— Чего ты злишься? Ведь закончилось удачно.
— Да, но если бы не Спиноза… Я-то никогда не мог понять, чего его в чистильщиках держат. Ведь силы… как у мухи.
— У него вся сила в мозгах. В отличие от тебя, кстати. А злюсь я оттого, что если бы не этот дурацкий суд чести, то Седрик Петерсен и дальше бы благополучно жил у нас под боком, а мы бы…
— Извини, перебью, почему дурацкий? Я о суде чести. Интереснейший материал. Шериф встанет, расспрошу его. Общество ковбоев. Слышали раньше? Нет. Ни в одной ориентировке нет даже намёка. И вот, пожалуйте. Организованность, оперативность… Спиноза не зря полную копию взял.
— Две копии. Я ему в двух экземплярах сделала и обе заверила.
— Спасибо, Шурочка. И если ещё мне сделаешь… моя благодарность будет безгранична.
— В пределах разумного? Будет время — сделаю.
— Но кто бы мог подумать, что ковбои такие писучие! Не протокол — поэма.
— И акт. Интересно, лендлорд подчинится?
— Я думаю, он хочет жить. И не будет спорить с кольтами.
— Это уже вне наших полномочий. Сами разберутся. А Петерсен…
— Редкая сволочь. Как он здесь сопли пускал, а?!
— Это как раз стандартно. Все они, каратели и садисты, себя любят до самозабвения и ради себя на всё пойдут. И Трейси, кстати, тоже не отклоняется. Ротбус ему намекнул, и он без звука помчался за деньгами. И работал бы на Ротбуса.
— Интересная личность этот Трейси. И его команда тоже.
— Пастухи? Наглые оба… как танки прут. На рожон лезут. Лишь бы всё внимание на них, а не на Трейси.
— Да, заслоняется он ими мастерски. Только на протоколе вылез. Шурочка, у меня просьба. Всё, что есть по Трейси и его парням, абсолютно всё, собери мне компактненько.
— Готовишь задел на будущее?
— Боюсь, что да. Но сейчас у меня интерес чисто академический. Как говорил Бешеный? Нестыковки, так? Вот я и хочу попробовать состыковать. Есть у меня кое-какие задумки.
— И когда ты их думаешь проверять?
— Свалим Мышеловку, возьму свои отгулы и съезжу кое-куда. Проконсультируюсь.
— Любишь ты, Новиков, конспирацию разводить.
— Капает у нас, Шурочка, так что… бог кого бережёт?
Сквозь сон Фредди услышал, как парни встали, прибавили огонь и потащили мешок к выходу. Хорошо время чувствуют. Но это Эркин… Ладно. Где бы теперь достать перец, чтобы не подставиться ненароком? Без перца грог не грог, никакой остроты. Так, покупать нельзя, одолжить… спросить, конечно, не спросят, но обдумывать начнут. Значит… значит, ждать Джонни, и пусть привезёт. Так, теперь… сапёры дочистят проходы, и пойдём. Если нигде не застрянем, то отсюда до Бифпита три дневных перехода. В принципе, можно и без грога обойтись. Хотя, если дожди зарядят, без грога паршиво. Купить, что ли, у Роулинга пару бутылок крепкого, чтоб запас был… Лечиться. Даже странно: такой дождь, а спина не болит. Золотые руки у парня. Но характер… У Эндрю, правда, не лучше. Да и побило их крепко. Ладно. Кормов хватит, за три перехода, даже по плохой траве, они много не потеряют. Хороший корм. Большой привес даёт. И об ореховом концентрате стоит подумать. Если, как Эркин говорит, от него сливки в два пальца — ну, это он, положим, прихватил, это ему с голодухи показалось — но всё равно есть смысл. Молочное стадо для своего стола держим, и тогда на свой откорм трёх бычков по этой же методе — ореховый концентрат и молоко — стоит попробовать. Джонни, конечно, это не упустил, но свалим это дело, напомню…
— Фредди, ты чего?
Он открыл глаза. Парни. Однако!
— Уже управились?
— Ну да. Мы ушли, ты лежал, приходим… так же. Случилось чего?
— Ничего, — Фредди сел на лежанке. — Разоспался я чего-то. И дождь этот…
— Это надолго? — спросил до сих пор молчавший Эркин.
— Что?
— Дождь.
— Не знаю. Осенью дожди долгие.
Эркин молча опустил плечи и отошёл к костру. Опять, что ли? Так не с чего… Ладно, сейчас вроде держит себя.
За ужином Эркин ел нехотя, не отвечая на подначки Андрея.
— Да чего ты такой? — не выдержал Андрей.
— Фредди, — Эркин, не ответив Андрею, повернулся к Фредди. — Три месяца, ну как нанялись мы, от того дня, есть уже?
Фредди чуть не поперхнулся кофе: так вот оно что… но…
— Я не помню даты, — честно ответил Фредди, — но, по-моему, нет ещё.
— И я за койку за три месяца заплатил, — вклинился Андрей.
Эркин быстро взглянул на него и снова уставился в огонь.
Из-за койки не будет парень психовать, да и вещи, что оставил… нет, не в этом дело, но спрашивать нельзя, а успокоить надо.
— Подождут они вас. С перегоном не угадаешь.