Она много говорила о смерти в тот день. <Идея смерти> хорошо известна оргонотерапевтам. Она обычно появляется, когда пациент близок к высвобождению оргазмической биоэнергии; это связано с сильным страхом полного отключения. Беспокойство будет сохраняться до тех пор, пока не разрушены основные блоки в организме, обычно в области таза. Ее голова была явно выведена из равновесия в наиболее ярко выраженной форме, и я боялся преждевременного появления конвульсий всего организма. Результатом неизбежно был бы всеобщий упадок сил, потому что осталась блокировка ее лба. <В последнее время эмоции причиняют мне боль в районе живота, - сказала она. - Здесь...>, и она указала на верхнюю часть живота. <Моя левая рука также существует сама по себе... Я не чувствую, что это моя рука...>
Всякий раз, когда невротический или психический симптом набирает силу, это означает, что эмоции, содержащиеся в определенной области, становятся крайне нетерпимыми и стремятся прорваться. <Отделение> ее левой руки, возможно, могло быть выражением сильных импульсов прикоснуться к своим гениталиям. Ее идея о <красивых, стройных статуях> могла, в этой связи, означать существование <статуй без гениталий>, т. е. что-то <богоподобное>.
Для того чтобы подготовить ее к генитальному прорыву, я сконцентрировался на ее неподвижном лбу и глазах. Я позволил ее двигать кожей на лбу, поворачивать глаза во всех направлениях, выражать гнев и страх, любопытство и наблюдательность. Это не умелая подтасовка и не содержит ничего, что имеет отношение к любым манипуляциям. Я вызывал у пациентки эмоции, позволяя имитировать добровольно то или иное эмоциональное выражение.
Выражение беспокойства в глазах у шизофреников обычно намного более интенсивно, чем у невротиков. Причина, проверенная на нескольких случаях шизофрении, следующая: поднятие век, широкое открытие глаз и выражение беспокойства высвобождает ощущение сильного ужаса, вызванного приближения беды. Иногда имеет место паника. Таким больным кажется, что они умирают, <удаляются> и что они будут не в состоянии <снова вернуться>. С такими больными психоаналитик должен быть очень осторожным.
Я поработал над выражениями на ее лбу, останавливая ее всякий раз, когда она выказывала слишком сильное беспокойство. Через некоторое время она смогла легко двигать лбом и почувствовала себя свободнее. Ее самовосприятие организма в целом было все еще сильно нарушено; позволение всем ее предоргаз-менным сокращениям прорваться могло бы быть опасным и неблагоразумным. После сеанса она задала много разумных вопросов о себе, но ее речь была сильно замедленной; она говорила, как бы преодолевая сильное противодействие.
И тут мне впервые пришла в голову мысль: оргонотическое ощущение действительно является шестым чувством. Кроме способностей видеть, слышать, обонять, ощущать вкус, осязать, у здоровых людей несомненно существует оргонотическое чувство, которое полностью отсутствует или повреждено при биопатии. Компульсивный невротик полностью утратил это шестое чувство. Шизофреник трансформировал его в образы своей иллюзорной системы, такие как <силы>, <дьявол>, <голоса>, <электрические потоки>, <черви в мозгу или в кишках> и т. д.
Так как оргонотические ощущения и самовосприятия составляют большую часть того, что мы называем эго или собственное я, становится ясным, почему расколотые и разобщенные восприятие и речь обычно идут рука об руку с разобщением этих оргонотических ощущений.
Можно предположить, что тяжесть болезни полностью зависит от специфических органов, в которых имеет место притупление или, другими словами, затухание оргонотических ощущений. Разобщенность с рукой является безобидной по сравнению с неподвижностью глаз, лба и особенно - частей мозга.
Нам бы следовало меньше возражать по поводу лоботомии, если она делается для обнаружения динамических функций мозга. Вопросы типа <Двигается ли мозг? Сужается и расширяется ли он при работе так же, как и остальные органы, такие как сердце, кишки, гланды и т. д.?> крайне важны для медицинской патологии и для понимания функций организма. Было бы очень важно изобрести устройство, которое даст возможность специалисту наблюдать мозг в естественном состоянии. Вырезание <окон> в черепе, чтобы изучать мозг, как это делается с обезьянами и людьми, не поможет. Живой орган не двигается, когда поблизости совершена серьезная операция. Это видно по отекам и другим расстройствам, случающимся после операции.