— Надеюсь, Вы понимаете, что я буду отслеживать каждое ваше действие. Потому ведите себя хорошо. — повторно выпасть в осадок я не успела, ибо понеслись ряды данных, и я утонула.
Нет, у норан та же схема хранения информации что и у нас, но система принципиально другая, мы при поиске ориентируемся на имена, номер страховки, собирая информацию о жизни человека проживающего в Союзе мы обращаемся в основные социальные ведомства — полиция, больницы, налоговая. У норанцев же единая база, из которой можно получить всю информацию, но вместо имён у них название Рода и номер.
Ряды цифр мелькали перед глазами и я быстро уловила систему. У каждого Рода свой набор цифр и своя уникальная последовательность, с добавлением через дефис номера конкретного члена семьи. Чем древнее род, тем длиннее номер.
Например, один из пропавших мальчиков Соулд Насале значится в системе под номером восемь семь четыре шесть два один дефис один, а его отец восемь семь четыре шесть два дефис один дефис один. Это значит, что Соулд первый ребенок своего отца, и его отец первый ребенок у своего отца.
В общем странно и немного путано, но в целом понятно и главное, есть с чем работать.
— Могу помочь разобраться. — чуть снисходительно предлагает ринтар.
Ждал небось пока я впечатлюсь размерами задницы, а тут такая внезапно молчаливая я.
Открыто улыбнулась, прекрасно осознавая, что ринтар слышит улыбку в моем голосе:
— Спасибо, дорогой ринтар, вы своё дело сделали, дальше я сама. Следите за руками, покажу вам магию. — нежно пропела я, прекращая бездумно шнырять по базе данных.
— Удивите меня. — судя по звуку ринтар занял место перед монитором или скорее сенсорным экраном. А у меня от этой фразы что-то ёкнуло там, где приличные женщины в жизни не сознаются что у них ёкает.
А что? Голос у этого ринтара конечно закачаешься, да и эта уверенная аура властности и загадочности. Короче, крутой он мужик и слава богу я от него за тыщи километров, иначе слюнями бы закапала точно.
Отбросив лишние мысли в сторону составляла списки тут же сверяла со своими уже обнаруженными, ища общий контакт, хоть рядом на скамейке посидели, за эти дни я успела прогнать всех прохожих из видео с мест похищений и косвенно могу соотнести по движениям, фигуре или хотя бы росту, по голосу людей.
По именам совпадений никаких. Никто из детей не пересекался, в колонии они даже школы посещали разные, а двое и вовсе учились на дому. У семей никаких долгов, государственная программа от Сатори оплатила переезд и дала подъёмные на обживание колонии в Союзе.
По деньгам пусто. По мед показаниям пусто. По карательным участкам, это у них так полиция называется, тоже пусто. Соц сети пусто, кружки — пусто.
Никаких совпадений. Никаких зацепок. Как их выбрали? Почему они ушли, не сопротивляясь?
На видео с нашими ребятами говорит кто-то из тени, затем они сворачивают и уходят за ним. Шед говорит, что женщина втирается детям в доверие и они идут куда она скажет, а там их уводит мужчина. Каждый раз похититель находит слепую зону и уводит подростка туда. Там он исчезает. При выходе из слепой зоны ничего — ни машин, ни пилотников.
Ничего.
Гружу видео.
Думай, что упускаешь.
— Вы грызёте ногти? — умеет ринтар неожиданные вопросы задавать, выбивая меня из колеи.
— Нет, щипаю себя за лицо. — выдаю правдивый ответ раньше, чем успеваю подумать, надо ли вообще выдавать такие подробности.
Нет, заострять внимание на том что я странная точно не хочу.
Снова возвращаюсь к базе пытаясь понять, что еще могу из неё выжать.
— Прекратите. И говорите в слух, что вас волнует. — раздраженная чутка, его снисходительным тоном самца, уверенного в том, что он единственный разумный в этой комнате, решила выдать вопрос, который меня действительно очень волнует.
— Меня очень волнует, по какой причине ринтар силовых структур присоединился к расследованию пропажи детей в колонии, подвинув ринтара, который занимался колониями с момента основания.
Тишина в ответ, и я уже жалею, что поддалась раздражению. Забыла с кем разговариваю? Я для этого мужика где-то на уровне говорящей мебели по статусу. Боги, он один из правителей целой планеты, а я аналитик в одном из отделов ОКР. Да, ведущего отдела, и да один из ведущих сотрудников. Но всё же не правитель.
— Вы же из отдела профайлеров, покажите, чему научились за те пять лет, что работаете с ними. — снова эта усмешка и я уже с азартом поддаюсь на это предложение.
Да, за быструю смену настроения меня даже пару раз отправляли подтвердить стабильность психики. Нет, нас всех отправляют, с такими ужасами сталкиваемся порой, что тут реально можно сдвинуться. Но меня раза в два почаще отправляют.