А затем Амбротов неожиданно увидел, как одна из теней внизу под окнами переместилась.
В детстве Амбротов любил спрятаться под одеялом с фонариком в руках и читать книгу. Не то, чтобы он вынужден был это делать. Отец, хоть и не одобрял увлечения сына приключенческими книгами, да и художественной литературой в целом, не запрещал ни того ни другого, полагая, что интерес этот пройдёт, как только сын повзрослеет.
Самому же мальчику идея иметь своё убежище казалась естественной. Такой же естественной, как желание убежать от реального мира, где были школа и родители, серость будней и непредсказуемость будущего.
Выражаясь фигурально, тот маленький фонарь, позволявший видеть под одеялом текст, стал его проводником в совсем другой мир. Мальчик представлял себя одним из героев книг. Вместе с другими персонажами он преодолевал пески пустыни, парил в облаках среди летающих городов и спускался в самые глубокие впадины на дне океана. И все это время крохотный фонарик был ему надёжным спутником.
Его отец всю свою жизнь отходил ко сну сразу после заката, а вставал с первыми лучами солнца. Амбротов-старший был экономным до скупости и считал излишеством тратить деньги на электричество без особой на то надобности. Кроме их с отцом никого в доме не было. Слуг они не нанимали, поскольку и это считалось слишком расточительным, а мать… Она бросила их давним-давно. Уехала в другой город с мужчиной, с которым до этого работала. Она изредка писала, но в тех письмах речь шла лишь о её новой жизни — и ни слова о том, скучает ли она по своей прошлой семье и как скоро планирует вернуться. Не было даже обычных вопросов об учёбе и успеваемости.
Иногда мальчик воображал, что его мать похитили и держат в заточении, предоставляя минимальную свободу — только для того, чтобы черкнуть пару строк. Возможно, она писала чаще — только вот те похитители доставляли не все письма, а некоторые и вовсе вымарывали или отправляли только малую часть: столько, сколько нужно было для поддержания у пленницы иллюзии свободы.
Разумеется, он знал, что все это — не более чем фантазия. Мать бросила их и теперь жила совсем другой жизнью. Порой лишь книги позволяли ему отвлечься от этих мыслей. Но и они оказались не всесильны.
Однажды вечером, когда на улице стало совсем темно, а в доме горел только фонарь, и тот — лишь под одеялом у юного Амбротова, в их дом забрался грабитель.
Это был отчаявшийся человек, стремящийся к лёгкой наживе. В их доме, в отличие от других жилищ по соседству, не горел свет, и грабитель решил, что хозяев в доме нет.
Он пролез через окно кухни; некоторое время хозяйничал там в поисках еды и алкоголя, а затем переместился в жилые комнаты. Отец уже спал и не мог слышать, как кто-то буквально переворачивает дом. Сначала кухня, затем гостиная, где вор задержался в поисках ценных вещей…
Которых в их доме не было.
Уезжая, мать забрала с собой все украшения, а те немногие деньги, что у них водились, Амбротов-старший носил с собой в кошельке. Сейчас кошелёк был в отцовской спальне, лежал на ночном столике. Единственное чем вор мог бы поживиться — это несколько довольно дорогих книг по медицине и отцовский чемоданчик с врачебными принадлежностями, оставленный в прихожей.
Когда мальчик спустился вниз, сжимая в дрожащей руке фонарь, этот человек как раз заканчивал выворачивать содержимое саквояжа, перебирая бесхитростные в общем-то стальные инструменты: глупец думал, что среди них могут быть изделия из серебра. Он так грохотал железом, что должен был разбудить отца… Но почему-то не разбудил. Мальчик ещё много лет потом вспоминал, как подумал, что отца может уже не быть в живых. Что этот человек убил его прежде, чем начать обшаривать дом. Это мысль обрушилась на него с пугающей силой.
Мог бы он повернуться и бежать?
Мог бы сопротивляться?
На мгновение между ними установился зрительный контакт: напуганный ребёнок с фонарём в руках и опешивший от неожиданности преступник с зажатым в кулаке скальпелем.
Даже если у него не было с собой другого оружия, этот скальпель вполне мог им стать. Несколько мгновений оторопевший Амбротов смотрел на его сверкающее лезвие, осознавая, насколько острым оно было: свои инструменты отец всегда держал в порядке.
Да что скальпель! Этот грабитель мог убить его голыми руками.
Мальчик понял, что прийти сюда было ошибкой. Он так и замер с фонарём в руке, каждое мгновение ожидая, что грабитель ринется в атаку…
Однако место этого тот неожиданно отшвырнул скальпель и бросился бежать сам. Он скрылся на кухне, а мгновение спустя хлопнула дверь черного хода.