— Я вижу, — улыбалась Женя. — Но, маленькая, праздник только начинатся. Сегодня Сочельник, и ужинать будем у ёлки.
— Здесь? — удивилась Алиса.
— Ну да, — Женя привлекла её к себе.
— А давай и обедать здесь, — предложила Алиса.
— Нет, — Женя ласково покачала головой. — Обедать будем на кухне. Идём умываться, у меня всё готово.
— Ладно, — согласилась Алиса. — Только я с Эриком.
— Идите, — улыбалась Женя.
Соблюдать все правила она, разумеется, не собиралась, да и не знала их. Из всего услышанного на работе и от Бабы Фимы Женя решила сделать в Сочельник праздничный ужин у ёлки и постный обед днём. В рабочие дни Эркину при его работе без мяса нельзя. И колядовать они не пойдут. Это ж в Старый город идти, да и колядует, в основном, молодёжь, и в их доме вряд ли кто об этом знает и будет. Так что они после обеда отдохнут или погуляют, потом сделают праздничный ужин и встретят Рождество.
Всё это Женя изложила за обедом. Эркин со всем согласился. Алиса тоже спорить не стала.
— Значит, пост держать — это мяса не есть? — уточнил Эркин.
— Ну да. И ещё чего-то, я не помню всего. А тебе же без мяса нельзя.
— Ну, я в имении, значит, пять лет пост держал, — усмехнулся Эркин и перешёл на английский. — Рабам мясо не положено.
Алиса удивлённо посмотрела на него.
— Сегодня английский день, да?
— Нет, но это неважно, — улыбнулась Женя. — Доедай, И я чай налью.
— С конфетами?
— С конфетой, — поправила её Женя. — Эркин, положить ещё?
— Нет, спасибо, — мотнул он головой, придвигая к себе чашку с чаем.
— А гулять пойдём? — спросила Алиса. И окунула лицо в чашку, чтобы пошли пузыри.
— Алиса! — возмутилась Женя. — Будешь так себя вести, никуда не пойдёшь!
Алиса вздохнула и выпрямилась.
Женя быстро убрала со стола, вымыла и расставила посуду.
— Ну вот, давайте одеваться.
— Гулять?! — взвизгнула Алиса.
— Гулять, — рассмеялась Женя.
И озабоченно посмотрела на окно, за которым сыпал мелкий снег.
— Ветра нет, — понимающе сказал Эркин. — Не страшно.
— Да, — кивнула Женя. — Алиса, идём одеваться.
— Ага-ага! — Алиса пулей вылетела из кухни.
Выходя, Женя оглянулась на Эркина, и он кивнул, показывая, что всё понял. Ну так, не дурак же он, чтобы мёрзнуть, когда есть одежда.
В спальне он быстро переоделся и уже застёгивал рубашку, когда вошла Женя.
— Эркин, ты тёплое поддел?
— Да, конечно, — улыбнулся он ей. — Ты тоже теплее оденься. И, я думаю, санки возьмём.
— Ага! — радостно всунулась в спальню Алиса.
— Вот и идите доставать санки, — распорядилась Женя, копаясь в шкафу и бросая на кровать вещи.
Эркин взял Алису за руку, и они пошли в кладовку. Алису сюда пускали нечасто, и ей было очень интересно. После покупки шкафов и комодов на полках стало гораздо свободнее. Стеллаж-то делали с запасом на долгие годы. И Алиса, закинув голову, осматривала его с тем же выражением, как разглядывают на лесной поляне верхушки деревьев.
Санки лежали внизу у двери, и достали их до обидного быстро. Но Женя, когда надо, тоже умела всё делать мгновенно и уже ждала их в прихожей. Алису всунули в её сапожки, надели шапочку, обмотав длинные ушки вокруг шеи, надели на неё шубку, застегнули на все пуговицы и крючки, надвинули капюшон, повязали ещё шарфик, зелёный, как и сапожки, узлом назад, на руки варежки. Эркин бурки, полушубок и ушанку, Женя обулась, повязала платок и надела пальто, взяла сумочку. И наконец они вышли и заперли на оба замка дверь…
— А мы гулять идём, — радостно сообщала Алиса встречным. — С наступающим вас.
Ей улыбались и тоже поздравляли, и её, и маму, и Эрика, а некоторые желали весёлого Рождества по-английски. И Алиса вежливо отвечала им тоже по-английски. Ведь отвечать надо на том языке, на каком к тебе обращаются.
На улице сыпал мелкий снег и начинались сумерки. Алиса села на санки, и Эркин повёз её.
— А куда мы идём? — спросила Алиса.
— А куда глаза глядят, — весело ответил Эркин.
— Это мы идём, — засмеялась Женя, — а ты едешь.
— Мам, а ты тоже садись, — предложила Алиса. — Мы поместимся.
— Не болтай на морозе, — строго сказала Женя и добавила: — Эркину будет тяжело.
— Ни капли, — сразу возразил Эркин. — Давай, Женя.
— Не выдумывай, — Женя поправила ему шарф. — В другой раз.
Когда начались магазины, Алиса слезла с санок, и теперь они шли медленно, останавливаясь у каждой, украшенной разноцветными лампочками витрины. Да и народу стало много. Кто спешил сделать последние покупки, а кто просто гулял, как и они. В некоторых витринах были сделаны целые картины, а где просто стояли украшенные ёлки. У одной из витрин постояли подольше. Там была не просто картина, а с фигурками. Что-то вроде хижины, но больше всего это походило, по мнению Эркина, на простой небогатый и давно не ремонтировавшийся щелястый хлев. В плетёной кормушке для скота лежал младенец, а вокруг вперемешку стояли люди и животные. Он бы понял смысл, если бы люди и младенец были бы рабами, Ну, родила прямо в хлеву за работой, бывает, но чтобы белые вот так… Странно.