— Успокой стадо, — бросил он через плечо.
Эркин отъехал назад, засвистел уже по-другому, а он… он спешился, подчиняясь повелительному жесту русского. Кольт, куда его? Сбросить? Поздно. Он подошёл.
— Кто вы?
— Мы гоним стадо. Здесь всегда был проход для стад.
— Автоматическое оружие есть?
— Нет, — это каким надо быть дураком, чтобы таскать с собой автомат, да ещё и признаваться в этом.
— Что это?
— Кольт.
— Личное оружие разрешено. Проходите.
И это всё?! Ну, тогда… он рывком бросил себя в седло. Мотоциклы уже сдвинули, освобождая им дорогу. Вперёд!
— Эркин, гони. Вперёд!
Плотная масса судорожным толчком проскочила заставу, едва не перевернув мотоциклы. Свистели и что-то кричали русские, а стадо уже несло их вперёд.
— Ровняй, парни! Ровняй!
И крутой поворот, просторная котловина, и скачущий навстречу Дон.
— Привет, Фредди!
— Привет! Что это такое?
— Русские перекрыли Крутой Проход. Гони стадо на свободное место и жди.
— Чего?
— Спроси чего-нибудь полегче, Фредди. Да, объясни парням, что игры кончились.
— Я понял, Дон. Спасибо.
Он поглядел на Эркина и Эндрю. Невозмутимые, будто они, скажи, впервые Дона видят.
— Бери правее, Эркин. Эндрю, подпирай.
Они заняли удобное место. Бычкам даже есть что пощипать под ногами. Дали им успокоиться и стали укладывать на жвачку. Эркин подъехал к нему, молча посмотрел. За ним Эндрю с таким же немым вопросом.
— Ничего не понимаю, парни, — честно ответил он. — Будем ждать.
Они молча кивнули и разъехались по углам стада. С седла он видел двойную цепь русских, перегородившую горловину Крутого Прохода, за ней… всякое воинское хозяйство. Если бы это была полиция… а русские, здесь он чувствовал себя беспомощным. Русские ничего не делали. Не отдавали никаких приказаний, даже не входили в котловину. Одинарная цепь на входе и двойная на выходе. И всё. Неужели он ошибся, и надо было сразу заворачивать стадо? А в котловину уже вваливалось новое стадо. Похоже, Майера. И Дон скакал навстречу им. Он обернулся к парням, и те сразу подъехали к нему.
— Так… всегда? — тихо спросил Эркин.
— В первый раз такое, — он заставил себя говорить спокойно. — Ничего не могу понять.
— К нам идут, — еле слышно шепнул Эркин.
Он резко обернулся. Да, к ним. Русский офицер с папкой в руках. Ну что ж, задираться не стоит. Он спешился, не дожидаясь его приближения. И Эркин с Эндрю так же спешились. Офицер смотрел на них спокойно и даже равнодушно, но он ощутил, что его оглядели очень внимательно. И запомнили.
Офицер поднёс ладонь к фуражке, но не представился. И он тронул шляпу молчаливым приветствием.
— Вы старший?
— Да.
— Вы хозяин стада?
Как лучше сказать? Не подставить бы Джонни ненароком. Но все документы на имение оформили на Джонни. Его имя нигде не значится. Они тогда так сразу решили. И надо этого держаться.
— Нет.
— Кто хозяин?
— Джонатан Бредли, лендлорд.
Офицер быстро пишет, ловко держа папку на весу.
— Сколько голов в стаде?
— Сто.
— Вы старший ковбой?
— Да.
— Ваше имя?
— Фредерик Трейси.
Будем надеяться, это имя ничего не скажет. Хотя, он же всё сделал, чтобы имя осталось чистым.
— Кто с вами?
— Пастухи.
Такой же быстрый внимательный взгляд. Парни стоят спокойно. У Эндрю как всегда рубашка застёгнута на все пуговицы, у Эркина распахнут ворот и закатаны рукава, хорошо виден номер над правым запястьем.
— Имя?
— Эркин, сэр.
— Эр-кин, так?
— Да, сэр.
— Хорошо. Твоё имя?
— Эндрю, сэр.
Папка захлопнута.
— Армейское оружие, боеприпасы, средства поражения запрещены к провозу. Добровольная сдача амнистирует наличие. Площадка для сдачи отмечена красным флажком.
Кивок, и офицер отходит, идёт к стаду Майера. Он переводит дыхание и поворачивается к парням.
— Они ищут оружие.
— Средства поражения, что это, сэр? — спрашивает Эркин.
И только тут он замечает неподалёку ковбоя в рваной рубашке.
— Гранаты, мины…
— У нас ничего такого нет, — пожимает плечами Эндрю.
— Тогда и беспокоиться нечего, — через силу улыбается он. — Будем ждать.
Они ждали. Котловина заполнялась стадами. Русский подходил, записывал прибывших, говорил о сдаче оружия и уходил опять за двойную цепь. Он отошёл к Майеру, потом его окликнул кто-то из южан. Лицо знакомое, а имени не вспомнил. Поговорили. Никто ничего не знал. Вернувшись, он не увидел Эндрю. Эркин переругивался с негром-пастухом соседнего стада, отстаивая место, где они поставили лошадей. Он наскоро обругал негра, и тот сразу исчез.