Через несколько минут из ближайшего кабинета вышел врач, подошел к Сайне, обменялся несколькими фразами с медсестрой, и они вместе увели девушку куда-то по коридору. Кейси осталась одна, если не считать стоящего на посту охранника, который то и дело бросал на нее неодобрительные взгляды.
Ждать пришлось недолго. По коридору послышались шаги, и в холл вышел Судья в сопровождении Роя. Парень махнул Кейси рукой, и она присоединилась к нему. Все вместе они вышли из медблока и поднялись в кабинет Судьи.
— Вы узнали, что произошло? — глаза Кейси горели от нетерпения.
— В общих чертах, — ответил Судья. — По всей видимости, Мервил попал под автоматную очередь. Две пули в груди, еще две навылет, сломанные ребра, пробитые легкие, болевой шок, огромная кровопотеря.
Воображение Кейси немедленно нарисовало могильный холмик, заваленный цветами, и толпу рыдающих родственников. Возглавлял ее почему-то господин Карнелис, шумно сморкающийся в белый носовой платок. Девушка мотнула головой, пытаясь отогнать неуместное видение.
— Сердце, к счастью, не задето, — продолжал Судья.
Холмик сменился инвалидным креслом-каталкой, в котором сидел обмотанный бинтами на манер мумии Мервил со страдальческим выражением лица. Рядом стояла услужливая медсестра с судном-«уткой» в руках.
— Врач говорит, что неделя постельного режима обеспечена.
— В каком смысле — неделя? — медицинский прогноз настолько не вязался с перечисленными травмами, что Кейси показалось, будто она ослышалась. — Неделя реанимации?
— Почему реанимации? — удивился Судья. — Реанимация только первые сутки после операции, а потом общий режим. Правда, без посещений.
— Но как это возможно? С такими ранениями вообще не выживают!
— А, вот ты о чем, — Судья усмехнулся. — Кейси, наша медицина — не ровня вашей. Здесь совершенно другой уровень. Да, Мервилу сильно досталось, но ничего непоправимого с ним не произошло. Вот если бы пришлось менять сердце или восстанавливать половину брюшной полости, тогда действительно был бы повод для беспокойства. А в совсем уж крайнем случае вывезли бы его для лечения в соседний мир. Тамошняя медицина такова, что позволяет воскрешать умерших, если от тела остался хотя бы лоскуток кожи.
— А что с Сайной? — спросил Рой. — Она тоже ранена? У нее рубашка вся в крови.
— Это не ее кровь. Я так понял, она тащила Мервила на себе. Подождем несколько дней, пусть бедная девушка немного придет в себя, убедится, что никто не собирается умирать и успокоится. Тогда все и расскажет.
* * *
Сайне опять снился кошмар. «Сюрприз», оставленный Мервилом, не сработал, лошади исчезли, враги множились в геометрической прогрессии, а они с Мервилом бежали, бежали… Ноги не слушались, заплетались, она просила Мервила бросить ее и спасаться самому, но он продолжал тащить ее, и она чувствовала, как его тело пробивает очередная пуля. Кровь была повсюду, липкая и горячая, и вот уже она тащит Мервила, умоляет его не умирать. Не слышит его дыхания и стука сердца, но все равно тащит, тащит… «Мервил… пожалуйста, держись… только не умирай, я не смогу жить без тебя…»
Девушка проснулась, задыхаясь от рыданий. В темноте светились электронные часы, извещая, что сейчас третий час ночи. «Это сон, всего лишь сон», — мысленно повторяла Сайна, вытирая слезы и стараясь унять бешено колотящееся сердце.
Окинув взглядом темную больничную палату, девушка поняла, что не может сейчас находиться в одиночестве. Она встала с кровати, надела тапочки и вышла в коридор. И с удивлением обнаружила в холле прикорнувшую на диванчике Кейси. При звуке ее шагов хранительница Амулета Жизни открыла глаза и села.
— Кошмары замучили? — в голосе Кейси звучало понимание и сочувствие.
Сайна кивнула.
— А ты что здесь делаешь? Тоже кошмары спать не дают?
— Первые несколько дней вообще спать не могла, потом отпустило. Хочешь, посидим вместе?
— Хочу, — Сайна с облегчением вздохнула. — А еще пить хочу. Чай. Горячий. Крепкий. Сладкий. Большую чашку.
— Тогда идем в столовую, заварим. Две большие чашки.
Дежурная медсестра выглянула из палаты, и, убедившись, что Сайне не требуется срочная помощь, оставила девушек одних, только попросила не шуметь.
Прихлебывая обжигающий чай из стеклянной кружки, Кейси просветила подругу касательно здешней медицины, клятвенно заверив, что с Мервилом все будет в порядке. Сайне ощутимо полегчало.