***
Черный автомобиль неспешно ехал по узким улочкам города любви. Юля бездумно смотрела в окно, подперев ладонью щеку.
— Юлия, я хотел бы показать вам ночной Париж, — нарушил тишину Николя, но если вы устали, мы можем поехать домой.
Юля встрепенулась, словно разбуженная сова на ветке.
— Ночной Париж — это мечта! — выпалила она, сложив руки бутончиком. — А выспаться я успею. Тем более, мы можем поговорить и в машине.
— Прошу прощения месье, — обратился водитель к Николя. — Я включу музыку?
— Конечно, — мужчина довольно улыбнулся.
В салоне авто тотчас "разлился" французский шансон.
— Николя, как вы считаете, эти двое причастны к убийству модельера? — спросила Юля и перевела взгляд с обзора улицы на Николя.
— Вы имете ввиду Тима и Николь?
— Да. Я наблюдала за ними на протяжении всего вечера.
— Думаю, что вы ошибаетесь, Жюли. Тим хороший парень. Я знаю его очень давно. Он привозит в мой дом продукты, а иногда заказанную в ресторане еду... Сьюзен, кухарка Франса, его опекун. Парень практически вырос в доме Фурнье. Получил образование и сейчас работает в ресторанном бизнесе. Это лучший официант и кондитер по словам самого Франса. А вот Николь... — француз смолк пытаясь подобрать правильные слова. — Конечно, она безусловно красива, но немного ветрена.
— Да, это заметно. Но думаю, что она не так глупа как кажется.
Пассажиры на заднем сиденье автомобиля смолкли.
— Жюли, вы думаете, что видели Николь раньше? — прервал молчание Николя.
— Да. Аромат ее духов я не перепутаю ни с одним другим. Запах миндаля с нотками цитрусовых очень своеобразный. Я очень хорошо знаю этот аромат.
Николя вопрошающе смотрел на Юлю.
— Ограниченная серия парфюма, созданная в 2012 году "Двенадцать французских парфюмеров". Моя сестра очень любит эти духи. Этот аромат называется "Моя королева". Очень редкие и дорогие духи.
— Тогда мне понятно, почему Николь вам знакома. Редкий аромат.
Юля кивнула в знак согласия:
— Странно, что под подозрение попала только моя сестра. Судя по поведению Тима и Николь, эти двое вполне могут что-то знать.
— Жюли, завтра мы обязательно свяжемся с полицейскими, которые расследуют это дело. А сейчас вам необходимо выспаться.
Николя что-то сказал водителю и тот развернул автомобиль в сторону дома Веррè.
Глава 5. Сьюзен
Не желая обсуждать с дядей тему замужества, Николь поспешила в дом. Впорхнув в особняк, она заметила как в полумраке коридора мелькнула невысокая фигура и скрылась за дверями кухни.
"Как всегда Тим пошел помогать Сьюзен с уборкой после приёма гостей" — подумала девушка и решив, что уже поздно, направилась в свою комнату.
Франс остановился перед входом в дом.
Странно. Тим, его любимчик, весь вечер крутился возле Николь. Неужели впрямь влюбился в нее?
Тим конечно хороший парень, но он не их круга.
***
Сорок лет назад.
Кухарка, работавшая в доме Фурнье попросила, чтобы ей на замену подыскали молодую девушку, желательно из деревни. Так как они более выносливы и расторопны, чем городские.
Мать Франса и Матиса, мадам Фурнье, была очень набожной и часто посещала католический храм недалеко от дома.
После очередной утренней мессы, она обратилась к настоятельнице храма с вопросом - нет ли у нее на примете девушки для работы на кухне.
Монахиня всплеснула руками и засияла как золотой дублон:
— Мадам Фурнье, сам Господь вас послал! Как это нет?! Недавно, в поместье Шатонёф-сюр-Шарант, в церкви Сен-Пьер, появилась послушница.¹
Монахиня смолкла, огляделась и шепотом продолжила:
— Наверняка вы знаете ту церковь. У нее на фасаде такое! — Настоятельница вытаращила глаза и перекрестившись радостно прошептала: - Лепнина "в рот мне ноги".
— Да, слышала о такой. — Улыбнулась мадам Фурнье. — Церковь построена еще в XII веке.
— Простите, отвлеклась. — Настоятельница сложила перед собой ладони бутончиком. — До нашего храма дошли слухи, что эта девушка великолепно готовит! А еще, новая послушница недавно выиграла главный приз в кулинарном фестивале, который ежегодно проводится в Шатанёф.
— Отлично, думаю, она подружится с моими сыновьями и они не будут жаловаться, на её стряпню.
Вскоре в поместье Фурнье появилась новая кухарка Сьюзен Лабордэ. Хоть и было ей отроду чуть больше двадцати лет, но готовила она лучше старой поварихи.
Двенадцатилетний Матис и восьмилетний Франс налегали на еду так, как будто её отберут и кухню закроют навсегда.