- Мам, - Алиса ловко нырнула под занавеску. - Эрик с лёгким паром пришёл.
Женя мгновенно скинула пальто и захлопотала.
- Эркин, вытрись ещё моим полотенцем, продует, не дай бог, Алиса, иди в тамбур, вспотеешь, нет, давай сюда, разложу, корки я уже убрала, Алиса, не вертись под ногами, Эркин, давай я вытру, вот так, ну, пошли, да, за маршруткой, документы... вот, все у меня, пошли.
Под её быстрый ласковый говор разобрался банный узелок Эркина, все вещи легли на свои места, дважды вытерлись его волосы, и вот они уже все вместе вышли в тамбур и в плотной толпе двинулись в столовую. Плотной, потому что все пытались как-то прикрыть детей от ветра. Чолли нёс своих на руках, завернув обоих в армейскую куртку.
Родителей на молоко не пускали, разве только с уж совсем маленькими и грудными. И обычно детей ждали во дворе, но сегодня... К тому же Эркину с Женей за маршруткой... Строго-настрого приказав Алисе сразу после молока идти в отсек, а не бегать по двору, и ждать там, Женя посмотрела на Эркина.
- Пошли?
Эркин молча кивнул и взял Женю под руку.
Войдя в свой отсек, Тим отдал полученный на кухне пакет молока Зине, чтобы разлила по кружкам, снял и повесил куртку.
- Всё дождь? - спросила, не оборачиваясь, Зина.
- Иногда снег, - ответил Тим.
- Пап, - высунулся из-под одеяла Дим, - а мы когда поедем?
- Когда вы выздоровеете, - ответил Тим, мягким нажимом на макушку заталкивая Дима обратно под одеяло. - Не высовывайся.
- А я уже здоровый, - заявил Дим, вылезая из-под одеяла с другой стороны. - И Катька. Правда?
- Ага! - сразу ответила Катя, проделывая тот же манёвр под своим одеялом.
- Вот я вас сейчас обоих! - строго сказала Зина и обернулась к Тиму. - Ну, никакого удержу на них нет. Может, и впрямь здоровы?
- Врач сказал: ещё два дня лежать, - напомнил Тим.
- Ну-у... - начал Дим и тут же переключился. - Мам, а банан?
- Кончились бананы, -улыбнулась Зина. - Сейчас молоко будете пить. Сядь как следует. Катя, ровненько сядь.
Чтобы не мешать, Тим стоял у занавески. Зина дала Кате и Диму по кружке с молоком и посмотрела на Тима.
- Я сейчас постирать схожу.
Тим кивнул.
- Я посижу с ними.
Дим поверх кружки посмотрел на него и сказал:
- А чего с нами сидеть, что мы - маленькие? Кать?
- Ага!
Катя энергично кивнула, едва не выронив кружку.
- Раз на спор лужу мерили, - спокойно сказал Тим, - значит, маленькие.
- Пап! - ахнул Дим. - А ты разве видел?
- Папа всё знает, - сказала Зина, отбирая у них кружки. - Пойду, ополосну.
Тим посторонился, пропуская её, и, когда она вышла, вытер полотенцем губы Диму, а потом Кате.
- Ложитесь теперь.
Дим вздохнул и залез под одеяло. Почти сразу сделала то же и Катя. Тим поправил им подушки, укрыл, подоткнув одеяла под тюфяки, чтобы не раскрывались.
Вошла Зина с отмытыми кружками и поставила их сохнуть на тумбочку. Их хозяйство из-за болезни Дима и Кати разрослось. Как только врач сказала, что дети должны лежать, Тим снова пошёл в город и вернулся с большим пакетом. Трёхэтажный судок, глубокие и мелкие тарелки, ложки, вилки, кружки... словом, всё, что надо. И все эти дни еду детям приносили по очереди, и сами ели по очереди, и вообще следили, чтобы дети одни не оставались. И ещё Тим тогда же принёс две книжки. Одни картинки. Одна про щенка, а другая про котёнка. Зина даже не стала спрашивать, сколько он потратил. И нужное ведь всё. Ну, правда же, вставать детям нельзя, не в ладошках же суп из столовой нести. А так... как хорошо. Зина осмотрела чистую посуду на тумбочке и сняла со своей койки приготовленный к стирке узел.
- Ну вот, будьте умниками, я стирать пойду.
Тим подержал ей занавеску и обернулся к детям.
- Пап, - сразу заговорил Дим, - а что мы сейчас делать будем? Поиграем?
- Ты уже играл, - напомнил Тим, осторожно усаживаясь в ногах койки Дима.
- Мы конфеты выиграли, - пискнула Катя. - Две штуки.
Тим улыбнулся, глядя на них.
- Ну, чего вам дать? Книжки?
- Чур, мне щенка! - заявил Дим.
- А мне котёнка! - согласилась Катя.
Тим достал из офицерской сумки, где хранилась его небольшая библиотечка, книжки и дал им. И себе достал. Справочник. Ответ на запрос пришёл, работу по специальности ему обещают. Но ведь и он должен быть на уровне. Смех и болтовня детей не мешали ему. Он никогда не думал, что детские голоса могут быть такими... доставлять такую радость. Тим читал и сам не замечал, что улыбается.
Когда они вышли из административного корпуса, Женя тихо спросила Эркина.
- Что с тобой?
- Ничего, Женя, - так же тихо ответил он.
Но его лицо сохраняло удивившее и даже напугавшее её выражение сосредоточенности.
- Сейчас пойдём возьмём вещи, - Эркин говорил медленно, словно прислушивался к чему-то, слышимому только ему. - Надо всё собрать.
- Да, конечно.
Эркин посмотрел на Женю, улыбнулся:
- Всё в порядке, Женя. Просто... нет, ничего, всё хорошо, - и тряхнул головой, словно отгонял что-то.
Эркин сам не понимал, что его тревожит, какая опасность рядом, он просто чувствовал, ощущал что-то неясное, а потому опасное, и готовился отстаивать себя и своих близких. А ведь ничего опасного вроде и не было. Разговаривали с ними, с ним и вежливо, и доброжелательно. Всё объяснили, повторили несколько раз. Маршрутка - плотная картонка с его ладонь, исписанная с обеих сторон - во внутреннем кармане куртки. Завтра утром, ещё до завтрака, продуктовая машина довезёт их до вокзала. Там надо зайти в комендатуру и получить пайки и билеты до границы. Город Рубежин. А значит, чтобы сдать бельё и койки коменданту, придётся совсем рано встать.
Эркин повторил это вслух. Женя кивнула.
- Конечно. Сразу после ужина ляжем.
В камере хранения они получили оба мешка, ящик с инструментами, ковровый тюк и узел. Эркин взял себе большой мешок, тюк и ящик, а Женя - мешок поменьше и узел.
- Уезжаете? - сразу окликнул их первый же встречный.
- Да, - счастливо улыбнулась Женя.
- Ну, удачи вам, дай бог.
- Спасибо, - кивнула Женя.
Так, под пожелания и приветствия они дошли до барака. Алиса ждала их, чинно сидя на своей кровати с такой невинной мордашкой, что Женя заподозрила неладное.
- Алиса, что случилось?
- Ничего, - сразу ответила Алиса и добавила: - Ничего особого.
- Ладно, - пообещала Женя. - Я с тобой потом разберусь. А сейчас не мешай.
В отсеке было тесно, не развернуться. И, недолго думая, Эркин взял Алису и посадил на свою койку.
- Правильно, - согласилась Женя. - И займись там чем-нибудь.
Пока Алиса кувыркалась и валялась, они перебрали и заново увязали тюк и узел, пересыпая вещи апельсиновыми корками. Эркин сделал на тюке лямки, чтобы можно было надеть его как мешок, а на узле подобие ручки. В дороге им быть не меньше четырёх суток. Женя уложила в маленький мешок всё, что может понадобиться в дороге.
- Женя, давай я печенья и... и сока схожу куплю.
- Бутылки тяжёлые, - с сомнением ответила Женя.
- Во флягу перельём, - сразу сказал Эркин. - Или просто воды из крана наберу. Пить-то захочется.
- Нет уж, лучше сок, - сразу решила Женя. - На ужин когда пойдём, там и купим. Вот, посмотри, Алисе уже мало, а ещё хорошее. И вот я простыню для Насти отложила. Хорошо?
- Хорошо, - кивнул Эркин.
Женя положила отобранное в опустевшую тумбочку и повернулась к Эркину.
- Переоденешься сейчас?
- Да, - он посмотрел вверх.
Женя понимающе кивнула.
- Я послежу.
Эркин отошёл вглубь отсека, повернулся спиной к Алисе и стал раздеваться. Занятая своей игрой, Алиса даже не обратила внимания на его действия. А Женя не могла отвести глаз от его сильного и гибкого тела, от мягко переливающихся под гладкой красновато-коричневой кожей мускулов, ловких движений. Господи, как же он красив!