Впрочем, вся государственная деятельность Императора торговлей и ограничилось. Он не поощрял развития промышленности, науки и культуры, не собирался заниматься образованием населения, справедливо считая, что дураками легче управлять. А умные и образованные люди могут быть опасны.
Приход Императора к власти ознаменовался еще одним событием — жители Мира Вечности перестали стареть. Но и дети перестали рождаться. А через какое-то время стали воскресать и те, кто погиб в период правления Императора. Люди воскресали в новом теле и в том возрасте, в котором их застигла смерть. Но воскресали не все, а лишь те, кому еще не исполнилось сорока лет. Единожды воскресший оставался в своем возрасте навсегда. Дети росли и развивались до тридцатилетнего возраста, после чего старение прекращалось.
Разумеется, эти обстоятельства выяснились далеко не сразу, но в итоге Император из захватчика-диктатора превратился в благодетеля. Но, видимо, к тому времени он уже успел обзавестись врагами среди своего окружения, потому что в один прекрасный день его нашли мертвым, а его трон занял никому тогда еще не известный Карнелис, которого признала и поддержала армия. Смена власти поначалу не принесла никаких изменений, разве что на официальных документах теперь стояла другая подпись.
То, что Императора убрали свои, было ясно с самого начала. Как и то, что Карнелис — просто марионетка в руках кого-то из высоких армейских чинов. Несколько лет Карнелис добросовестно играл эту роль, а потом решил внести в нее некоторые коррективы.
По случаю какого-то праздника всю армию собрали в столице, провели парад и выставили угощение. А через несколько часов на местных крестьян свалилась работа по уборке трупов и доведению до нужной кондиции тех, кто еще был жив. Последнее было встречено с энтузиазмом — Черные Беркуты снискали редкостную нелюбовь местного населения, а потому отыграться на беспомощных врагах за все обиды было для крестьян настоящим подарком судьбы.
Однако это были не все сюрпризы, которые приготовил Карнелис. Оказалось, что у него имеется собственная неплохо обученная армия, дожидавшаяся своего часа в одном из закрытых тольфов и прибывшая в столицу в тот же день.
Что Карнелис сделал с телами Беркутов, осталось невыясненным, но ни один из Беркутов так и не воскрес. Однако простой подсчет трупов показал, что на праздник собрались не все Беркуты. А потому следующие несколько лет армия Карнелиса устраивала регулярные рейды по всем мало-мальски пригодным для жизни местам столицы и других тольфов на предмет розыска уцелевших Беркутов. Крестьяне предпочитали сами сообщать о том, где скрывается разыскиваемый, потому что иначе смерть грозила всей деревне. О том, что Карнелис всерьез решил довести начатое до конца, говорила судьба, постигшая один из отдаленных тольфов. В нем засели пятеро Беркутов, и после нескольких безуспешных попыток выбить их оттуда солдаты Карнелиса уничтожили в этом тольфе все живое, оставив после себя лишь обугленную землю и камни. Тольф был выжжен дочиста, после чего «запечатан» — на всякий случай.
Занятому наведением порядка на теперь уже своей территории, Карнелису было не до расширения владений. А потому он даже не догадывался, что в Мире Вечности есть еще один человек, владеющий аналогичным артефактом.
Свой артефакт Судья купил в антикварном магазине в одном из высокоразвитых миров. Правда, там эта вещица отнюдь не считалась артефактом. Она носила прозаическое название «Портативный преобразователь пространства» и находилась в отделе «Устаревшие технологии».
Страсть к коллекционированию сувениров из различных миров Судья унаследовал от родителей. Они никогда подолгу не засиживались в одном мире, регулярно переезжая с места на место. А ему хотелось чего-то постоянного. Ему надоело каждый раз обживаться на новом месте, чтобы потом все бросать и снова начинать сначала в другом мире. И когда родители в очередной раз собрались менять место жительства, он решил остаться, тем более что для этого имелась веская причина: ясноглазая красавица, одной рукой нежно держащая любимого за локоток, а другой — поддерживающая внушительных размеров живот.