Корни Древа Мира и обвитый ими конический сталактит, которые они уже видели издалека, висели теперь прямо над головой. Диаметр оценить было по-прежнему трудно, но, на глаз, он был как раз такой же, как у бездонной дыры внизу. Если как следует приглядеться, внутри гигантской сосульки можно было разглядеть некую структуру. Прозрачные залы и коридоры были освещены, и ярко-синее сияние пробивалось сквозь лед.
— Правда фантастика… Если это всё части одного донжона, наверняка это самый большой донжон в ALO.
Лифа вздохнула и машинально потянулась вверх рукой. Однако, разумеется, до кончика сосульки оставались все те же двести метров. Столько не пролетел бы даже имп, хоть они и умеют летать в подземельях.
— Как же нам туда добраться… — произнесла Лифа, но, прежде чем Кирито успел что-то ответить, крошка-пикси у него на черном плече пронзительным голосом выкрикнула:
— Папа, с востока подходит игрок! Он один… нет, за ним еще… двадцать три!
–!..
Лифа втянула воздух. Двадцать четыре человека. Вне всяких сомнений — партия охотников на Злых богов.
Изначально их-то мы и искали. Если мы расскажем им о наших проблемах, и они позволят нам присоединиться, то мы доберемся до лестницы и выйдем наверх. Но сейчас… цель этих игроков, которые сейчас приближаются… Тонки. Лифа, закусив губу, повернулась к востоку, и несколько секунд спустя услышала шорох шагов по снегу. Она бы и не разобрала этот шорох, если бы не ее острый сильфский слух. Видеть она никого не видела — скорее всего, они пользуются скрывающей магией. Лифа быстро подняла руки, собираясь наложить заклинание, которое позволило бы ей их увидеть. Но тут метрах в десяти от нее пространство начало искажаться, как водяная пленка, и появился игрок. Это был мужчина с бледной до голубизны кожей и длинными голубыми волосами. Вне всяких сомнений, он принадлежал к расе ундин. Гравировка на сером кожаном доспехе напоминала чешую, на плече висел маленький лук. Скорее всего, этот человек отвечал за разведку и обнаружение противника — скаут, иными словами. И, судя по его мягким движениям и первоклассной экипировке, это был игрок весьма высокого уровня. Скаут подошел к ним и, окинув их острым взглядом, произнес слова, которых Лифа боялась больше всего.
— Ребята, вы на этого Злого бога будете охотиться или нет?
Разумеется, он имел в виду Тонки, свернувшегося рядом с Лифой. Когда Лифа ничего не ответила, взгляд скаута стал еще острее, и он добавил: — Если собираетесь его убивать, давайте поскорее. Либо прочь с дороги, а то попадаете под наши дистанционные атаки. Не успел он закончить свои слова, как из-за невысокого гребня, перед которым он стоял, донеся топот множества ног. Похоже, основные силы партии нагнали своего скаута. Если эта партия — из игроков разных рас и собрана была в нейтральной зоне, то есть еще надежда… Надежды Лифы рассеялись, как дым, как только два десятка игроков вышли из снегопада. Все они обладали одинаковой белой кожей и голубыми волосами. Иными словами, это был элитный отряд ундин, возможно, из Бухты Полумесяца на самом востоке Альвхейма. Если бы это был смешанный отряд, собранный из оставивших свою территорию Ренегатов, они могли бы спокойно посмотреть на компанию сприггана и сильфиды. Но раз они все — достойные представители расы ундин, то вполне могут быть не столь любезны. Они, может, даже сочтут «делом чести» уничтожить смешанную группу, состоящую из Лин, Лифы и Кирито. Для них это может быть «честной игрой». Спасибо еще, что предупредили. С этой мыслью Лифа встала между Тонки и синеволосым скаутом и тихо произнесла:
— …Боюсь показаться невежливой, но все же прошу. Оставьте нам этого Злого бога.
Услышав эти слова, скаут и весь отряд за ним невесело заулыбались.
— В низкоуровневых донжонах ладно, но говорить такое в Ётунхейме — совсем другое дело. «Это мое место», «Это мой монстр» — здесь такое не работает. Если ты пришла сюда, значит, ты ветеран и должна понимать.
Этот человек говорил совершенно правильные вещи. Настаивать на собственном праве на конкретное место или конкретного монстра — если бы Лифа услышала такое, она тоже была бы удивлена. Разумеется, если бы они уже дрались с монстром, у них был бы приоритет, но сейчас, когда Тонки всего лишь лежал, свернувшись в клубок, Лифа не имела права мешать ундинам на него напасть. Лифа кусала губы, не зная, что сказать, когда сбоку выдвинулась тень. Кирито и Лин. Лифа ахнула. Не может быть, неужели он опять собирается выкинуть какую-нибудь глупость, как в тот раз, когда он встал против Генерала Юджина и саламандр, — неужели он опять будет сражаться? Неужели он поднимет меч на такую ораву противников?
Это будет безнадежный бой. Врагов двадцать четыре, и все они супер-ветераны, иначе их бы не было здесь, в Ётунхейме. Это совершенно другой уровень, чем те саламандры в Коридоре Ругера. Тяжело бронированные воины, маги со своими посохами — да, совершенно другой уровень.
Однако последующие действия Кирито стали для нее полной неожиданностью. Спригган в черном, не притрагиваясь к мечу, опустился на колени в снег и склонил голову. — Я умоляю вас. — Голос его был предельно серьезен.
— …Хотя его курсор желтый, этот Злой бог — наш спутник… нет — наш друг. Мы вместе прошли долгий путь, после того как он едва не умер. Мы хотим, чтобы он сделал то, что должен сделать — до самого конца.
Закончив говорить, Кирито склонил голову еще ниже. Скаут с голубыми волосами на секунду прикрыл глаза. А открыв глаза, он разразился хохотом. Игроки сзади рассмеялись вслед за ним.
— Эй… слушай, ты точно игрок? Ты не NPC случайно, нет?
Отсмеявшись, скаут распрямил руки и потряс головой. Потянулся к себе за плечо и достал изящно сделанный лук. Затем вытащил из колчана серебряную стрелу и положил на лук.
— …Прости, но мы здесь не в игрушки играем. Совсем недавно нас вынес огромный Злой бог. Собрать все Посмертные огни и восстановить партию было очень трудно. И когда я вижу перед собой легкую добычу, я хочу ее взять. Поскольку я человек вежливый… даю вам десять секунд, чтобы убраться. Через десять секунд чтоб мы вас не видели. Маги — начать заклинания поддержки.
Мужчина взмахнул рукой, и игроки в заднем ряду принялись выпевать заклинания. Один за другим начали появляться разноцветные световые эффекты, обозначая разные бонусы, накладываемые на воинов.
— Десять… девять… восемь… — Шум от заклинаний становился все громче, пока скаут вел свой отсчет.
Лифа сжала кулаки с такой силой, что костяшки пальцев заскрипели; ее всю трясло от ярости. Глядя Кирито в спину, она произнесла:
— …Давай отступим, Кирито.
— …Угу, — прошептал Кирито, не поднимая головы; затем встал и двинулся на запад, вдоль края бездонной ямы. Лифа зашагала рядом. Скаут позади них продолжал отсчет.
— Три… два… один… начать атаку.
Совершенно безвольно Лифа выслушала приказ, а потом… Грохот атакующей магии наложился на лязг металла от атак воинов. Прямо у них за спиной землю сотрясла серия взрывов; потом накатила волна горячего воздуха, от которой зеленые волосы Лифы, стянутые в хвост, затанцевали у нее перед лицом.
Мы развернулись, когда отошли шагов на тридцать. Мечи, секиры, копья и прочие орудия воинов раз за разом вонзались в гигантское тело Тонки. Атаки сопровождались яркими световыми эффектами и мощными звуками ударов. Несмотря на толстую броню Злого бога, постоянные атаки игроков с высокоуровневым снаряжением делали свое дело. Хит-пойнты Тонки постепенно снижались. Восемь бойцов непрерывно атаковали в течение нескольких секунд, потом разом отошли чуть назад. И в ту же секунду пошла вторая волна атакующей магии плюс стрелы от нескольких лучников. Ужасающей силы взрывы полностью заволокли Тонки, хоть он и был четырехметрового роста. Столб огня начисто сжег лоснившуюся шерсть. Десяти процентов запаса хит-пойнтов Тонки как не бывало. Сквозь рев огня доносилось флейтоподобное «Юру-ру-у-у, юру-ру-у-у». Вне всяких сомнений, это плакал Тонки. Его крик был еще пронзительнее и трагичнее, чем, когда его избивал трехлицый великан. Не желая больше это видеть, Лифа повернула голову влево. От того, что она увидела там, у нее закололо в сердце. Кирито стоял, сжав руки в кулаки; высунувшаяся из его нагрудного кармана пикси Юи изо всех сил вцепилась своими ручонками в край кармана. Ее очаровательное личико было искажено горем, слезы одна за другой вытекали из черных глаз. Глядя на плачущую пикси, у которой тряслись плечи, и которая изо всех сил сдерживалась, чтобы не разрыдаться в голос, Лифа почувствовала, как и из ее глаз начинает сочиться что-то горячее. Тогда Лифа могла бы их ненавидеть. И могла бы поклясться себе, что отомстит за смерть Тонки. Но они ведь сейчас делают то, на что имеют полное право, как игроки в