- Вот, - сказал Клайд. - Послали его по делу, а он...
- А я что, да я ничего такого, - задёргался парень. Говорил он невнятно из-за выбитых зубов. - Меня послали, я и пошёл, а чего они, ну, я со всеми же...
Фредди посмотрел на него с холодным любопытством, и парень замолчал.
- Тебя к кому послали? - тихо спросил Клайд.
- К Найфу... - тычком в рёбра его заставили подавиться непроизнесённым обращением.
- А к кому пришёл?
- Так Найф же у него был, ну, я и... - новый тычок, - ну, Бобби же старше. Я и пошёл со всеми.
- Пусть говорит, - разжал губы Фредди.
Клайд посмотрел на него и кивнул. И парень зачастил, захлёбываясь и путаясь в словах, как они гонялись по городу за цветными, ну, и остальных, кто попадётся, как веселились, ну, Хэллоуин же, а они наглые, черномазые, улицу перегородили, и не сунься к их бабам, а потом русские зашухерили, линять же надо, а русские кого в форме увидят, так сразу за шкирман, а Найфа и след простыл, а к Бобби и не сунься, у него же палач чёрный за плечом, так где ползком, где на карачках выбрался, а...
Джонатан посмотрел на парней, и те точными ударами опять заткнули этот поток.
- У цветных кто верховодил? - спросил Клайд, покосившись на Фредди.
- Да их там не различишь, все черномазые, - ухмыльнулся парень. - Мы и били не глядя. Краснорожий один был, напролом пёр, да в Цветной прорвался, не дотянулся я до него. Если только там прикончили, когда утром на штурм попёрли, я-то смылся уже. И этих, предателей расы, ну, кто белый, а с цветными якшается, этих много положили. Ни один не ушёл.
- Пшёл вон, - скучно сказал Фредди.
Клайд кивнул, И парня споро вытащили в коридор, бесшумно прикрыв за собой дверь.
- Слинял, значит, Найф, - задумчиво сказал Джонатан.
- Он сволочь, а не дурак. Всегда умел вовремя слинять, - кивнул Фредди.
- Но не думал я, что Бобби без мозгов, - усмехнулся Клайд. - С Пауком связываться - гиблое дело. Он ли тебе помог, ты ли ему - всё одно, ты не жилец.
- Туша своё так и так отработал, - Джонатан допил кофе и встал.
И сразу встал Фредди. Клайд улыбнулся, вставая.
- Заставы сняли? - спросил Джонатан, застёгивая куртку.
- По тюремным справкам и без оружия пропускают. Замаравшихся сбросим?
- А куда их ещё? - Джонатан взял шляпу. - Паука прикрывать, что ли, будем?
- Пусть сам крутится, - кивнул Клайд.
Открылась дверь, и вошёл Ночной Ездок. Гладко выбритый, в своём обычном смокинге. Кивнул всем троим. Они молча ждали.
- Выдержанные, - одобрительно усмехнулся Ночной Ездок. - Хэмфри Говарда взяли.
- Туда и дорога, - улыбнулся Джонатан. - Тебя подбросить?
- К "Президент-Отелю".
- Пойдёт, - кивнул Джонатан, доставая бумажник. - Клайд, сразу?
Клайд кивнул, принимая кредитки.
Когда они все вместе выходили из номера, подбежал коридорный, ловко накинул на плечи Ночного Ездока плащ и исчез. У лестницы Клайд отстал.
Они спустились в вестибюль, прошли мимо закрывшегося газетой соглядатая и старчески дремлющего за стойкой портье. Их грузовик, свежевымытый и по-новому блестящий, стоял у подъезда, где они его оставляли. Парень в замасленной куртке задумчиво оглядывал пустынную улицу, прислоняясь плечом к стене. Проходя мимо, Джонатан сунул ему деньги, получив свои ключи. Все втроём сели в кабину, и Фредди стронул с места.
- Русские Робинсу ничего не дали, - сказал Ночной Ездок, когда грузовик завернул за угол. - Всё у них.
- Будет за мной, - кивнул Джонатан. - Удачи.
Ночной Ездок улыбнулся.
- У Счастливчика не убудет, но... и вам.
Фредди и Джонатан одновременно поблагодарили кивками.
Высадив Ночного Ездока, Фредди прибавил скорость и повернул к вокзалу.
- Куда ты? - удивился Джонатан.
- Тебе надо домой, Джонни, - разжал губы Фредди.
Джонатан молча, ударив его по рукам, круто вывернул руль, заворачивая машину в проулок.
- Вот так, ковбой! Гони в Джексонвилль.
Фредди кивнул.
Из города они выехали молча. И только на шоссе, Фредди негромко сказал:
- Если мы опоздаем...
- К Бобби мы не опоздаем, - отрезал Джонатан и повторил: - Гони.
Машина ехала, останавливалась, снова ехала. Эркин не открывал глаз. Пусть считают за спящего. А может, он и впрямь заснул, потому что вдруг перестал их слышать. Или они замолчали... Да не всё ли ему равно? Он уже попрощался. И с Женей, и с Андреем, и с Алисой... Кто ещё у него был? Фредди и Джонатан... у них своя жизнь и пусть живут. Их он за собой в Овраг не потащит, а остальное - не его забота. Спасибо им за всё, но они уже по ту сторону. А Женя и Андрей... Если есть тот мир, то они там и он встретится с ними. Думал об этом спокойно. Правду сказал этот беляк. Бегал и добегался. От питомника до Оврага. Добежал.
Что-то заставило его открыть глаза. Машина стояла перед коваными ажурными воротами. Высокий глухой забор. Пустырь? Ворота раскрылись, и машина въехала. Газоны, какие-то дома, деревья, белые... Кто в белых халатах, то врачи, а в тёмно-зелёном... Что это? Центр? Опять Центр? Зачем? Что это?
- Приехали, парень, - сказал по-английски Золотарёв, глядя в зеркальце на стремительно побледневшее лицо индейца и расширенные глаза. Ага, всё-таки, проняло! И продолжил по-русски: - Жаль, конечно, но иначе нельзя. К тому корпусу, сержант, прямо к входу.
- Есть, майор.
Машина остановилась у невысокого крыльца, ведущего к двухстворчатым дверям с отмытыми до блеска стёклами.
- Вылезай, приехали.
Эркин послушно вышел, вдохнул... мучительно знакомый запах, от которого сразу поползла по телу ледяная волна страха.
- Вперёд.
Золотарёв открыл дверь. Да, вот сейчас парня проняло. Он прямо почувствовал тот хруст, который предваряет перелом. Теперь лишь бы Юрка подыграл.
Внутри запах усилился. Значит, всё и впрямь вернулось. У входа на лестницу стол, белая девушка со страшным лицом, да и глаза у неё нет... точно Центр. Говорили... вырезают и пересаживают...
- Доктор Аристов у себя?
- Да.
- Вперёд.
Эркин поднимался по лестнице, а видел... крутой склон и редкую траву. Сейчас поднимется на гребень и увидит Овраг.
- Стой.
Дверь с белой табличкой. От запаха кружится голова...
Золотарёв, уже не скрывая довольной улыбки, постучал и распахнул дверь
- Вперёд.
Эркин переступил порог, невероятным усилием удерживая себя от крика. Да, это кабинет врача. Вот и всё. Белый за столом... Врач... Поднимает голову... блестят очки... Чмырь делает два шага вперёд, кладёт перед врачом голубой листок... О чём они говорят? Он словно оглох и только видит шевелящиеся губы, не понимая слов.
- Доктор Аристов, подследственный Эркин Мороз доставлен на исследование.
- Где предписание?
- Вот.
Аристов быстро проглядел листок, поднял глаза на Золотарёва - победная улыбка, блестящие глаза... дорвался? Почему сказал "исследование", да ещё и по-английски? Чтобы парень понял и испугался? Обсуждали же уже... Аристов перевёл взгляд на парня... Индеец,... красивое лицо, великолепно посаженная голова, развёрнутые плечи, шрам на щеке.... Так это же о нём говорили... Что Колька несёт? Парень же знает русский, ещё тогда выяснили...
- Редкий экземпляр, доктор. Прямо жаль вам отдавать, но раз положено... - и театральный вздох. - Под приказом ходим.
Золотарёв быстрым искоса взглядом проверил реакцию. Да, вот теперь с воздействием: побледневшее под загаром лицо, расширенные в немом крике глаза, взгляд в никуда, ну...
Аристов аккуратно разгладил листок предписания. Дорвался, значит? Ну, ты сейчас получишь, а за это подмигивание особо.
- Снимите наручники, - официально безличным тоном сказал Аристов и, видя изумление Золотарёва, прибавил жёсткости: - И покиньте кабинет.