- Я полагаю, вы здесь не пьете воду? — осмелилась я спросить, когда мы прошли через это ужасное болото и он остановился, чтобы высушить сапоги на мягком грибовидном объекте, прямо у каменной тропы.
Он выпустил воздух — хуфф — и потянулся к сумке за моей спиной, вытащив самую изысканную флягу, которую я когда-либо видела. На металле были выгравированы фазы луны, возвышающиеся над силуэтом замка. На обратной стороне была надпись: Пусть ты никогда не испытываешь жажды. С любовью, Рикайя.
Я не стала спрашивать, кто это, полагая, что он все равно не ответит. Любимая, наверное. Вместо этого я открыла крышку. Опрокинув флягу, я почувствовала, как прохладная жидкость хлынула в мое горло, практически шипела, когда я глотала ее. Боже мой, разве я когда-нибудь пробовала такую вкусную воду? В отличие от колодезной воды в коттедже, которая часто имела запах яичной серы, эта была чистой и кристально прозрачной. Ледяной холодной, как будто она пролежала в зимнем снегу.
Утолив жажду, я вытерла лицо тыльной стороной запястья и вернула ему флягу. Он даже не потрудился выпить, а просто сунул ее обратно в сумку. Жаль. Я надеялась, что он когда-нибудь снимет эту ужасающую маску, и я смогу увидеть не только его глаза.
- Что это за место?
Сначала он не ответил, и я смирилась с тем, что не узнаю, потому что, по моему предположению, этого человека было невозможно переубедить.
- Эфирия. Мир за Умбравале.
- Умбраваль?
- Блестящий барьер, через который ты прошла, чтобы попасть сюда.
Блестящий барьер, который также не дал мне вернуться к сестре. - Другой мир, — сказала я с недоверием. Полным недоверием.
Наверное, я где-то сильно ударилась головой. - Последний вопрос. Это далеко? Я спрашиваю только потому, если эфирийцы вообще ходят в туалет, но... эта вода может пойти только одним путем.
Он вздохнул, поправляя седло на лошади. - Недалеко.
Еще один вопрос вертелся у меня на языке, просясь быть заданным. Тот же вопрос, который эхом повторялся снова и снова, пока он вел нас через болото, несомненно, дальше от леса, через который я прошла.
Куда ты меня везешь?
Я была уверена, что этот человек, скорее всего, сбросил бы меня с лошади, если бы я спросила об этом вслух. И имело ли это значение? Я не собиралась снова пробираться через это болото в одиночку.
Меня охватило чувство тревоги, когда он взобрался на лошадь позади меня, и я осознала, насколько я мала по сравнению с ним, когда его руки обхватили меня сзади, практически поглощая, когда он взялся за поводья. Легким ударом ногой по боку лошади он снова заставил животное двинуться.
Я старалась не думать о том, как широко и крепко его грудь прижималась к моей спине, и о том, что он пахнул кожей и табаком, смешанными с чем-то восхитительным, что я не могла определить. Этот запах заставил меня задуматься, когда я в последний раз ела.
Ночь казалась такой длинной. Бесконечной. Глаза горели от желания спать, но я не смела их закрывать. В тишине я думала о своей сестре, лежащей обнаженной, сгорбившейся, истекающей кровью. О том, как она ждала меня там. О том, как она могла бы легко пройти через эту арку без меня. И что? Была бы она в большей безопасности, если бы ее нашли те стражники? Захватили бы они ее? Отвели бы в ту камеру, чтобы заключенные могли поступить с ней по своему усмотрению, прежде чем бросить ее в какую-то яму?
И если бы так и было, узнала бы я когда-нибудь, что с ней случилось?
- Ты ошибаешься насчет моей сестры, — тихо сказала я, сдерживая слезы. - Она жива.
- Тогда я ошибаюсь, — без особого интереса ответил он, звуча совершенно неубедительно.
Я скрежетала зубами от злости на его безразличие. - Ты ужасен, что вообще сказал, что она мертва.
- А ты глупа, что перешла на другую сторону.
- У меня не было выбора. Нас преследовало что-то в лесу. Что-то ужасное. - Мои мысли вернулись к странному зверю, похожему на Мороса, и хотя по внешнему виду это не было самое страшное существо, с которым я столкнулась сегодня ночью, оно определенно было одним из самых зловещих.
Оно содрало плоть с дяди Рифтина…» — сказала я бездумно, погрузившись в воспоминания.
- Это существо в лесу. Как оно выглядело?
- Мой дед рассказывал мне на ночь сказки о Ратхаворе. Звере, наполовину человеке, наполовину олене. Который жадно пожирает плоть. Мне оно показалось именно таким. В любом случае, оно преследовало нас до арки. Это был единственный выход.