать виновного полиции прямо сейчас?!
— Тацуми-сан, — слегка нахмурившись, заговорила Лилиан, — я молчала, потому что человек, вскрывший сейф, действовал не по своей воле. Это во-первых. Во-вторых, какой суд примет свидетельство амулета в качестве доказательства чьей-то вины? Нет, нужно провести полноценное расследование. И, в-третьих, я так и не сумела увидеть лица настоящего виновника даже с помощью Ока, поэтому нам предстоит выяснить природу магии, которой воспользовался неизвестный тип, чтобы скрыть свою личность. И да, забыла предупредить: будьте осторожны, войдя в дом. Защищайте свои мысли. Я понятия не имею, с кем нам придётся иметь дело, но это сильный соперник.
— Назовите имя вора! — потребовал я. — Пусть он действовал по чужому приказу, но я должен знать, кто он! Я сам допрошу его!
— Для вас это лишняя информация.
— Не согласен.
— Вы будете необъективны, — продолжала Лилиан. — Начнёте строить версии, не приступив к расследованию. Я уже необъективна, поэтому хотя бы одному из нас нужно сохранить непредвзятый взгляд на ситуацию. Мне вообще не следовало спрашивать Око о том, кто украл деньги. Давно пора понять, что не всегда кратчайший путь к цели является самым верным, — она крепче сжала пальцы на руле.
Я мгновенно понял, что она имела в виду, говоря об ошибочности коротких путей, но решил не развивать дальше эту тему.
Пляж с видом на Эносиму и на белые мачты однопалубных яхт, стоящих на приколе, остался позади.
Дорога пошла вверх. Мы ехали среди деревьев, растущих на склонах гор, ещё оголённых, не покрытых листвой. Лишь в середине февраля в Камакуре раскроют бутоны соцветия слив, в марте воздух наполнится ароматом персиков и магнолий, а завершающим аккордом станет цветение пионов, глициний и ирисов. На всю весну и лето полуостров Миура превратится в рай. Японский Майами, пристанище для поклонников виндсёрфинга.
Некоторое время я смотрел в окно молча, но когда мы проезжали мимо святилища Бентен, я наконец решился заговорить о том, что меня мучило со вчерашнего вечера:
— Эшфорд-сан, — сердце бешено стучало в груди, обгоняя мысли, — вы позволите мне однажды поговорить с вашим духом-хранителем?
Лилиан вздрогнула. Кажется, моя просьба для неё стала неожиданностью.
— Зачем вам это?
— Хочу убедиться, что с ним всё в порядке.
— Так и есть, не сомневайтесь.
— Я бы хотел услышать то же самое от него. Клянусь, я не собираюсь настраивать его против вас!
— Знаю. У вас нет недобрых намерений по отношению ко мне. Так сказало Око.
— Тогда разрешите увидеть Цузуки-сан!
Она долго молчала. Потом произнесла:
— Я подумаю.
По крайней мере, не выпалила сразу категоричное «нет».
— Спасибо.
— Вы хотя бы осознаёте, насколько это опасно? — серьёзно спросила она. — Если что-то пойдёт не так, погибнете не только вы, но и люди, случайно оказавшиеся рядом. Вы готовы взять на себя ответственность за чужие жизни?
Учитывая недавние события, я отлично осознавал степень риска.
— Мы отправимся туда, где никого нет, — слабый аргумент, но другого не нашлось. — Мы оба способны телепортироваться. На этой земле существуют необитаемые острова, пустыни. Если правильно выбрать место для разговора, никто не умрёт!
— Кроме вас, — горько усмехнулась Лилиан. — Подумайте, чего вы на самом деле хотите? — она резко повернулась ко мне. — Вы ведь решили спасти Асато-кун!