— Да. Вам нравится?
— Очень. Больше, чем по-английски.
— Это пятичасовой? — уточнил Фредди и высказался: — Нудьга страшная.
— Ну, это смотря по компании, — возразил Джонатан. — Хотя, в основном, согласен.
— Английский чай существует в двух традиционных вариантах, — вступил Бурлаков. — Пятичасовой, или чай по-джентельменски, и чай по-фермерски. Тот и в другое время, и часто заменяет ужин, и стол совсем по-другому накрывают.
— А по-ковбойски чай пьют? — спросил Андрей.
— Нет, — в один голос ответили Джонатан и Фредди и рассмеялись.
— Только кофе, — отсмеялся Фредди. — Ну, и грог ещё. И любое спиртное, какое найдётся.
— А просто воду? — спросил Эркин.
— Когда больше нечего, — фыркнул Фредди.
— Но никогда в этом не признаются, — засмеялся Джонатан.
Женя поглядела на Алису и кивнула ей.
Алиса вздохнула и подчинилась, хотя на её тарелке ещё конфеты есть и от пирожков кончики, но и спать чего-то хочется. Она ещё раз вздохнула и посмотрела на Эркина.
Эркин поймал её взгляд и, всё сразу поняв, улыбнулся и кивнул.
Алиса, успокоившись, что Эрик сохрани её остатки на завтра, слезла со стула.
— Большое спасибо, очень вкусно, спокойной ночи, — и, выслушав ответные пожелания, вышла из комнаты.
Выждав несколько минут, Женя извинилась улыбкой и пошла проверить, как Алиса справилась с вечерним ритуалом. На её уход внимания не обратили: так интересно рассказывал Бурлаков, что чаепитие пришло в Англию из Индии, а в Россию из Китая, чем во многом объясняются различия и в сервировке, и в сортах, и в заедках.
Убедившись, что всё в порядке и поцеловав уже спавшую Алису, Женя вернулась в большую комнату, но не села за стол, а подошла к маленькому столику у дивана и стала перебирать лежавшие там фотографии.
Фредди, продолжая, как ни в чём ни бывало, поддерживать общий разговор, искоса следил за ней.
И всё-таки её возглас прозвучал для него неожиданно.
— Ой, Джонни! — Женя удивлённо смотрела на Джонатана, держа в руках несколько фотографий. — Как же вы похожи на Алису!
Наступила мгновенная тишина.
— Что и требовалось доказать, — совсем тихо выдохнул Фредди.
Но его услышали, хотя никак это не показали.
Андрей встал и подошёл к Жене, взял у неё фотографии, быстро, тасуя, как карточную колоду, просмотрел и явно вынужденно согласился:
— Точно, на одно лицо.
Джонатан метнул на Фредди бешеный взгляд, но теперь тот сделал вид, что не заметил. Сейчас ему важнее Эркин. Как он поймёт? Если всерьёз и приревнует Джонни, то придётся гасить в самом начале.
Эркин тоже встал и подошёл к Жене и Андрею, взял у них фотографии, внимательно просмотрел.
— Да, очень похожи.
Андрей оторопело переводил взгляд с него на Женю и обратно. Эркин посмотрел на Женю. Она улыбнулась ему, и, как всегда, её улыбка сразу отразилась на его лице. Он положил фотографии на столик.
— Да, в самом деле.
Фредди незаметно перевёл дыхание: он опасался худшего, но, кажется, обошлось.
Чаепитие закончилось вполне благодушно в общем согласии и удовольствии. Сходство Алисы и Джонатана не обсуждалось, и о нём даже не вспоминали, но Джонатан, сталкиваясь взглядом с Эркином, понимала, что объясняться придётся. Вот втравил его ковбой. И непонятно — зачем? Столкнуть его с Эркином? Зачем?! Бессмыслица какая-то. Ковбой он, конечно, ковбой, но дураком никогда не был. Ну, сходство, сходством их ещё тогда в Джексонвилле тыкали, так если по делу, то надо на тормозах спускать, а ковбой прямо из штанов выпрыгивает, чтоб все заметили. «Что и требовалось доказать». Кому? И опять же — зачем?
Допив чай, встали из-за стола. Началась уже обычная суета с уборкой. Решив, что раз будет кофе, Женя оставила фрукты, вино и конфеты, убрав чашки, самовар и варенье с пирожками: к кофе они никак не идут. Как-то незаметно ушёл в маленькую комнату Андрей, и, заглянув туда и увидев его спящим на диване, Эркин тихо прикрыл дверь. Никто вроде не обратил внимания, но все остались в гостиной. Общи1 разговор шёл легко и весело. Фотографии по-прежнему лежали на столике, и, перебирая их, Женя вспомнила и рассказала, как они в первый раз сфотографировались, в Гатрингсе, в комендатуре.
— И свадьба была?
— Почти, — рассмеялась Женя. — Погуляли в каком-то заброшенном парке и поехали домой порознь.
— Парке? — удивился Джонатан. — Я не помню парка в Гатрингсе.
— Ну, это не совсем парк, — стал объяснять Эркин. — Мне просто сказали, что туда никто не ходит, а вокруг забор, но есть проломы, я и решил, что мы там сможем погулять.