— И не обидится?
— Чего?! — удивление Фредди слишком велико для искреннего. — Ты её слушай побольше! Обнял, чмокнул, в кровать она тебя сама уложит. Что она там болтает, всё по фигу. Ну, вот если днём… — он ненадолго задумался. — А рубашку оставь. Расстегни только и всё. Тебе ж только руки прикрыть, так?
— Так, — кивнул Андрей. — Ну, а рубцы там, шрамы…
— Плюнь. На это не смотрят. Да и в темноте всё равно…
— Фредди, — Эркин задумчиво перебирал гриву Резеды. — А ты так всё всегда и снимаешь?
— Сапоги всегда, — честно ответил Фредди.
— А кольт? — Эркин резко послал Резеду вперёд, прежде чем Фредди понял вопрос.
— Ах ты…! — взревел Фредди, бросаясь в погоню и жестом посылая Андрея в обход.
Бежавший в поводу Принц не давал Резеде развить нужную скорость, да Эркин и не собирался чрезмерно гонять её перед скачками. Но вот напросилась на язык шутка, и не удержался. Ладно, попробуем так. Подпустив Фредди вплотную, он рванул Резеду вбок и назад, рассчитывая, что Фредди проскачет мимо. Но Фредди резко развернул Майора и сильным ударом вышиб Эркина из седла. Падая, Эркин сдёрнул и его, и удар подскакавшего к ним Андрея пришёлся по спине Фредди.
А когда разобрались, кто же кого бьёт, запал уже прошёл.
— Фу, чёрт, — Фредди отряхнул куртку и джинсы и свистом подозвал Майора. — Не знаю, как на скачках, а в борьбе ты всех покидаешь.
Фредди и Андрей уже были в сёдлах, а Эркин всё ещё стоял на земле, как-то растерянно озираясь по сторонам.
— Ты чего?
— Эркин, что с тобой?
Он медленно повернулся к ним. Побледневшее, ставшее каким-то твёрдым лицо.
— Вы… Фредди, ты знаешь это место?
— Нет, а что? — насторожился Фредди.
— Смотри, — Эркин показал на высокий серый забор на гребне ближайшего холма.
Фредди и Андрей недоумевающе посмотрели туда и снова повернулись к Эркину.
— Забор как забор, — пожал плечами Андрей.
— Забор как забор, — медленно повторил Эркин и, сгорбившись, словно с трудом переставляя ноги, пошёл туда.
Он поднимался по склону, а они, ничего не понимая, следили за ним. И уже подойдя к забору, Эркин снова обернулся:
— Это Пустырь! Понимаете вы, Пустырь?!! — резким ударом сапога он выбил доску и пролез в получившуюся щель.
Фредди быстро огляделся.
— Привязывай к дереву всех и давай за ним.
Андрей уже сообразил и, выругавшись, ловил Резеду.
Привязав лошадей, они взбежали на холм и пролезли в ту же щель.
Вытоптанное, с редкой чахлой травой пространство. И Эркин, застывший в центре очерченного забором круга. В одном месте, видимо, была калитка. Её сорвали с петель, и она валялась на земле. А высокий, в два человеческих роста, забор ещё держался, хотя и наклонился местами.
Эркин стоял неподвижно, опустив голову и сцепив за спиной побелевшие от напряжения руки. Когда Андрей и Фредди подошли к нему, он заговорил сам, не дожидаясь их вопросов, глухим монотонным голосом:
— Когда раб больше трёх дней болеет, или стар стал, или просто работать не может, его привозили сюда и оставляли здесь лежать. Голым. Ни воды, ни еды, ничего не давали. И вот любой белый мог приехать, заплатить сторожу, не знаю сколько, но мало, и забрать себе отсюда любого раба, за так. Или привезти своего и оставить, а другого забрать. В обмен, — Эркин посмотрел на Андрея. — Ты спрашивал, что за Пустырь. Вот это он и есть, — и снова опустил голову. — На Пустыре долго умирали. Зимой легче. Замерзали. А летом долго…
— Эркин, — тихо позвал Андрей. — Пошли отсюда.
— Идите. Там, за калиткой, должен быть дом сторожа. Вы — белые. Вы можете уйти.
Фредди, похолодев, рванул его за плечо, развернул к себе и увидел твёрдый взгляд.
— Мне двадцать пять, Фредди, — Эркин говорил твёрдо и очень спокойно. — Моё место здесь, понятно? — и вдруг улыбнулся страшной неживой улыбкой. — Я вернусь, не бойся. Побуду ещё здесь и вернусь. А вы, оба, идите.
— Вместе уйдём, — так же твёрдо и спокойно сказал Андрей.
Эркин молча высвободил плечо из пальцев Фредди и опять уставился в землю. Фредди и Андрей молча стояли рядом.
Наконец Эркин глубоко вздохнул и мотнул головой.
— Пошли, — и, не оглядываясь, пошёл к выломанной доске.
Они молча последовали за ним. Молча спустились с холма, отвязали лошадей. Фредди посмотрел на часы.
— Поворачиваем? — разжал губы Эркин.
— Мне пора, — ответил Фредди.
Эркин кивнул и легко вскочил в седло. И, когда тронулись обратно в Бифпит, тихо сказал:
— Второй раз я на Пустыре.