В дверь нетерпеливо заглядывала вторая смена. Женя торопливо доела, Эркин, как всегда, собрал посуду и понёс её на транспортёр для мойки, А Женя повела Алису одеваться.
- Во! - гомонила очередь. - Они уже кончили, чего не пускают?!
Прорвавшись сквозь толпу во двор, Эркин перевёл дыхание и оглянулся.
- Здесь мы, здесь, - откликнулась Женя. - Фу, как эта толкотня надоела.
- Мам, я погуляю ещё? - спросила на всякий случай Алиса: вдруг разрешат.
- Нет, темно уже, - сказала Женя. - Мы дома посидим, - и поглядела на Эркина.
- Мне переговорить кое с кем надо, - сказал Эркин.
- Хорошо, - кивнула Женя. - А завтра... Завтра я опять пойду в библиотеку. Я думаю... Ополье всё-таки, я посмотрела, сельский район. Я не знаю, Эркин, я не жила в деревне никогда, я не знаю там ничего.
Эркин кивнул. Алиса висела у него на руке, и он, равномерно поднимая и опуская кулак, качал её. Алиса тихо повизгивала, не мешая им разговаривать.
- Женя, я скотником был, пять лет, и пастухом был, видел, - Эркин, досадуя на себя, что сорвался и заговорил по-английски, тряхнул головой и дальше, уже следя за собой, говорил только по-русски. - Нет, Женя, это... это будет плохо. И тебе. И Алисе. Я ещё найду там работу. Как это...? Батраком. Но это маленький заработок. Мы не проживём. И... и Алисе надо учиться. А какая в деревне школа? И этот... психолог мне говорил, что лучше не в деревню.
- Да, конечно, Эркин. А в большом городе я устроюсь. И ты там даже легче найдёшь работу. И с жильём, я думаю, будет полегче.
За разговором они дошли семейного барака. Женя взяла Алису за руку. Другой рукой поправила Эркину ворот куртки.
- Мы пойдём, Эркин. Ты... ты не очень долго, ладно?
- Я не знаю ещё, какой разговор будет, - пожал плечами Эркин. - Ты не беспокойся, Женя, всё будет в порядке.
Алиса не сразу отпустила его руку, будто пыталась остановить. Эркин улыбнулся ей. И Жене. Женя подтянула Алису к себе, и та, наконец, разжала пальцы.
- Ты недолго, ладно? - попросила она с интонациями Жени.
Женя рассмеялась и сказала ей:
- Как сможет.
- Я постараюсь, - пообещал Эркин.
Как обычно, он подождал, пока они войдут в барак, и уже тогда пошёл к дальней пожарке. Было уже темно, но прожекторы по ограде и фонари у бараков давали достаточно света. Чтобы не окликнули, Эркин обошёл обычные мужские клубы стороной.
Его ждали. Чёрная фигура, почти сливавшаяся с тенью, выдавала себя огоньком сигареты. Эркин невольно насторожился: такое напряжение, чуть ли не угроза была в этом сгустке темноты. Сунув руки в карманы, он подошёл, остановившись в шаге.
- Ну?
- Поговорить надо, - Тим сплюнул и растёр окурок.
- Это я знаю. О чём?
- Давай по-английски, - предложил Тим и объяснил: - Я по-русски столько слов не знаю.
- Как хочешь, - по-английски ответил Эркин, пожимая плечами.
- Женился я.
- Ты говорил, - кивнул Эркин. - И чего?
- Посоветоваться надо.
- Чего-о?! - изумился Эркин. - О чём?
- Об этом самом, - буркнул Тим. - Что у мужа с женой по ночам бывает.
- Ты что? - Эркин смерил его взглядом. - С бабой дел не имел, что ли? Так не малолетка вроде.
- Имел, - хмуро ответил Тим. - Но она не баба. Она... белая. С ней же нельзя... как на случке. А ты всякие... фокусы, приёмы там разные знаешь...
- Это ты с чего такую хренотень выдумал? - очень спокойно спросил Эркин.
- Брось вилять. Я тебя ещё тогда, в бане, понял.
- Ты заткнёшься? - угрожающе сказал Эркин. - Или...
- Или что? - усмехнулся Тим. - Драться полезешь? Так я накостыляю тебе запросто. Я - телохранитель. Слышал о таких? Так что не трать силу попусту.
- Телохранитель? - переспросил Эркин и медленно, будто всё ещё не мог понять: - Палач?
- Ты как, сильно рвался в спальники?
- Охренел?!
- И я не сам это решал. Квит?
Помедлив, Эркин кивнул.
- В этом квит.
- А в чём другом? - Тим зло усмехнулся. - Ладно. Ты ведь тоже... с русской...
- Её не трогай, - предупредил Эркин.
- Да не трогаю я её, дурак, - Тим зло смял незажжённую сигарету, отшвырнул её в темноту, достал другую и опять не закурил. - Будь человеком. Посоветуй.
- Чего? Да ни к чёрту эти... приёмы не нужны. Ты раньше о них думал? И ведь ничего, справлялся.
- Ты что? - теперь удивился Тим. - Случки не знаешь? Ни разу не отбирали, что ли?
- Меня в пять лет отобрали, - мрачно ответил Эркин. - А про случки я знаю. Растравкой накачают и вперёд. В закуток под замок.
- Ну да, - уже спокойно закурил Тим. - Целую кружку вольют, а там... как втолкнут, уже себя не помнишь.
Эркин кивнул.
- Ну, так чего ты от меня хочешь? Боишься без растравки не справиться?
Тим скрипнул зубами, пересиливая себя.
- Не задирайся. Мне визу терять нельзя. Как и тебе. Так что драться я не буду. Хотя навтыкать тебе следовало бы.
- Как и тебе, - усмехнулся Эркин. - И за то же самое.
Они оба негромко засмеялись. Эркин тоже достал сигареты, закурил.
- Здесь всё равно нельзя, - после недолгого молчания сказал Эркин. - Тесно. Люди кругом.
- И дети, - понимающе кивнул Тим.
- Да, - согласился Эркин. - Это ж не учебка, чтоб им на такое глазеть.
- Что? - переспросил Тим. - При чём здесь учебка?
- Учебка, учебный Палас, - удивился его вопросу Эркин. - Ну, при питомнике.
- Понял, - остановил его объяснения Тим. - Ты давно... женат?
- Записались двадцать первого октября, а так-то... с весны. Как раз, - Эркин улыбнулся, - на День Матери.
- Ты ж говорил, что летом пастухом был.
- Ну так что? На заработки уехал и вернулся, - Эркин сказал это по-русски и опять по-английски: - Что тут такого?
- Оно-то так, - Тим вздохнул. - А мне что делать?
Эркин затянулся, сразу выдохнув дым, пожал плечами.
- Да ничего. Знаешь, я понял, в семье это не главное. Ты... вот раньше ты детей нянчил? Я видел, как ты своего мыл.
- Нет, конечно, - Тим задумчиво повертел сигарету. - Думаешь, и здесь... само собой...?
Эркин кивнул.
- Как думаешь, так и получится. Будешь о ней, как о леди, думать, у тебя и будет с ней, как... - и вдруг спросил: - У тебя что, с белой не было? Ты ж палач, на "трамвае" ездил.
Эркин успел увернуться от летящего в лицо кулака, отскочил в сторону, вытягивая противника на себя от защищавшей тому спину стены. Схватка была короткой. Обменявшись ударами, не дошедшими, впрочем, до цели из-за ловкости обоих, они замерли в боевых стойках. Дальше надо доставать ножи и биться насмерть. Но после нескольких секунд они одновременно выпрямились и опустили руки.
- Ещё раз вякнешь про это, - глухо сказал Тим, - отрежу всё на хрен и съесть заставлю.
- Раньше я тебе хребет переломлю, - спокойно ответил Эркин.
Помолчали, остывая.
- Ладно, - Тим передёрнул плечами, словно стряхивая что-то. - Мир?
- Чёрт с тобой, - усмехнулся Эркин. - Мир.
Ещё постояли молча. Тим смерил Эркина взглядом.
- А ты здоров в драке. Сколько тебе?
- Двадцать пять полных, - усмехнулся Эркин. - А тебе?
- Столько же, - Тим достал сигаретную пачку, повертел и засунул обратно. - Слушай, как же ты держишься?