Глава 4. Двенадцать французских парфюмеров
Стемнело. Гости стали разъезжаться по домам, но особняк ресторатора Фурнье все еще переливался огнями, привлекая внимание прохожих.
Весь вечер Франс пытался поймать племянницу среди гостей, но Николь то и дело ускользала как только он приближался.
— Вот чертовка! Ради ее будущего я устроил эту светскую тусовку, а она ведёт себя точно так же как и ее мать! Вертихвостка...
***
В молодости Софи, мать Николь, любила вечеринки. Юная красотка сводила мужчин с ума. От поклонников не было отбоя. Но всему приходит конец.
Матис Фурнье, старший брат Франсуа не был красавцем, но его состояние сглаживало сей недостаток. Никто не знает, почему красотка выбрала именно Матиса. Софи была из состоятельной семьи. Через несколько месяцев после свадьбы у пары родилась дочь, как две капли воды похожая на мать. Когда Николь исполнилось двенадцать лет, Матису предложили работу в другой стране. Вскоре семья переехала в Австралию.
Прошло семь лет.
Софи и Матис возвращались с благотворительного вечера. В те дни Австралию топили дожди. Водитель не справился с управлением, и машина на скорости слетела в кювет со скользкой дороги.
Бросив все дела, Франс первым же рейсом вылетел в Австралию — провожать родных в последний путь.
Первой, кого Франс увидел, войдя в зал прощания, была... Софи! Живая и невредимая, но с распухшими от слез глазами. Мужчина тряхнул головой, отгоняя наваждение, но "видение" не исчезло. Приглядевшись, Франс понял, что девушка слишком юна. Так Франс заново познакомился со своей единственной племянницей Николь.
После похорон брата и его жены, Франс уговорил двадцатилетнюю Николь вернуться во Францию.
****
— Она в беседке, месье.
Франс вздрогнул и, схватившись за сердце, выдохнул:
— Сьюз, как ты меня напугала.
— Простите, месье. — Старая кухарка Сьюзен любила появляться внезапно, как черт из табакерки. — Николь с Тимом в беседке о чем-то спорят.
— Спасибо, Сьюз. — Франс собрался было проследовать в сад, но остановился:
— А тебе не кажется, что Тим слишком часто крутится возле моей племянницы, с тех пор, как она вернулась из Австралии?
— Неудивительно, — женщина хмыкнула — Когда мадмуазель Николь с родителями жила в этом доме, она часто пропадала вместе с Тимом в саду.
— Да, но тогда они были детьми и в этом не было ничего предосудительного. А сейчас они давно не дети. Да и сегодняшний званый ужин был устроен для того... ‐- Франс осёкся. — Впрочем, и так все знают.
— С вашего позволения, я займусь посудой.
— Конечно Сьюз, идите.
Старая служанка исчезла в дверях кухни.
Месье Фурнье решил не устраивать скандал при гостях и, неторопясь, направился в сад.
Незаметно приблизившись к беседке он остановился за кустами роз и прислушался.
— Как думаешь, она узнала нас? — донёсся до Франса голос Николь.
— Не уверен. Но мне непонятно, что делала эта Жюли на вечеринке, тем более в сопровождении доктора. — тихо ответил Тим.
— Николя представил её как дальнюю родственницу.
— Плòхо дело. — констатировал Тим.
— Я говорила, что не надо ее тащить в этот дом. Надо было ее оставить в парке на скамейке.
— Но мы же не знали, что это его родственница. И вообще, это ты виновата, что ей стало плохо. — Тим немного повысил голос на девушку.
— Ага, я. — съязвила Николь. — А кто мне позвонил и кричал в трубку как брошенная истеричка, что какая-то тетка расспрашивает про убийство Жерома?
— Пусть этим делом занимается полиция, а не любопытная мадам. — сухо ответил Тим.
— А может быть она из жандармерии? — съехидничала Николь.
— Нет, она не похожа на жандарма.
— Я надеюсь ты ничего ей не рассказал?
В кармане Франса затрезвонил мобильник.
— Черт! Кажется нас подслушивали. — чертыхнулась Николь и выскочив из беседки наткнулась на родственника.
— Дядя? Что ты тут делаешь?
— Николь, нам надо серьезно поговорить.
— Дядя, не сейчас.
— Ты не одна? — Франс увидел как в темноте мелькнула фигура Тима.
— Одна. Решила подышать свежим воздухом.
— Николь, ты же понимаешь, что вечеринка была устроена не просто так. Николя Веррè отличная партия для тебя.
— Почему ты решил, что я выйду замуж за этого старика? И вообще, мне нравятся совершенно другие мужчины!
— Но, Николя не старик! — возмутился Франс.
— Дядя! — Николь звонко рассмеялась.— Я знаю, что вы близкие друзья, но он не в моем вкусе. Если он тебе нравится, то можешь сам на нем жениться! И вообще, уже поздно. Спокойной ночи!
Девушка чмокнула родственника в щеку, засмеялась и оставив ошарашенного дядю в саду, побежала в дом.
— Вертихвостка... — прошептал Франс и поплелся следом.