Удивлённо оглядела коридор выходя:
— Премного благодарна, уважаемый торсор Саллэ, но не представляю какую услугу вы можете мне оказать. — он что стоял возле дверей и просто ждал пока я выйду?
— Мне приказано сопроводить Вас в мед блок. — он сцепил руки в замок за спиной и чуть шире расставил ноги, ринтар тоже так делает, когда я говорю или делаю то что ему не нравится — универсальный культурный жест?
— Как заметил ринтар…Апсале, я прекрасно изучила планировку станции в прошлый свой визит. — открыто улыбнулась торсору, с искренним любопытством продолжая неожиданный диалог, на скуластом лице торсора не дрогнул ни один мускул. — Поэтому провожать меня до мед блока вовсе не обязательно — не заблужусь.
— Никто не сомневается в ваших способностях, миез Валли, однако позвольте мне всё же составить Вам компанию. — ожидаемо.
Я дёрнула плечиками и снова улыбнулась.
— Приказ есть приказ, так, торсор Саллэ? — и не дожидаясь ответа продолжила и так понятно, что торсор тут не сам нарисовался, а если его послал ринтар то фиг избавишься, да и зачем терять такого чудесного источника информации: — А пока мы идём Вы сможете разъяснить мне пару моментов? Я тут решила начать знакомство с норанской культурой и стоит признать многого не понимаю.
— Буду рад разъяснить всё что смогу. — кажется торсор чуть подрасслабился. Хотя с норанцами тяжело понять что там они ощущают — очень уж они мимику контролируют жёстко.
Да и формулировка интересная — «всё что смогу».
— И на том спасибо. — хмыкнула в ответ, и двинувшись по коридору направо задала неспешный тон хотьбы — а как ещё? Если мед блок от нас минутах в пяти быстрым шагом. — Так вот, что касается долга жизни — я правильно понимаю, что долг жизни это регламентированный законом аналог рабства?
О, а вот и первые ласточки полетели! В смысле торсор чуть выгнул брови и приоткрыл широкий узкий рот. А глаза у него оказывается карие. Довольно симпатичный контраст — очень светлая шевелюра и тёмные загадочные глаза.
— Долг жизни — это священный долг. Вернуть его подарившему жизнь великая честь. — наконец собрался с мыслями торсор.
Эх, если он продолжит эти высокопарные заявления, этак мы до сути не доберёмся.
— Хорошо. Вот я допустим, в одном произведении прочла, что одна девушка унаследовала долг жизни перед аканом от своего отца, и вынуждена была делать всякое, что придёт в голову акану. И по закону он был в своём праве. Разве это не рабство?
— Унаследовать долг жизни от родителя можно только в одном случае — если подаривший жизнь спас весь род, а глава рода за период своей жизни не отплатил. Тогда долг жизни переходит к наследнику рода. — снова ни о чём пояснил хитрый торсор. И бросив на меня взгляд искоса продолжил: — И, если мне будет позволено, я бы не рекомендовал Вам составлять первичное представление о нашей культуре посредством чтения подобной литературы. Если хотите, я мог бы составить список с чем стоит ознакомиться в первую очередь.
Я с удивлением хохотнула, чуть не хлопнув милаху торсора по плечу:
— А ничто человеческое вам не чуждо, так торсор Саллэ? Балуетесь на досуге чтением любовных романчиков? Прям с ходу уловили сюжет…
— Разумеется нет! Эта писанина очень популярна и моя сестра… — в лёгком ужасе зачастил торсор и я всё же похлопала его тихонько по плечу, доверительно склонив голову ближе к нему прошептала:
— Не стесняйтесь, я никому не скажу. — кажется я только что начала его раздражать.
Обидно, а ведь как здорово начали.
— Так что там с рабством? Долг жизни обязывает должника делать всё что скажет держатель акций, так сказать, или всё же закон как-то ограничивает его аппетиты?
— Вы не понимаете. — уже нахмурился торсор, глядишь к концу беседы на обычного разумного станет похож. — Недостойный не станет подарившим жизнь. А достойный не станет требовать неприемлемого от должника.
— Ну, торсор Саллэ, мы с Вами оба понимаем, что модель озвученная Вами это идеал, а есть частности, к великому сожалению, не идеальные от слова совсем. Облегчу Вам задачу, если например от меня как носителя долга жизни ринтар, как мой «подаривший жизнь», попросит например ограбить финансовый банк, кто будет нести ответственность перед законом? Я как грабитель или ринтар как тот кто мне приказал это сделать, а я не могла его ослушаться как носитель священного долга?
Торсор остановился и кажется хотел схватиться за сердце. По крайней мере руки его дёрнулись и тут же сжались в пудовые кулаки.