- Магда держит их в оранжерее на территории замка.
- Цветы загробной жизни. - С легкой улыбкой она подошла к окну, и что-то в ее темной фигуре на фоне туманного, афотического вида и мерцающих вокруг нее свечей, словно свет жаждал прикоснуться к ней, заставило его грудь сжаться. Она была прекрасна.
Нет, - прекрасна» — слишком слабое слово.
Она была опьяняющей. Изысканно божественной.
Его мысли вновь вернулись к тому моменту, когда он застал ее, прижимающую к себе голову его брата и ласково гладящую его, чего ему было отказано большую часть его жизни. Сжав руки в кулаки, он боролся с тягой в груди. С желанием вырезать этот образ из своего мозга и сжечь его.
Разочарованный этой странной реакцией, он повернулся, чтобы уйти.
- Зевандер, — сказала она, и звук его имени, скатившийся с ее языка, пробежал по его спине холодным мурашками.
Он отвернул голову в сторону, не желая, чтобы она увидела тоску, которая почти сияла в его глазах. Как нелепо он, наверное, выглядел — человек с его строгой подготовкой и дисциплиной, тоскующий по ней, как чертов подросток.
- Спокойной ночи.
- Спокойной ночи, Лунамишка.
- Я все еще раздражаю тебя? — спросила она.
- Бесконечно.
ГЛАВА 41 МАЭВИТ
Как и накануне, я встретила Зевандера и Долиона в тренировочном зале в сопровождении Рикайи, которая не преминула отчитать меня за то, что я открыла дверь в погреб ее брата накануне вечером.
- Дело не в том, что он представляет для тебя опасность, — сказала она, пока я поглощала принесенные ею овсянку с молоком и яблоки. — Просто он… ну, хуже, чем раньше. И иногда он не может контролировать свои эмоции. Однажды я навестила его, не сказав Зевандеру. В результате он чуть не задушил меня. Меня спас аериз.
До тех пор, пока мы не дошли до тренировочной комнаты, я по крайней мере три раза пообещала, что больше не буду спускаться туда одна. Однако, хотя кровать в моей новой комнате была гораздо удобнее, чем в камере, я почти не спала прошлой ночью, мое сознание не только подвергало сомнению видение, которое я увидела об Алейсии, но и то, что я узнала о Бранимире.Стоя в центре тренировочного зала, Зевандер снова был в маске, которую он, казалось, продолжал носить, несмотря на то, что я уже видела, что скрывалось под ней. С маской или без нее он по-прежнему выглядел так же исключительно свирепым и красивым, как и накануне. И, как и тогда, я обнаружила, что меня это раздражает.
Я была далеко не в настроении тренироваться, но мне было любопытно, что принесет сегодняшний урок. Хотя метод был изнурительным, мое неохотное увлечение глифами заставило меня преодолеть боль в глазах.
Рикайя встала рядом со мной.
- Ты останешься на этот урок? — спросила я, радуясь ее присутствию.
- Мне поручили помочь с тренировкой. - Отсутствие энтузиазма в ее голосе ясно давало понять, что эта задача ее мало интересовала. Она даже не надела тренировочную одежду, а вместо этого была в изумрудно-зеленом платье.
- Еще один изнурительный день мести ветра? — спросила я, подходя к Зевандеру.
- Нет. Сегодня я покажу тебе новый глиф с помощью Рикайи. Еще один защитный механизм, который может быть тебе очень полезен и довольно прост в освоении.
- Слава богу.
Когда он открыл ладонь, на его коже засиял глиф. - Пропульшир. Отталкивать.
Я обогнула его, чтобы оказаться рядом, и изучила глиф. Небольшой квадрат, вписанный в более крупный, его вершины касались сторон большей фигуры, а из каждой стороны большого квадрата выходили небольшие линии.
- пропульшир, — прошептала я, запоминая форму насколько это было возможно. - Этот кажется немного сложным. - Другие глифы, которые я изучила, имели простые формы, которые мне было легче запомнить.
- Более мощные глифы — самые сложные. Некоторые маги никогда не изучают их тонкости. - Если я не переусердствовала с анализом, то его голос сегодня казался более спокойным, менее раздраженным.
Запомнив глиф, я вернулась на свое прежнее место напротив него, и именно оттуда я случайно взглянула вниз и заметила огромную выпуклость в его кожаной одежде.
Боже мой.
За всю свою жизнь я видела только один, принадлежавший сыну шахтера, который показал мне, как прикоснуться к нему там, и он был далеко не таким большим.
- Не нажимай на этот глиф, — продолжал болтать Зевандер, совершенно не замечая, что мое внимание привлекло это навязчивое зрелище.