— А ну-ка дыхни! Ты, часом, не пьян?
Солдат наклонился, Мервил нажал на сонную артерию и охранник безропотно отключился. Мервил подхватил увесистую сумку, которую оставил по дороге в блок, и направился к выходу.
В конюшне Мервила ждал конюх. Повторный визит «Сайны» нисколько его не удивил.
— Она благополучно выехала за ворота.
Мервил вопросительно приподнял бровь.
— Девушка, которая выглядит, как ты сейчас. Славная малышка, не обижай ее.
— Спасибо, Брас, — Мервил отстегнул от пояса увесистый кошель и вложил конюху в руку. — Забирай жену и мальчишку и перебирайтесь за границу. Заведете хозяйство и будете жить, как нормальные люди.
— Мервил, здесь же денег на три усадьбы с парками и фонтанами хватит.
— Вот и отлично. Считай это премиальными от господина Карнелиса за хорошую службу.
— Пусть тебя хранят боги, Мервил. Может, еще увидимся.
— По ту сторону границы, Брас.
Стража на воротах попыталась преградить дорогу Мервилу, но услышав печально знакомый голос, тут же скисла.
— Пропустили девку, бестолочи! Вас здесь для чего поставили? Для красоты? Ваше счастье, что я тороплюсь. Когда вернусь, будете месяц конюшни чистить!
— Господину уже доложили о побеге? — обреченно спросил один из стражников. Видимо, уже успел представить себе реакцию Карнелиса.
— Если я не буду терять с вами время, то это и не понадобится.
Стражники понятливо расступились, провожая взглядом удаляющегося всадника и про себя желая никогда его больше не видеть. Но никто из них даже не подозревал, что на этот раз их желание имеет весьма высокие шансы сбыться.
* * *
Сайна ждала Мервила в небольшой рощице в паре километров от развилки.
— Все в порядке?
— Да, но задерживаться не стоит. Тревога может подняться в любой момент. Но раз уж мы остановились, давай поменяемся конями. На Угольке я чувствую себя гораздо комфортнее.
— Уголек?! Твоего коня зовут Уголек?! Господи, конюх! Он все понял!
— Я знаю. Не волнуйся, он не выдаст. Сейчас он наверняка собирает вещи. Кстати, надо себя в порядок привести, — Мервил стащил парик и маску и сунул их в сумку. — Ну что, вперед?
— А куда мы, собственно, направляемся?
— Ну, конечная цель вроде бы ясна — Дом Судьи. Если бы не обвал в ущелье, мы могли бы совершенно спокойно воспользоваться «дырой» в долине, а то и вовсе набраться наглости и официально пройти на территорию Судьи через таможню. Но поскольку этот путь для нас закрыт, придется уходить окольными путями. Так что сейчас нам нужно ехать к «дыре», которая ведет в соседний тольф, а там будем смотреть по обстоятельствам.
— А ничего, что так мы будем углубляться в территорию Карнелиса?
— Ничего. Ты что-нибудь слышала о природных порталах?
— Нет.
— Тогда расскажу на привале. Не отставай.
* * *
Странные сообщения о внезапном обмороке охранника тюремного блока и двоящейся Сайне поначалу вызвали у Карнелиса недоумение и раздражение. Когда же стало известно об исчезновении двух лучших лошадей и главного конюха, недоумение переросло в смутные подозрения. А когда Карнелис выслушал невразумительные оправдания охраны у замковых ворот, подозрения переквалифицировались из смутных в явные.
Взбешенный правитель приказал взломать дверь в комнату своего первого помощника. Увиденное буквально лишило его дара речи.
Все вещи Мервила, включая инструменты и коробочки с гримом, исчезли. Пустой шкаф сиротливо покачивал распахнутыми дверцами, на полочках у огромного зеркала не осталось даже пыли, а на письменном столе белел свернутый вчетверо лист бумаги. Карнелис развернул его и прочел:
«Господин Карнелис!
Прошу считать это письмо официальным заявлением об уходе со службы по собственному желанию. Хотя, наверное, формулировка «несоответствие занимаемой должности» все же будет точнее.
Несмотря на все ваши старания, я так и не смог стать такой злобной сволочью, какой вы хотели меня видеть. Поэтому я считаю своим долгом сложить с себя полномочия вашего первого помощника и избавить вас от своего присутствия.
А чтобы между нами не оставалось каких-либо недоразумений, сообщаю, что это я спланировал и организовал побег Кейси. Надеюсь, что смогу ей помочь и в поисках Амулета Жизни. К побегу Сайны я тоже имею самое непосредственное отношение.
Надеюсь никогда вас больше не увидеть. В крайнем случае — через перекрестье прицела.
Мервил Коннерс, бывший первый помощник»
От яростного рева, казалось, содрогнулись стены замка. Солдаты в коридоре застыли по стойке «смирно», про себя жалея, что не умеют становиться невидимыми. Начальник охраны, оказавшийся ближе всех к двери, поспешно сделал шаг назад, уходя из зоны прямой видимости непотребно матерящегося работодателя. Но тот, похоже, не видел ничего, кроме злосчастного письма.