— Мы его арестовываем, а не спасаем, — он говорил по-английски правильно, но с еле заметным акцентом. — Он арестован. Будет следствие. Потом суд.
— Мы уже судили его, — бесстрашно возразил Андрей и, помедлив секунду, добавил: — Сэр.
— Правильно! — крикнул кто-то.
— Он вне закона, а вы защищаете его!
— Отдайте его нам!
— Он вне закона!
Пока офицер пережидал этот взрыв, Фредди не спеша подошёл к Андрею, движением плеча отбросил того назад и встал на его место. Сверху вниз осмотрел офицера. Тот столь же спокойно и оценивающе осмотрел Фредди.
— Вы Фредерик Трейси? — прозвучал неожиданный вопрос.
— Да, — спокойно ответил Фредди.
— И ваша подпись, — улыбнулся офицер, — стоит первой.
— Совершенно верно.
— И все, — офицер обвёл толпу взглядом, — все согласны с приговором?
Толпа ответила рёвом, но тут же замолчала, как только заговорил офицер.
— Вы судили его по своим законам. И мы не оспариваем ваш приговор. Но вы судили его за одни… преступления. А он совершил ещё. Другие. Он военный преступник. А здесь скрывался от правосудия.
Фредди чувствовал, как сзади напирает на него, пытаясь что-то сказать, Андрей, и ударом локтя отодвинул его.
— Он откупится, — сказавший быстро нырнул в толпу, затерявшись среди чёрных рабских курток.
Офицер покачал головой.
— Кровь не откупается, — и медленно, будто подыскивая слова, продолжил: — Мы ещё не знаем, есть ли на его руках кровь. Убивал ли он сам. Но он отдавал приказы убивать. А значит, и он убийца. Но он знает, где скрываются убийцы. Поэтому будет следствие. И будет суд.
— Но вы не отпустите его, сэр? — вылез всё-таки Андрей.
— Отпустим. На тот свет, — улыбнулся офицер. — Его там уже ждут. Но это, — он вдруг лукаво подмигнул, — это пока тайна. Решает суд.
Хохот грохнул с силой ружейного залпа. Андрей смеялся, запрокидывая голову, едва не теряя шляпу. Офицер посмотрел на него, перевёл взгляд на Фредди и козырнул.
— Приятно было познакомиться, мистер Трейси.
— Взаимно, офицер, — Фредди коснулся шляпы.
Офицер кивнул всем и повернулся, едва не налетев на Эркина, тихо стоявшего за его спиной. Эркин метнулся вбок, к цветным, и они быстро затолкали его в середину своей группы. Офицер ещё раз улыбнулся и пошёл к крыльцу, поднялся по ступенькам, опять что-то сказал автоматчикам и вошёл в дом.
Толпа не расходилась, по-прежнему окружая машину. Ножей и кольтов уже не было видно. И тишина. Шум дождя, шелест листвы и дыхание множества людей.
Открылась дверь, вышел круглолицый солдат и не спеша, чуть вразвалку прошёл к машине, сел в кабину и стал прогревать мотор. И вот появились на крыльце трое. Два русских офицера и между ними Седрик. Бледный, без шляпы, со спутанными, прилипшими ко лбу прядями бесцветных волос, с заложенными за спину руками. Его вели, держа с двух сторон чуть выше локтей. И тут кто-то свистнул. И прорвало! Свист, издевательские, а когда увидели, что он в наручниках, торжествующие выкрики. Чей-то могучий бас перекрыл гомон:
— Эй, Седди! Передай привет Ротбусу!
— Вперёд, Седди! — поддержало шутку множество голосов. — Крыса ждёт!
Седрика провели по людскому коридору, втолкнули в машину, следом влезли автоматчики, один из офицеров захлопнул дверцу. С крыльца спустился ещё один, в очках, тот, что говорил со всеми. Все трое сели вперёди, в кабину, и машина тронулась. Перед ней расступились.
Толпа быстро рассыпалась на идущих к своим навесам людей.
— Почему не было шерифа, Дан?
— Он пытался разогнать цветных, и кто-то в толпе врезал ему.
— Ого! А Дон?
— Увёл Джерри. Тот не мог сам встать. Спокойно, Фредди, твои прибежали позже.
— Мг. Спасибо, Дан.
Фредди неспешно шёл к их навесу. Андрей держался рядом. Незаметно откуда-то вынырнул Эркин и спокойно пристроился с другой стороны.
Они уже подходили к своему навесу, когда Фредди спросил:
— Ты чего к этому очкастому прилип?
Вместо ответа Эркин, не меняя шага, оказался за его спиной, и Фредди ощутил лёгкий укол сзади под рёбрами. И тут же Эркин снова пошёл рядом.
— С ума сошёл? Тебя бы на месте пристрелили, — устало сказал Фредди.
— Очкастый бы этого уже не увидел, — спокойно ответил Эркин, входя под навес. — Грог допивать будем?
— Понравилось? — ухмыльнулся Андрей, садясь к костру.
— Жратву не оставляют, — Эркин сел рядом, взял свою кружку. — Его подогреть надо, или так можно? — и снизу вверх посмотрел на Фредди, озорно блестя глазами.
— Как хочешь, — Фредди тяжело опустился на землю, потёр лицо ладонями. — Так. У русского дома чтоб вас больше не было, ясно?