Я задумалась, но у меня ни имя ни фамилия дорвиданца никаких ассоциаций не вызвали, я точно их до прибытия делегации в столицу не слышала.
– Ладно, сегодня обойдемся без тренировок, – сказал Людвиг, – да и вообще давай подождем пока. Пойдем, провожу тебя до общежития.
– А кстати, – спохватился вдруг принц, – чем вы тут все-таки заниматься-то собирались?
– Некромантией, – ответила я, забирая у брата плащ и брезгливо свертывая его в комок, надевать его я больше не собиралась.
– Так все-таки это правда, насчет второго дара? – изумился принц.
Я пожала плечами, мне казалось, что королевская-то семья уж точно в курсе моей ситуации, поэтому не видела смысла скрывать от Его Высочества свои дополнительные занятия. Принц правильно понял мой жест и смущенно уточнил:
– Честно говоря, я все же сомневался, да что там, был уверен, что граф Блэквурд это все придумал, чтобы не отдавать дочь целителям. А отец его просто поддержал. Но если это правда, то все еще серьезнее. И задание это нам не просто так дали.
– Это я уж давно поняла, – я вздохнула. То, что Его Величество просто так ничего не делает, знали все.
Больше мне никто ничего интересного не сообщил. Эти двое проводили меня до общежития, так больше и не ответив ни на один мой вопрос. Я обиделась и тоже молчала всю оставшуюся дорогу. В коридоре общежития было тихо и пустынно. Я бесшумно открыла дверь в нашу комнату, посмотрела на закрытую дверь в спальню принцессы, но открыть и проверить, там ли она, не решилась. Тихо проскользнула к себе и легла спать.
Глава 13.
На следующее утро принцесса вела себя как ни в чем не бывало. Она была в прекрасном настроении и даже мурлыкала себе что-то под нос, пока одевалась. На этот раз мы пришли на урок заранее, спокойно заняли места, и я даже успела еще раз прочитать материал, заданный магистром Гессером. Сегодня у нас опять должны были быть его лекции.
Как и вчера, он решительно зашел в аудиторию одновременно со звонком. Быстро провел перекличку, в отличие от доры Клейтон он на это время не жалел. И я очень сильно посочувствовала отсутствующему сегодня рону Терренсу, какова бы ни была причина его опоздания.
Вопреки моим ожиданиям, магистр Гессер не стал проверять домашнее задание, а принялся объснять новую тему. Но зря некоторые студенты вздохнули с облегчением. Все в той же сухой безэмоциональной манере он рассказал о влиянии ядов на организм обычных людей, магов и целителей. Причем, оказывается, маги разных направлений по-разному реагировали на яды, а еще обязательно нужно было учитывать силу их дара.
Целители – это вообще отдельная история, так как магия в наших телах в большинстве случаев способна сама нейтрализовать даже самые сильные и страшные яды, но есть ряд исключений, губительных для целителей и требующих либо противоядия, либо помощи коллеги. Забавно, что эти исключения для других магов совсем не так опасны.
Я еле-еле успевала записывать за учителем, удивляясь, что уже на втором занятии мы затронули такую сложную тему. Даже я в своем домашнем обучении еще до ядов не дошла, так как мама Рилли в первую очередь пыталась научить меня лечить наиболее распространенные болезни. А отравление ядами – это все-таки довольно редкое явление в наше время.
Но магистру Гессеру было виднее, как строить программу обучения первокурсников, и, быстро оттарабанив теоретический материал, он перешел к практическим занятиям.
Он достал металлический сундучок, нейтрализовал магическую печать и достал стойку с одинаковыми колбочками из черного стекла. Никаких опознавательных знаков на колбочках не было, но выглядели они довольно зловеще. Меня даже холодок пробрал.
Магистр оглядел аудиторию и остановил свой взгляд на Лиззи и Кэт.
– Роны, прошу вас к доске, сейчас на практическом примере мы увидим, как на целителей с разным уровнем дара действует настойка изумрудного тальиса. Прошу, смелее.
Девушки испуганно переглянулись и неуверенно подошли к столу. Я быстро пробежалась глазами по записям. Да, изумрудный тальис как раз был из рода коварных исключений. По идее, Кэт как менее одаренная, должна была быстрее и легче справиться с отравлением, в то время как для Лиззи последствия могут быть куда серьезнее.
Лиззи, видимо, и сама это прекрасно понимала, поэтому смотрела на магистра Гессера очень жалобно. Но он, не обращая на нее никакого внимания, взял одну из колбочек и протянул ее Кэт.
– Начнем с вас, рона, – строго сказал он, – сделайте небольшой глоток и попробуйте описать свои ощущения.
Кэт покорно взяла в руки колбочку и немного отпила. Магистр тут же забрал яд у нее из рук и испытующе уставился на нее. Девушка покраснела, и, слегка задыхаясь, начала описывать свое состояние.