Крепко обернув меня плащом, Алейсея дрожала, наблюдая за мной.
Быстрая проверка показала, что моя рука не пострадала, и я снова просунула ее, вытащив без сопротивления. Я протянула руку, чтобы просунуть ее снова, и она схватила меня за руку.
- Подожди! - Страх в ее глазах потемнел. - А-а-а что, если… ч-ч-что-то плохое находится на… д-д-другой ст-ст-стороне? — спросила она.
- А что, если на другой стороне нас ждет свобода, Алейсея? Я пойду первой. Ты пойдешь за мной, хорошо?
Она со слезами на глазах кивнула. - Хорошо.
- Обещай, что пойдешь за мной.
- Обещаю.
Я обернулась и в отражении увидела Мороса, стоящего в колючих кустах позади нас. Паника взорвалась во мне. - Давай! - » Не колеблясь, я прыгнула через барьер на другую сторону, где меня встретил, казалось бы, тот же лес. Только когда я обернулась, вместо отражения я увидела Алейсею, стоящую на другой стороне. Я протянула руку, чтобы дотянуться до нее, и твердая поверхность ударила меня по костяшкам. Жидкий барьер затвердел, превратившись в непроницаемую стену.
- Нет. Нет! - Я ударил руками по прозрачной поверхности. - Алейсея! Алейсея!
Ее губы дрожали, когда она приблизилась к арке, но вдали к ней шел искалеченный Морос.
- Алейсея! Он за тобой! «Алейсея! - Я снова ударила по прозрачной поверхности, отчаянно пытаясь прорваться, но она как будто не слышала и не видела меня. - Алейсея! Алейсея!
- Повернись! Сейчас же! — крикнул незнакомый голос сзади, но я проигнорировала его, наблюдая, как Алейсея протягивает ко мне руку.
- Давай, проходи! Он идет!
Рука обхватила ее горло и потянула назад.
- Нет! Алейсея! Нет!
В то же время руки обхватили мою талию и шею, оттаскивая меня от арки.
Я лягалась и извивалась, пытаясь вырваться, еще не видя своих похитителей.
Вокруг меня вспыхнул яркий свет, и мои мышцы охватила парализующая скованность. Ветви деревьев проносились мимо моего поля зрения, и я словно поднялась в воздух. Каждая мышца дрожала, напрягалась и горела, словно меня пронзила молния, сковавшая мои конечности и челюсть. Я едва могла дышать, когда мое тело закрутилось, и я оказалась лицом к лицу с темноволосым мужчиной на лошади, одетым в сталь и кожу, с протянутой ко мне рукой.
Рядом с ним стояли еще три человека.
- Что это за запах? — спросил блондин, одетый так же, как темноволосый. - Я хочу съесть этот чертов воздух, он восхитителен.
- Она смертная? — спросил человек с красными вьющимися волосами, и мужчина, чья рука слегка повернула меня в сторону, ответил: - Да.
Меня охватила паника, так как я не могла видеть Алейсею с этого нового ракурса, а мои мышцы отказывались подчиняться команде повернуться.
- Черт возьми! Смертная! Смертные когда-нибудь переходили на другую сторону? - Блондин с восхищением уставился на меня.
- Насколько я знаю, нет. - Черноволосый, который держал меня в каком-то невидимом захвате, с любопытством наклонил голову. Те, кого я принял за охранников, учитывая, что все они были одеты в одинаковую блестящую металлическую и кожаную одежду с одинаковым странным эмблемой, смотрели на меня, пока я парила над ними, совершенно беспомощная.
- Отпустите меня! — кричала моя голова, но я не могла произнести ни слова.
- Как, блядь, она может говорить на нькстероси, если смертная, гений? — спросил рыжий.
- Не знаю. Но капитан говорит, что у смертных есть особый запах. Так они и заманивают тебя. - Закрыв глаза, блондин раздул ноздри и глубоко вдохнул. - Интересно, как пахнет ее пизда?
- Давай, попробуй, если тебе так интересно, — бросил вызов Красный, и я заставила свои мышцы извиваться, чтобы вырваться из того, что меня удерживало. - Мой прадед говорил, что они переносят самые ужасные заболевания крови. Он потерял двух своих братьев, когда они однажды пересекли долину. Вернулись больные как собаки. Я слышал, если они тебя укусят, то можно попрощаться с жизнью.
- Это чушь собачья, — возразил блондин. - Никто никогда не переходил в земли смертных. Твой дед — лжец.
- Он лжет! Клянусь!
- Что нам с ней делать? - Блондин облизнул губы, и я не хотела представлять себе отвратительные мысли, которые в тот момент проносились в его голове. - Ты не можешь отвести ее в замковую темницу. Ты навлечешь на себя проклятие, и король отрубит тебе голову. Но она пахнет так чертовски вкусно, что я готов обмочиться. Как апельсины или что-то в этом роде.