Мысль о том, что Алеру насильно сведут с драконом, была мне противна, а ей, думаю, и подавно.
[Астра, повлияй на неё!]
А? Я? С какой стати? Из-за того, что я дзе? Или из-за Эфии на моей руке? И что значит «повлияй»? Он хочет, чтобы я заставила рыжую рожать? Почему все взрослые, стоит им «упереться в стену», сразу прибегают к насилию? Гадко. Энтинус всегда поддерживал меня, настала моя очередь принять эстафету. Сделав серьёзное лицо, я выдала:
– Принимать решения – высший показатель разумности! Андропония никого не принуждает!
Услышав мой ответ, дракон зажмурился. Хех, не понравилось, да? Будешь знать, как насильничать!
[Сестра?] – обратился ящер к Митрии.
Пытаешься ухватиться за соломинку, умник?
Старшая нянчилась с лисой-роженицей, та тянула в рот всё подряд: камешки, грязные руки, жуков… Смогу ли я, однажды став матерью, проявлять столько же терпения?
[Ты зло творишь в желании бескорыстном, брат. Неужто хочешь ей судьбы, что испытала я? Идя дорогой мрака, ты посеешь мрак и не найдёшь прощения.]
– Угу, точно, прежде чем решать за других, спроси, хотят ли они помощи! – заявила я.
[Она не найдёт в нашем мире средства…]
– Отнюдь, господин дракон, – вмешался в разговор Эфия. – Средство – это я. Мне вполне по силам создать ДНК-ингибитор и продлить ей жизнь. Если, конечно, моя хозяйка готова пожертвовать ради этого некоторым количеством маны.
– Готова! Меня саму держали, как птицу в клетке, растили для замужества! Я никому такого не пожелаю, буду драться, если потребуется!
Глядя, как я встала фертом и задрала нос, Мелетиасу пришлось сдаться. Эфия – молодец, занял мою сторону, такого от расчётливой железки я не ожидала.
– С-спасибо, – виновато улыбнулась лисичка.
– В таком случае, мисс Алере придётся какое-то время путешествовать с нами, – заключил терминал.
– Что, зачем? Разве нельзя создать лекарство прямо здесь и сейчас?
Моему удивлению не было предела. Можно ведь позаимствовать энергию у Митрии, если моей не хватает. Артефакт что-то задумал? Точно… он ведь никогда ничего не делает просто так. Зря я его похвалила…
– Боюсь, офицер, мои процессорные мощности прямо пропорциональны вашей энергоёмкости. У меня уйдёт немало времени на анализ ДНК нашей новой знакомой. Более того, поскольку лечение постороннего существа, не входит в мои прямые обязанности, я вправе требовать плату.
– К-какую плату…? – спросила девушка, жалобно опустив ушки.
– Разве я не озвучил своё требование ранее? Вам, мисс, надлежит путешествовать с моей хозяйкой, помогать ей и защищать от опасностей.
Вот те на… Эфия продолжает по желанию левой пятки выбирать мне спутников. Сначала Норенс, теперь химера… А меня спросить?! Спорить с терминалом бесполезно, он лучшего оратора за пояс заткнёт. Как же бесит!
– Итак, раз все проблемы решены, позвольте сменить тему, – продолжил вещать артефакт. Ага, да, «проблемы», ты сам та ещё беда. – Уважаемые драконы, известно ли вам имя «Патера»?
– Патера, – с благоговением произнесла Старшая вслух.
Судя по её реакции это имя ей более чем знакомо.
[Отец всего сущего, пламя жизни меж звёзд несущий. Бог-дракон, рождённый без греха, из звёздной пыли слепленный], – телепатически добавила дракониха. От её слов у меня волосы на загривке встали дыбом.
– Носительница моя, офицер Зорн оставил ящерам подарок. Во внутреннем кармане вашего дождевика флакон, окажите милость, передайте его Митрии, – практически пропел Эфия.
– Ничего у меня там… нет?
Сунув руку в карман, я извлекла флакон, наполненный густой, белой жидкостью. На плотно приточенной пробке красовался герб Андропонии: золотые литеры W и A, одна поверх другой. Края W были выполнены в виде крыльев.
– Госпожа Митрия, решение смешаться с людьми было верным. Это помогло вашему виду сохранить разум. Однако даже я не могу просчитать, как остатки драконьей крови отразятся на следующих поколениях. Внутри сосуда семя Патеры, оно поможет скорректировать генофонд. Надеемся на дальнейшее сотрудничество.
От этой новости я едва флакон не выронила… Зорн гад! Чем он думал, подкладывая мне в карман такую мерзость?! Митрия же, наоборот, приняла у меня склянку, чуть ли не кланяясь… Возможно, я ещё маленькая, чтобы понять её чувства.
***
Астра:
Вот, как-то так. Безумная история с тёмной силой и лисьим народом закончилась, все разъехались. Ах да, забыла сказать: лиса-мать теперь тоже живёт в моём замке. Я попросила дядю, и он, естественно, хех, не смог мне отказать. Скажу честно: женщина, ведущая себя, как младенец – это страшно. Я каждый день хожу проверить лисят, а она там, лежит, бормочет что-то, слюни пускает… Бр-р! Однако стоит бонне поднести ей ребёнка, лиса сразу преображается, на бок ложится, кормит, даже пытается петь нечто вроде колыбельной. Это настолько же невероятно, насколько и мило.