— Очень приятно, Микуда Валле, если это никого не оскорбит, то лучше обращайтесь по имени, я ещё не слишком хорошо знакома с вашими традициями, но у меня на Родине в семье приняты более свободные отношения. — моя попытка разбавить лёд этой встречи хотя бы намёком на то, что присутствующие тут за исключением меня весьма близкие родственники, окончилась полным фиаско.
— Только не говори, что собрался принимать нас в столовой. — полностью проигнорировал меня торсор Апсале.
Не успела я обидеться, как:
— Если решил прервать визит, я вызову пилотник. — в поисках поддержки от этой гнетущей и давящей атмосферы снова нашла взглядом миез Апсале.
И неожиданно встретила спокойный, какой-то даже равнодушно-холодный взгляд на ухоженном красивом лице. Цепкое пристальное внимание заставило чуть поёжится.
— Мика хозяйка вечера, оскорбишь её ещё раз и милости в виде пилотника не будет. — мои глаза округлились, рот приоткрылся выдыхая протяжное «ооох».
Даже не думала, что со мной Даэнор ещё в целом прелесть и душка. Откровенное хамство ринтара скручивалось в тугой холодный узел в желудке, ощущение неловкости от того, что я являюсь свидетелем этой ужасной сцены просто зашкалило.
Ринтар развернулся и направился в столовую, мягко поглаживая меня по пояснице.
Большой стол накрыт на четыре персоны, кажется сегодня у нас стейки с салатами на гарнир. Эх, надеюсь хоть стейки прожарены как следует. В комнате и так витает запах крови. Пока метафорически.
Мы молча расселись за столом. Ринтар выдвинул мне стул, привычно поухаживал, чтобы моя тарелка была наполнена. Невольно отметила, что торсор Апсале своей жене такого внимания не уделил. Даэнор впрочем тоже на мать особого внимания не обратил. Да и сама миез Апсале позаботилась о себе самостоятельно, не дожидаясь участия мужа или сына. Эта женщина вызывала всё больше интереса.
— Чем вы занимались на Земле, миез Валли? И чем планируете заняться на Сатори? — очевидно наш интерес взаимен. Исключительно вежливый тон матери Даэнора и безукоризненное выражение умеренного любопытства на лице. Но даже такая обезличенная вежливость как глоток свежего воздуха в этой душной атмосфере.
— Я помогала искать пропавших разумных, если коротко. На Сатори пока осматриваюсь. — постаралась улыбнуться как можно дружелюбнее.
— Как интересно. Вы военная? — изящество с которым она накалывала маленькие кусочки мяса на вилку, это явно врождённое. Ринтар наполнил мой бокал терпким красным вином, я бросила красноречивый взгляд на пустой бокал его матери, и после секундного колебания он всё же наполнил и её бокал.
И снова странно, ему она улыбнулась с такой же отработанной вежливостью, что и мне.
— Не совсем. Я скорее работала на правительство. — сосредоточила внимание на его матери полностью, стараясь не обращать внимание что кроме нас вежливо беседующих тут есть еще двое пока жующих, но в целом совершенно недружелюбно настроенных мужчины. — Предмет, который Вы преподаёте связан с землёй?
— Да, учу определять координаты и высоты точек на местности. Полезная профессия.
— Согласна. — с готовностью закивала я. — Да и работать со студентами должно быть интересно, молодость пора открытий и всё такое.
— Отчасти да. — тонко улыбнулась миез Апсале. — Скучно не бывает.
Нет, на забитую жену она не похожа, тогда от чего такая холодность к сыну? Почему нет никакой реакции на столь явный конфликт между сыном и мужем?
— Представляю. Меня пару раз приглашали провести семинары в нашей Академии. Студенты такие вопросы задавали неожиданные, я даже терялась по началу. — хохотнула я, чуть расслабленная беседой. — В целом, за молодёжью, конечно будущее, порадовало, что толковая смена растёт.
— Как надолго планируете задержаться на Сатори? — не успела я сориентироваться как отвечать на неловкий вопрос миез Апсале, как ринтар до этого лениво оглядывающий нас включился в беседу:
— Мика останется со мной. Не вынуждай меня повторять всё ещё раз. — глоток вина и глухой стук отставленного бокала.
Я уже не скрывая требовательного удивления оглядываюсь на Даэнора. Что такого преступного сказала его мама?
— Ты ведь должен понимать, что в твоём положении заключать контракт с безродной глупо. Дочь акана Бордо… — вот это страсти тут кипят, оказывается. Лицо торсора Апсале заострилось, как никогда напоминая сына в моменты гнева. Он чуть повысил голос и наклонился вперёд.