Этот механизм может быть прослежен только в генитальной стадии, т. е., когда его генитальные желания воскрешаются или развиваются впервые. Тогда появляется новая трудность: теперь пациент развивает сильные генитальные желания, которые временно устраняют большую часть его мазохистских позиций. Однако, предприняв первую попытку половой связи, он испытывает явное отвращение, как будто он еще раз отброшен в <грязь мазохизма> анальной и садо-мазохистской прегенитальности. Потребовалось много лет для того, чтобы разгадать эту загадку и чтобы понять, что <неизлечимость мазохиста, не желающего отказываться от страдания,> объясняется нашим весьма несовершенным знанием его полового аппарата. Невозможно было бы найти ответ, придерживаясь теории, что мазохист фиксируется на страдании из-за подавленного чувства вины или потребности в наказании, предположительно проявляющейся в инстинкте смерти.
Полученные данные не противоречат тому факту, что самонаказание может облегчить совесть. Смягчение чувства вины через наказание влияет не на ядро, а на поверхность личности. Такие <искупительные> страдания могут быть полностью устранены, и при этом они не влекут за собой прекращение невротического процесса; они появляются редко и, более того, представляют собой симптом, а не причину невроза. С другой стороны, конфликт между половым желанием и страхом наказания является центральным в каждом неврозе. Без конфликта нет и невротического процесса. Превалирующая психоаналитическая оценка потребности в наказании легла в основу заблуждения в аналитической теории неврозов, наложив негативный отпечаток на теорию терапии, скрыв проблемы профилактики неврозов, а также их половую и социальную этиологию.
Мазохистский характер основан на весьма специфической спастической позиции, которая контролирует не только его психику, но, в первую очередь, его генитальный аппарат. Мазохист тормозит каждое сильное ощущение удовольствия и превращает его в неудовольствие. Таким образом, страдание, которое представляет собой основу мазохистской реакции характера, постоянно подпитывается и увеличивается. Неважно, насколько глубоко и тщательно мы анализируем значение и генезис мазохистского характера. Мы не можем достигнуть терапевтического эффекта до тех пор, пока нам не удастся вникнуть в генезис этой спастической позиции. В противном случае мы не достигнем успеха в терапии, которая должна быть направлена на установление у пациента оргазмической потенции, способности полной отдачи в сексуальном контакте. Для создания оргазмического потенциала как такового нужно устранить внутренний источник неудовольствия и тревоги. Однако вернемся к нашему пациенту.
Когда он попытался вступить в половую связь впервые, у него была эрекция, но он не рискнул продвинуться внутрь влагалища. Сначала мы думали, что это произошло вследствие стеснения или отсутствия знания, но затем мы установили истинную причину. Он боялся чрезмерного наслаждения. Разумеется, это было весьма странное поведение. Мы всегда встречаем этот страх при лечении оргазмического нарушения фригидных женщин. Однако у мазохистов это имеет особый характер. Чтобы понять это, мы должны возвратиться к аналитическому материалу.
После того как у нашего пациента несколько раз была половая связь, которая значительно увеличивала его сексуальную уверенность в себе, выяснилось, что он получал меньшее удовольствие во время связи, чем во время мазохистской мастурбации. Однако он мог создавать яркую фантазию ощущения генитальной чувственности, и это стало мощным стимулом в лечении. Слабый генитальный опыт пациента имел весьма отрицательные последствия, поскольку на самом деле прегенитальное удовольствие может быть уничтожено только через получение более интенсивного генитального удовольствия. Отсутствие удовольствия во время полового акта, разумеется, не способствовало развитию генитальности. Дальнейшие попытки коитуса обнаружили новое нарушение. Половой член стал мягким во время акта. Была ли это просто боязнь кастрации или за этим стояло что-то большее? Дальнейший анализ его понятий кастрации был не в состоянии повлечь какие-либо изменения в его состоянии. Наконец, не исключено, что сокращение мускулатуры таза перед эякуляцией в мастурбации имело большее значение, чем мы предполагали сначала. Я делаю вывод на основе детского материала, который показывает, что, несмотря на, казалось бы, свободное анальное и уретральное удовлетворение, у мазохиста имеются анальный и уретральный запреты и тревога, являющаяся следствием самого раннего детства, которые позже переносятся на генитальные функции и создают непосредственную психологическую основу для чрезмерного проявления неудовольствия.