Считать что? Я все еще не отошла от сладости поцелуя, потому не поняла, о чем говорит мой милый.
В этот момент к нам подлетела мама, и бросилась обнимать с криками:
- Как же я за вас рада!
К ней присоединился папа.
Сергей Васильевич с супругой пожали нам руки и поздравили с помолвкой.
Ангелина Игоревна одарила нас вымученной улыбкой, а Иван Михайлович удостоил коротким:
- Поздравляю!
- Разве ж так радуются за влюбленных?! – выпалил неожиданно Амур, о невидимом присутствии, которого я успела забыть.
И, в следующий момент, в воздух взмыла ваза с фруктами. За ней отправилось блюдо с морепродуктами. Креветки на мгновение зависли в воздухе, и одна из них угодила прямо на нос Ангелине Игоревне. Она громко завизжала, вскочила, размахивая руками и врезалась в проходящего мимо официанта, держащего поднос с напитками. Они тут же опрокинулись, залив дорогое платье моей будущей свекрови. Досталось и ой-фону Ивана Михайловича. На девайс выплеснулся сладкий сок. А на самого свекра упали, откуда ни возьми, появившиеся в воздухе спагетти.
- Аха-ха! – громко засмеялся Амур, приземлившись на мое плечо. – Вот это, я понимаю, веселье!
«Твоих лап дело?» - строго спросила я.
- Ладно тебе! Была же не вечеринка, а дикий тухляк! Должна сказать мне спасибо, что я растормошил этих бесчувственных снобов! – продолжил веселиться мелкий вредина.
Стоило, конечно, отругать сорванца, но мои губы сами собой расплылись в улыбке.
- Ей смешно! – взвизгнула Ангелина Игоревна, недовольно сверкнув в мою сторону глазами. Затем повернулась к Олегу и с театральным придыханием, выдала: - Сынок, я же говорила, она тебе не пара! Крутить роман с миловидной сотрудницей – одно. Но звать ее замуж!
- Олег, может тебе стоит прислушаться к словам матери? – внезапно выдал реплику Иван Михайлович, который до этого момента молча пытался оттереть жирные пятна со своего дорогого пиджака салфетками.
У меня чуть нижняя челюсть не упала от удивления.
- Мать твоя… по закону, какая неприятная дама! – поморщился Амур. – В какую семейку ты вляпалась! А твой-то, женишок, словно воды в рот набрал.
Да, уж, Галя, попала ты! Может зря я вот так, не подумав, ляпнула «Да»? Уже хотела подойти к Холодову, как он сам сделал шаг ко мне. Обнял, и, переведя взгляд на своих родителей, произнес строгим голосом:
- Мама, отец! Я люблю Галю! Это мой выбор и мое решение! Прошу вас не вмешиваться!
Иван Михайлович только хмыкнул, искривив губы в скептической ухмылке. Ангелина Игоревна же, прижала руки к груди и часто задышала. Затем, вскрикнула и осела на стул.
- Мама! – Олег молнией бросился к ней.
- Ой, ой! – запричитала моя мама.
- Может скорую? – предложил мой папа и начал хлопать руками по карманам своего модного пиджака, в поисках телефона.
Откуда у отца этот костюм? Сколько его помню, носит только пуловеры и рубашки. Промелькнула у меня мысль. Но додумать я ее не успела, потому что Холодов уже вызывал врача, одновременно пытаясь привести Ангелину Игоревну в чувства. Я подошла и предложила свою помощь:
- Может у официантов есть нашатырный спирт? Давай я спрошу.
- Да, - Холодов коротко кивнул.
В этот момент Ангелина Игоревна приоткрыла глаза, зыркнула на меня и ядовито произнесла:
- Твоя, так называемая невеста, хочет меня погубить! У меня же аллергия на аммиак!
- Мама! Ты пришла в себя! – Холодов схватил мою будущую свекровь за руку.
- Ах! – она тут же отключилась снова.
К нам через весь зал спешили врачи. Ангелина Игоревну погрузили на носилки и перенесли в кабинет управляющего рестораном. Фельдшер разрешил зайти только одному человеку.
- И так душно! Нечего все толпой тут делать! – обвел он строгим взглядом всех присутствующих.
- Ладно, мы подождем за дверью, - согласилась моя мама.
- Понадобится помощь – зовите! – предложил мой папа.
- Спасибо, как-нибудь сами разберемся! – улыбнулся в ответ фельдшер.
- Вот и хорошо! – тут же оживился Иван Михайлович. – Я тогда в офис. А то мои нерадивые подчиненные уже достали вопросами.
И бросив короткое: - До свидания! – направился к выходу.
- Что-то я не понял? – заерзал у меня на плече дракончик. – Иван и Ангелина – супруги или актеры нанятые?
«Супруги», - ответила ему.
- Ну, нет! Я такого отношения даже у гоблинов не видел, - задумчиво протянул он. А затем, дернул меня за мочку уха: - Ты точно хочешь за своего прынца замуж? Как бы он по стопам папаши не пошел.
«Отстань от Олежки! Он меня любит!» - фыркнула я.
- Ну, да, ну да! – скептически пробормотал Амур. – Потому все решает за тебя. Где жить. Что есть. Как одеваться. Даже предложение тебе делал, как отчет перед начальством.