– Да, Ваше Высочество, я позову, – тут же вызвалась Вивианн, а я малодушно порадовалась ее инициативе.
По-хорошему, это мне следовало спуститься к коменданту и решить все проблемы с переездом принцессы, но раз Вивианн сама добровольно взяла на себя груз тяжелой и неприятной работы, то у меня не хватило моральной стойкости ее остановить. А мысль, что на ванную комнату Ее Высочество пока не покушается, но как долго это продлится неизвестно, и вовсе заглушила слабый голос совести.
Уже нежась в ароматной пене и наслаждаясь избавлением от своего ужасного наряда, я вдруг подумала, что зря я послушалась Людвига. Надо было пробовать поступать на некромантский!
Глава 11.
Мы втроем шли по коридору главного корпуса на свой первый урок. Вивианн заметно волновалась, сжимая побелевшими пальцами папку с тетрадями. Я, если честно, тоже испытывала легкий мандраж. И только Ее Высочество принцесса Кассандра чувствовала себя, кажется, вполне уверенно.
Вчера, не без труда, мы смогли прийти к некоторому компромиссу и привели свое жилье в порядок. После того как принцесса отвоевала себе аж три огромных шкафа, а также закрепила свое право первой посещать ванную, она даже милостиво разрешила нам обращаться к ней “рона Эльтарро”, разумеется, только в пределах академии.
Мне большого труда стоило не спешить, подстраиваясь под вальяжную походку принцессы, по вине которой мы чуть было не опоздали на занятия, так как целое утро она придирчиво выбирала, какое же платье ей все-таки надеть. Приходилось признать, что на фоне наших белых мантий ее алое шелковое платье смотрелось и впрямь очень эффектно.
Вот только стоило нам столкнуться с группой стихийниц, как лицо принцессы недовольно перекосилось. Я же с трудом сдержала злорадный смешок. Увы, Ее Высочество не знала, что у представительниц огненной стихии учебные мантии точь-в-точь такого же алого оттенка. Впрочем, надо отдать должное принцессе, она быстро справилась с собой, и так же гордо и уверенно прошествовала в аудиторию.
Я, конечно, была рада, что принцесса не заставила нас возвращаться в общежитие, чтобы переодеться, но, боюсь, участь платья была предрешена.
Аудитория была довольно просторной, а целителей на первый курс набрали всего двадцать человек, так что найти свободные места для нас троих было не сложно. Не обращая внимания на любопытные взгляды и шепотки сокурсниц, принцесса уверенно заняла стол в первом ряду, и мы с Вивианн, переглянувшись, сели по бокам от нее. И, словно дожидаясь этого момента, раздался звонок колокольчика, оповещающий о начале занятия, и в аудиторию размашистым военным шагом вошел высокий худощавый человек в белом камзоле и с черной папкой в руках.
Нам тут же пришлось снова вставать, чтобы поприветствовать учителя. Он строгим взглядом окинул аудиторию, задержался недовольным взглядом на принцессе и ее декольтированном красном платье, но замечания делать не стал.
– Приветствую вас, студенты. Меня зовут Густав Гессер, я буду преподавать у вас целительство. Можете обращаться ко мне магистр Гессер, либо дорен Гессер. А сейчас садитесь, проведем перекличку.
Пока магистр Гессер сухо и безэмоционально зачитывал фамилии студентов, быстро отмечая их в списке, я внимательно наблюдала за ним. Конечно, я бы предпочла в качестве преподавателя магистра Фаррела, но декан никогда не занимался первокурсниками. О магистре Гессере я слышала немного, говорили, что он строг, любит дисциплину и редко балует учеников хорошими оценками.
Впрочем, он не был так уж безэмоционален, как я думала. И если, отмечая мое имя, он почти никак не отреагировал, то на фамилии принцессы явно недовольно нахмурился, а имя Вивианн и вовсе заставило его презрительно поморщиться. Все эти эмоции лишь мимолетной тенью отразились на его лицо, но я поняла, что учиться нам у него будет сложно.
И первый урок показал, что я была права. Густав Гессер не стал проводить какую-то вводную беседу, рассказывать о значении целительства в жизни людей или что-то еще в том же духе. Нет, он просто объявил тему урока и так же сухо, словно читая по учебнику, начал излагать материал. Говорил он четко, но довольно быстро, совершенно не обращая внимания на то, успевали ли студенты что-то усвоить, не говоря уж о том, чтобы записать.