Чуть в стороне от дома пустое пространство. Круг, очерченный невидимой линией. И в этом кругу трое. Эркин и Андрей сидят на земле, спинами друг к другу на шаговом расстоянии. И солдат с автоматом. Так, чтобы видеть обоих и накрыть одной очередью. Эркин сидит на коленях, лицо неподвижно, и глаза смотрят куда-то в пустоту. Андрей обхватил колени руками и уткнулся в них лбом так, что лица не видно. На светлом ёжике волос тёмно-красные пятна. Кровь? Били?! Пробили голову?! Фредди шагнул к нему, но наткнулся на русского офицера.
— Фредерик Трейси?
— Да, — Фредди в упор посмотрел в его светло-синие глаза с крохотной точкой зрачка.
— Ваше оружие.
Медленно и очень спокойно Фредди расстегнул пояс с кобурой и разжал пальцы.
— Пройдите сюда.
Перешагнув через упавший на землю пояс, Фредди мимо парней, даже не посмотревших в его сторону, прошёл к указанному дому, преодолевая желание заложить руки за спину. Рано. Фредерик Трейси не может иметь тюремных привычек.
Обычная канцелярия. Столы, сейф, шкаф. На одном из столов ножи парней, ещё оружие, какие-то свёртки, шляпы… На другом… карты! Фредди сразу узнал их. Карты из Уорринга: характерного кремового цвета с подколотыми к ним бумажками. Ну, вот и всё.
— Снимите шляпу.
Конечно, им же надо сверить с фотографией. Что-то долго, глядя то на него, то на стол, перебирает карты худой офицер с тонкими длинными пальцами. Ну…
— Пройдите сюда, — к третьему столу. — Садитесь.
Не опознали? Нет его карты?! Тогда зачем этот арест? И парни?!
— Ваше имя… Фамилия… Дата и место рождения… Полностью, пожалуйста…
Простые вопросы и столь же простые ответы. Здесь его не подловить. Если карты нет, то у него шанс… У него — да, а у парней?..
— Кем работаете?.. У кого?.. Как давно?.. Место постоянного проживания… Семейное положение… Ваше отношение к армии…
Почему они нарушили обычную последовательность вопросов? Зачем? Проверяют, насколько он знает этот порядок? Попробуем сделать ход.
— Почему я арестован?
— Вы задержаны для выяснения обстоятельств по делу об убийстве.
Убийство?!
— Убили? Кого?
— Вопросы задаём мы. Вы знаете этого человека?
Вот оно! Фотография Ротбуса. В полной форме при всех регалиях.
— Давайте условимся, Трейси. Вы не лжёте в том, что мы можем проверить. Вы меня поняли?
Фредди поднял от фотографии глаза и посмотрел на офицера.
Желтоватое от загара и больной печени, спокойное, даже чуть грустное лицо, внимательные карие глаза, желтовато-седые волосы. Спокойно лежащие на столе руки. Он не ведёт протокола? А, вон в углу девушка в форме с блокнотом. Обычная практика. Могли бы и на машинке печатать. Но это их проблемы.
— Да, я понял вас, сэр.
— Можете обращаться ко мне по званию. Я майор. Повторяю. Вы знаете этого человека?
Фредди медлил с ответом, быстро прикидывая варианты.
— Вы затрудняетесь с ответом? А здесь?
На этой фотографии Крыса в штатском. Придётся узнавать. Не дать прижать себя.
— Да, здесь я его узнаю.
— Неплохо, Трейси. Кто это?
Попробуем так.
— Я знаю его, но не знаю имени.
— Вот как? Вы уверены в этом? Позавчера вас видели беседующими. Беседа шла на повышенных тонах. Его телохранитель держал вас под прицелом. Вчера вы на рассвете срочно уезжаете из посёлка и возвращаетесь только сейчас. Старший ковбой бросает стадо более чем на сутки. Для этого должны быть веские причины. Какие?
Чёрт! Всё это могут проверить.
— Я ездил в банк. За деньгами.
— Для этого вам потребовалось столько времени?
— Я закрыл свои счета.
— Их так много?
— Два. Я забрал все свои деньги.
— Они у вас с собой?
— Да.
— Вас не затруднит предъявить их?
Подавитесь. Конфискуйте, делайте, что хотите… Фредди выложил на стол три пачки в банковской упаковке и ещё одну неполную.
— Здесь сто семьдесят три тысячи, майор. И ещё двести сорок у меня в бумажнике. Это мои деньги.
— Зачем вам понадобилась такая крупная сумма?
Крупная! Знал бы ты, сколько с меня заломили.
— Вам предстояли большие траты, Трейси?
— Это мои деньги, майор, и я вправе распоряжаться ими. Разве это противозаконно?
— Нет. Вернёмся к тому, кого вы так упорно не хотите узнавать. О чём вы с ним говорили?
Стоп, а если так… Правда, но не вся. Всего они не проверят, и сам не собьёшься.
— Он требовал деньги. — Фредди еле заметно усмехнулся. — Требовал вернуть долг.
— И это, — русский показал на пачки, — это и есть ваш долг?