- Похоже, тебе повезло, что ты осталась жива.
- Я устала, вот и все. Не знаю, какие у тебя намерения, но мне бы очень хотелось отдохнуть. - Вина за то, что я сказала это вслух, давила на меня, поскольку я не знала, страдает ли Алейсея от рук Мороса и того, что им овладело, или же он предложил ей быструю смерть, и ее тело лежит на холодной земле.
Представлять себе любое из этих двух вариантов, наряду с собственным выживанием, было для меня слишком тяжело. Невыносимо. Я не имела представления, что этот Зевандер замышлял для меня. Не знала, планировал ли он сделать со мной что-то худшее, чем те люди, которые поймали меня в ловушку ранее. Меня пронзило напряжение, и хотя мне хотелось закрыть глаза и уйти от всего этого, я молча приказывала себе оставаться бодрствующей.
Пока он не сказал: - Вот, твое желание исполнено.
Перед нами пролегала узкая тропа, которая вилась по склону горы к темному замку впереди, и хотя его вид, зловещий и запущенный, должен был пугать меня, он казался странно безопасным. Такой замок, который отпугивал даже монстров. Достаточно внушительный, чтобы обеспечить мне защиту, и я могла закрыть глаза.
Когда лошадь поднялась по тропе, я разглядела мерцающие факелы по ее внешним краям, освещающие каменные черные и покрытые мхом стены.
- Ith’tu somninis profundiet, - прошептал мне на ухо глубокий голос Зевандера.
Сцена передо мной сузилась до размера булавочной головки.
ГЛАВА 29 ЗЕВАНДЕР
Девушка лежала в объятиях Зевандра, который нес ее по лестнице к входу в Эйдолон, ее тело было безжизненным из-за заклинания, которое он наложил. Ее запах, похожий на аппетитные апельсины, вызвал бурную реакцию его чувств. В болоте он почувствовал некоторое облегчение, когда запах гнили и серы заглушил его, но как только он выбрался из болота, этот запах захватил все его мысли. Он сводил его с ума от желания. Даже слабый запах мочи на ней не мог заглушить этот подавляющий запах, что бы это ни было.
Тошнотворно сладкий.
Пройдя через вход в замок, он прошел мимо лестницы к длинному коридору, ведущему в подземелье.
— Что это, брат? — Интрига в голосе Рикайи раздражала Леталиша, когда она спускалась по лестнице и пошла рядом с ним.
— Не лезь не в свое дело.
— Твое дело — мое дело. Так и бывает, когда ты заставляешь меня жить в одном месте с тобой.
Хотя за последние пару дней, проведенных в своей комнате, она пережила худшее из абстинентного синдрома, на ней все еще были заметны следы изнеможения от долгих бессонных ночей. Красные круги под глазами и белая бледность кожи свидетельствовали о часах, проведенных над ночным горшком, избавляясь от токсичных остатков фламмапула и тонизирующих средств.
Она последовала за ним, и, ухватив его за руку, Зевандер остановилась. - Этот запах... - Собрав волосы девушки, она поднесла их к лицу и вдохнула. - Что это? Я хочу съесть его прямо из воздуха.
К сожалению, он знал это чувство.
- Она смертная, не так ли? Что, черт возьми, ты делаешь со смертной?
— Веду ее в подземелья.
Рыкайя вздрогнула. — В подземелья? Ты действительно думаешь, что это безопасно?
— С ней все будет в порядке. Долион уже несколько дней там.
— Ладно, но любопытство буквально стало погибелью нашей кошки, если ты помнишь.
Он помнил. Именно он убирал ее труп много лет назад. - Она будет заперта. И если ты прикоснешься к ключам, я узнаю, так что никаких трюков.
С презрением она скрестила руки. - Прошу прощения, это не трюки. Ты просто злишься, что иногда я на шаг впереди тебя. - Она играла с длинными локонами девушки, пропуская их сквозь пальцы, что заставило Зевандера поинтересоваться, каково было бы сжать их в кулаке. - Она красивая и пахнет восхитительно. Как долго, по-твоему, она будет в безопасности в камере? Хм?
- Я сказал, что с ней все будет в порядке. Отдохни. Я пошлю тебе бульон в комнату.
Рикайя отпустила ее волосы и усмехнулась. - Если бы я полагалась на тебя в вопросах питания, то к этому времени я бы уже превратилась в гниющий труп. Слава богам за Магду, иначе я бы совсем иссохла.
Вместо того чтобы ответить, Зевандер хмыкнул и продолжил путь к южной башне, подальше от своей сестры, которая, казалось, слишком заинтересовалась девушкой. Дело в том, что смертная была проблемой Долиона, а не его. Лучше быть со старым магом, чем в любой другой части замка, где она, несомненно, создаст проблемы. У него и так было полно дел с сестрой. Не было нужды усугублять свою головную боль еще одной молодой женщиной, которая, как он уже мог сказать, прекрасно поладила бы с Рикаей.