— Прекрати паясничать! Это приказ.
— Чей?
— Шефа.
Я холодно рассмеялся.
— С каких пор босса так сильно волнуют мои опоздания, что он прислал тебя?!
Оскорблённое молчание, после которого послышалось следующее:
— Коноэ-сан предупреждал, что ты сегодня не в себе, но я и не подозревал, что настолько. Выходи немедленно.
Я жадно отхлебнул сакэ, ничего не ответив. Тацуми продолжал увещевать.
— Цузуки, дело не в работе. Я волнуюсь за тебя. И Коноэ-сан тоже.
Бутылка выпала из моей руки на пол и покатилась к стене, расплёскивая жалкие остатки содержимого. Я несколько секунд мрачно наблюдал за ней, потом встал и, шатаясь, приблизился к двери. Долго ковырялся с замком. Наконец, раздался сухой щелчок, и дверь открылась.
Тацуми в своём неизменном костюме стоял в коридоре и осуждающе смотрел на меня. Когда я появился в проёме со всклокоченными волосами, в мятой рубашке, кое-как заправленной в брюки, в его глазах мелькнул ужас.
— Что ты творишь?! — вопрошал Сейитиро. — Сегодня не праздник, да и вроде не умер никто. В чём дело?
— Для меня умерли все, хотя лучше б умер я сам.
— Ты способен внятно объяснить, что с тобой происходит?
Я молчал.
— Хотя куда там, — вздохнул Сейитиро. — На ногах едва держишься. Сколько выпил?
— Не важно.
— Сколько?!
— Пропил всю зарплату. Что дальше?
— Где Куросаки-кун?
Через моё плечо Тацуми попытался заглянуть в комнату. Я повернулся и встал так, чтобы ему ничего не было видно.
— Уходи и передай шефу… Впрочем, не надо, я сам.
— Какой ты идиот! — сорвался вдруг Тацуми, хватая меня за руку. — Неужели тебе действительно наплевать на всех?! Хоть бы о Хисоке подумал!
— Именно о нём я и думаю, — произнёс я, отцепляя от себя пальцы Сейитиро.
— Не похоже. Ведёшь себя, как капризный ребёнок!
— А твоей опеки никто не просит! Я справлюсь со своими проблемами сам, просто дай мне время! — и, подумав, что бы ещё такого обидного сказать, чтобы заставить Тацуми уйти, я добавил. — Мы ведь больше не напарники.
Сейитиро вздрогнул и отступил на шаг.
— Да, разумеется, — он нервно поправил очки. — Но я здесь по просьбе шефа и не уйду, пока ты не впустишь меня, — он сделал ещё одну попытку проникнуть в мою комнату, но наткнулся на тот самый барьер, о котором я честно предупреждал.
Его отшвырнуло в дальний конец коридора. Тацуми встал и снова приблизился ко мне.
— Ты совершаешь ошибку. Я не желаю тебе зла, но ведь ты сам…
— Могу я побыть один? — резко прервал я его.
— Я оставлю тебя в покое не раньше, чем узнаю, что происходит!
— Да пустяки! Я внезапно осознал одну нехитрую истину: мне теперь даже черти из ада не помогут сдохнуть, а лучше бы помогли!
— При чём тут черти?! — изумлённо воззрился на меня Сейитиро.
— Их деятельность явно эффективнее работы Сёкан, как показала практика.
И, воспользовавшись растерянностью Тацуми, я захлопнул дверь перед его носом.
— Цузуки, прекрати заниматься самоедством! — продолжал кричать Сейитиро, перемежая слова отчаянным стуком в дверь. — Хочешь, я позову Ватари? Или поговори со мной! Будь мужчиной, хватит прятаться от проблем!
Я просто игнорировал его. Через сорок минут, исчерпав запас разумных доводов, Тацуми ушёл. Я уселся на пол и прислонился затылком к притолоке. Пить не хотелось. Вообще ничего не хотелось. Только исчезнуть. А ещё лучше — никогда не рождаться. Стереть себя полностью из истории мира.
Я знал, что шеф сам прийти не решится и больше никого не пришлёт. Ватари сейчас занят — пытается помочь Хисоке. А остальным шеф, полагаю, не доверит беседу со мной. Я вспомнил события прошлой ночи, и мои кулаки невольно сжались. Я загнан в угол и бессилен что-то изменить… Но если бы я ничего не знал, было бы хуже? Да, так и есть. Значит, я должен благодарить Эшфорд-сан?
Благодарить?! Ни за что!
Она ничем не отличается от Энмы-Дай-О-сама, солгавшего мне о своих намерениях. Небогатый у меня выбор: стать пешкой в играх повелителя Мэйфу или добровольно сдаться на милость англичанки, возомнившей себя спасительницей мира. А ведь должен быть третий вариант. Должен. Но я его не вижу! И посоветоваться не с кем, поскольку Демоническое Око не позволит никому рассказать о происходящем.
А что если попытаться поговорить с шефом? Нет, бессмысленно. Случившееся прошлой ночью он наверняка забыл. Хотя зачем тогда прислал Тацуми?
Значит, помнит?!
Глупая, ничтожная надежда. Но что если это всё-таки мой последний шанс?
Я вскочил на ноги, пошатнулся и чуть не рухнул обратно на пол. Нет, не стоит спешить. Надо умыться, привести себя в порядок и только потом идти в кабинет начальства. Наспех такие дела не решаются.
Стоило мне прошлой ночью согласиться помочь Лилиан, как она немедленно сунула мне в ладонь пробирку, наполненную фосфоресцирующей розовой жидкостью, и лист бумаги с какой-то бессмыслицей, записанной катаканой.
— Не ошибись, когда будешь читать, — усмехнулась леди Эшфорд.
— Я не гений, но и не настолько глуп, как тебе кажется.
— Перестраховка не повредит.
— И что мне с этим делать? — я недоумённо разглядывал лист с непонятными словами и пробирку.
— Я уже предприняла ряд действий, чтобы Энмы сегодня ночью не оказалось в его покоях, но твоя задача от этого не стала проще. Тебе необходимо пройти в его спальню незамеченным через весь дворец. Комната расположена на двенадцатом этаже, девятая дверь налево по коридору. Телепортироваться в неё нельзя, потому что вокруг спальни стоит семь сложных защитных барьеров. Не смотри так удивлённо — да, я там однажды побывала и знаю, чего можно ждать. Чар невидимого облика и заклинания, которое записано на листе бумаги, достаточно для перемещения на первый этаж дворца, но, по мере того, как ты начнёшь подниматься по лестнице, опасность того, что тебя обнаружат, будет возрастать. Чтобы этого не случилось, между вторым и третьим этажами раздави пробирку и, учти, жидкость из неё должна вытекать так медленно, чтобы тебе хватило до комнаты Энмы. Только в этом случае ты спокойно пройдёшь мимо Сироку и Тёмного Стража.
— Кто это?
— Ближайшие слуги повелителя. Могут принимать невидимый облик и шпионить за всеми тайно. Жидкость усыпит их на полчаса. Не переживай. Делай, как я сказала, и у нас всё получится.
«У нас… Неплохо, — невольно подумал я. — Только вот нет никакого «нас». Мне приходится действовать так по принуждению, не по доброй воле!»
— Не беспокойся, скоро ты убедишься, что тебе лучше быть на моей стороне, — с усмешкой заметила Лилиан. — Но если мы будем медлить — всё сорвётся. Внезапность — наше оружие. Телепортируйся прямо сейчас. Быстрее же, Асато-кун! Дорога каждая секунда!
Не задавая больше вопросов, я принял невидимый облик, прочел заклинание и переместился во дворец Энмы, подумав о том, что терять мне, наверное, уже нечего.
Замок повелителя Мэйфу встретил меня гробовой тишиной. Вокруг не видно было ни души.
На первом этаже в огромных золотых люстрах горели сотни электрических ламп, отражаясь в отполированном паркетном полу и зеркалах, висящих на стенах. Чутко прислушиваясь к каждому движению и внимательно оглядываясь по сторонам, я начал подниматься наверх по лестнице, устланной дорогими коврами.
На втором этаже царил полумрак, в котором я сумел различить только чёрные лакированные двери комнат, уходящие в обе стороны коридора. Но и здесь я не наткнулся ни на кого из стражей. Правда, мне показалось, будто из-под перил лестницы в мою сторону метнулась бесформенная тень. Она проскочила сквозь меня и исчезла за одной из чёрных дверей.
Боли я, конечно, не ощутил, но сразу стало как-то не по себе. Я нервно сглотнул и спешно двинулся в сторону третьего этажа, напрочь забыв о ценной рекомендации Лилиан насчёт пробирки. Вскоре пришлось вспомнить… Не успел я одолеть трёх ступенек, как сверху на лестницу мешком свалилось существо, похожее на гигантскую летучую мышь. Увидев это странное создание, я сразу вспомнил совет Эшфорд-сан и быстро раздавил в пальцах пробирку. Летучая мышь взлетела в воздух, взмахивая перепончатыми крыльями. На её морде отразилось явное недоумение. Повисев ещё немного перед моим лицом, существо развернулось и взмыло под потолок.