С моим уровнем силы можно было бы и вовсе не готовиться к экзаменам, все равно бы приняли, но все же не хотелось ударить в грязь лицом. Да и нормальным отношениям с сокурсниками такое поступление вряд ли бы способствовало. А вот дополнительные баллы - это вещь полезная, они влияют и на личный рейтинг студента, позволяя ему легче проходить последующие испытания, и на общий рейтинг факультета, негласная борьба между которыми ведется не первый год.
На вступительные экзамены традиционно отдавалось три дня, но в первый день наплыв желающих был небольшой. Большинство выжидало новостей, как именно будут проходить испытания в этом году, и стремились еще хоть немного подготовиться. Поэтому в первый день шли самые уверенные в себе или те, кто не хотел затеряться в основной толпе.
Во второй день уже царил ажиотаж, так как все понимали, не пройдешь сегодня, в третий день уже может не остаться мест на факультете и придется ждать до следующего года.
Ну и соответственно в третий день приходили неудачники, не дождавшиеся своей очереди во второй. Впрочем, и тут был элемент везения, поскольку бывало, что во второй день преподаватели слишком уж привередничали, выбирая себе студентов, а в третий день, бывало, добирали на оставшиеся места более слабых. Так что каждый сам для себя выбирал стратегию. Я лично не хотела ни толкаться, ни надеяться на маленький набор, так что выбор был очевиден.
Брат рассказывал, что на входе в академию всех поступающих встречали помощники-кураторы, давали для заполнения анкеты и выдавали номерки, по которым потом вызывали на экзамен.
Но в этом году, похоже, абитуриентов решили встречать прямо на свежем воздухе. Я заметила, что пестрая стайка молодых людей и девушек не устремляется к воротам академии, а растекается на три ручейка к разноцветным шатрам, внутри которых стояли столы и стулья.
Приглядевшись, я сообразила, что черный шатер представляет факультет некромантии, четырехцветный соответственно для стихийников, а вот белый - это мой, целительский. Сделав еще более уверенный и независимый вид, я направилась к белому шатру и столкнулась со спешащей туда же мелкой, худенькой девицей.
- Простите пожалуйста, - пропищала она, поднимая с земли сумочку, - я нечаянно.
Я оглядела ее повнимательнее. Как-то не была она похожа на тех, кто приходит поступать в первый день. Слишком уж перепуганная, невзрачная какая-то, и это несмотря на рыжий оттенок волос и фиалковые глазищи, которыми она уставилась на меня как на чудовище какое-то.
Я недовольно прищурилась. Да, у меня сегодня не самое лучшее настроение, но это же не повод делать из меня монстра! Впрочем, вряд ли это недоразумение поступит в этом году, так что нет смысла на ней срываться.
Я лишь кивнула, принимая извинения, и даже царственно пропустила ее вперед. Девушка еще раз извинилась и испуганным кроликом поспешила к белому целительскому шатру, прижимая к себе сумочку. А я почему-то почувствовала себя жуткой стервой.
Когда я неспешно подошла к шатру, рыженькая уже общалась с симпатичным блондином в мантии целительского факультета. И кажется оба были от общения не в восторге. Блондин явно злился, а вот девушка стояла вся красная, по щеке катилась слезинка, но в то же время в глазах светилось упрямство и стремление стоять на своем до конца.
Я подумала, что эта малышка не так проста, и даже хотела предложить свою помощь, хоть и не собиралась заводить никаких знакомств в дни поступления, но блондин сунул в ее дрожащие руки заветный листочек-анкету и, прошипев: ”Ты еще пожалеешь!”, повернулся ко мне.
– Леди, добрый день, ваше имя, возраст, какой раз поступаете?
– Анабель Блэквурд, семнадцать лет, поступаю впервые.
Блондин вдруг как-то хищно подобрался и одарил меня ослепительной улыбкой, только вот голубые глаза все так же холодно сверкали льдом.
– Леди Блэквурд, очень рад вас видеть, мы вас ждали в этом году! Разрешите представиться, ваш куратор, Альберт Дью-Берри.
– Дью-Берри? – недоверчиво переспросила я, чувствуя, словно меня загоняют в ловушку.
– Совершенно верно, к сожалению, у меня раньше не было возможности выразить вам свое почтение, но, надеюсь, теперь мы будем видеться часто. И предугадывая ваш вопрос, я действительно родственник леди Риллианны Дью-Берри, а если точнее ее двоюродный брат. Граф Дью-Берри младший брат моего отца, и меня даже назвали в честь него.