— И?
— Если мое видение верно, смертная, за которой я послал тебя, может быть первой или последней из рода корвикаев. Возможно, в ее жилах течет кровь богини смерти. И хотя я могу быть многим для многих людей, я не являюсь средством для убийства смертных. Сжав губы в жесткую линию, он покачал головой. — Я определенно не хочу связываться с дочерью богини смерти.
В голове Зевандера мелькнуло божественное лицо девушки, и он напряг мышцы. - Судя по ее молодому возрасту, она еще не так давно обрела свои силы.
- Полагаю, что да. Но что ты имеешь в виду под «не обрела»? Она… она жива?
- Девушка все еще живет в Мортасии, — ответил Зевандер ровным тоном.
- О, слава богам. Слава вечно любящим богам милосердия!
- Мортасия? — спросил Казимир. - Ты отважился отправиться в страшные пустоши и ни слова об этом не сказал?
Зевандер внутренне застонал. - Ничего особенного не произошло.
- Как это возможно? — перебил его Долион.
- Как она жива?
Зевандер стиснул зубы, этот вопрос вернул его к той ночи и к тысячам раз, когда он задавал себе этот самый вопрос.
Осознание, промелькнувшее на лице старика, только разжегло его гнев.
- Ты не смог этого сделать, да? Что-то помешало тебе убить ее.
Вместо ответа Леталиш с трудом сдержался, чтобы не откусить себе язык, и сказал: - Я видел яйцо этого Корвугона. Оно у нее.
- Значит, это правда. Правда, что они вернулись!
Злые завитки гнева скользили по шее Зевандера, когда он положил руку на бедро, а другой погладил подбородок. - Значит, камни, которые мы собрали, и жизни, которые мы забрали, бесполезны.
- Эти камни в данный момент сдерживают замок, полный карнификанов. Хотя они не достаточно сильны, чтобы предотвратить эпидемию, шесть камней обладают достаточной силой, чтобы создать защиту. И нужно ли мне напоминать тебе, что те, кого ты убил, не были образцовыми гражданами. Они держали ниливиров в рабстве, черт возьми.
- И нужно ли мне напоминать тебе, что я не убиваю из милосердия или чтобы избавить мир от чертового зла. Я убиваю с целью, и этой целью было проклятие, которое ты обещал снять. Итак, как ты собираешься возместить ущерб? Прежде чем ты ответишь, позволь мне советовать тебе, что мы были посланы королем, чтобы казнить тебя.
- Боюсь, я не смогу снять проклятие без кровавого камня дочери Корви, и я не буду нести ответственность за то, что дважды положу конец их роду. Убейте меня, если нужно. - Ублюдок имел наглость поднять подбородок, словно это могло придать ему немного достоинства. - На самом деле, я настаиваю. Я уже несколько дней пытался это сделать. Я трус.
- Может быть, я просто убью ее и избавлю тебя от этих тяжелых камней.
- Ты пытался и потерпел неудачу. На горизонте надвигается война, Зевандер. Избавившись от пламени, ты останешься беззащитным. Практически смертным. - С небольшим усилием он поднялся на ноги, споткнувшись и отступив на шаг назад. - Твое проклятие, хотя сегодня и является бременем, завтра может оказаться полезным. Это непревзойденная сила, которой ты обладаешь.
Зевандер обнажил свой клинок. - А может, ты просто бредящий старик, которого нужно заставить замолчать.
- Тогда заставь меня замолчать. - Он отбросил свое оружие с звоном металла и вытянул руки в стороны в знак сдачи. - Я умоляю тебя. Это не изменит твоего положения. Или твою судьбу.
Стиснув зубы, Зевандер злобно зарычал в ответ на упорное нежелание старого мага. Его руки дрожали от желания задушить его за то, что тот осмелился предположить, что Леталиш позволит ему так легко расторгнуть заключенную с ним сделку.
- Что нам делать? — спросил Казимир, отвлекая его от убийственных мыслей. - Я подозреваю, что в момент его смерти защита исчезнет.
- Это точно. - Долион кивнул в сторону лестницы. - Вам лучше уйти сейчас, пока у вас есть возможность.
- Ты пойдешь с нами. Ты останешься в Эйдолоне.
- Я подвергну тебя большому риску, Зевандер. И если меня поймают маги, я могу только надеяться на быструю казнь. Так что, пожалуйста. Выполни приказ своего короля.
Зевандер злобно хмыкнул, выразив лишь малую толику своего гнева. - Ты мне должен, старик. Маги — это сейчас твоя наименьшая проблема. - Если Долион не сможет избавить его от проклятия, Зевандер заставит старого мага найти способ замедлить процесс его трансформации. Ему было наплевать на изменчивую мораль Долиона или на то, что девушка была последней из своего рода. Его бесило, что он не смог убить ее.