— Что между вами двумя происходит?
— Ничего, — быстро сказал латинос.
— Эй! — возмутилась Джуд.
Она рефлекторно нащупала телефон в кармане пальто, забившегося ей под копчик. Искушение перечитать недавние сообщения двойника было подавляюще сильным, но Джуди сдержалась. Она похвалила себя за стойкость и мужество.
— Лады, — сдался Рик, отводя взгляд к облакам за окошком, — она мне типа давно нравится, но…
— Но?
— Да это же Мэл! — воскликнул мужчина, — с ней сложно вообще-то, если ты не заметила. Меня она тоже чуть не укокошила в первую встречу. У нее типа… такая привычка.
— Я заметила, — нервно рассмеялась Джуди, — и Трэвису от нее доставалось?
— Нет, — покачал головой Рик, — ты чего? Бабуля Ти-Эс — мамбо. Тушку Мэл утопили бы в местных болотах.
Эта информация показалась Джуд чрезвычайно увлекательной. Она с удовольствием расспросила бы побольше про жизнь разных мистических обитателей Луизианы, пополнив свой список «всякой чертовщины», но ее больше интересовало другое. Вампиры, ведьмы, и даже вудуисты, смогут еще подождать.
— Как вы познакомились с Мелиссой? — поинтересовалась она.
— Я искал Лорну, — просто ответил Рикардо. А после поведал Джуди свою историю. Не всю, конечно, но хотя бы некоторую ее часть.
Рикардо и его семья были нелегальными эмигрантами. Они вели довольно стереотипный для своей социальной прослойки образ жизни: мать занималась проституцией и часто меняла сомнительных ухажеров, дети воровали, и все, от мала до велика, толкали дурь.
Рик, будучи самым старшим и изобретательным, стащил из прачечной форму работника телефонной компании и, пользуясь этим прикрытием, обносил квартиры простых мещан из среднего класса.
Пока однажды, скрываясь от полицейской облавы, случайно не провалился в зеркальный портал. Мальчишка и сам не понял, каким чудом умудрился его открыть. Все произошло на чистом инстинкте.
Он оказался талантлив.
Без книг и наставников Рикардо кое-как совладал со своим даром, но использовал его далеко не во благо. Отколовшись от семьи, он шатался по всей стране, через зеркала пробираясь в самые респектабельные дома, пока одним из них не оказался особняк Уокеров.
Белоснежный дом, полтора века назад возведенный на берегу той проклятой реки.
Лорна словно не изумилась зеркальному гостю. Вместо «теплого приема», который стоило бы оказать человеку, вломившемуся в твое жилище с сомнительными намерениями, она предложила Рику чашку чая и свое покровительство.
Парню она показалась совсем невменяемой, но почему-то он согласился.
Рикардо глубоко тронула судьба одинокой пожилой женщины, томящейся в мрачном, пустом доме. Ее доверчивая потребность в хоть одной живой душе рядом растопила даже сердце домушника.
Ему все равно некуда было пойти.
Почему бы не задержаться здесь, получив массу привилегий, вроде крыши над головой, трехразового питания и отсутствия каждодневного риска для жизни?
Миссис Уокер приложила немало усилий, обучая бывшего бродягу колдовству. Много лет она вела неравную войну с его криминальными замашками и привычками. Рик сопротивлялся — ему претила мысль о том, чтобы стать послушной ручной зверушкой богатой старухи.
Они часто ругались.
Однажды Лорна пропала. Она сказала, что уедет на несколько дней в Новый Орлеан, проведать какую-то подругу, но так и не вернулась домой.
Рикардо устал ее ждать и порядочно всполошился. Когда-то он слышал от миссис Уокер про существование луизианских колдуний, и отправился по их следу, надеясь разузнать что-то об исчезнувшей наставнице. И напоролся на Мэл.
— Мелисса тогда свалила из Ковена, — заканчивал Рик уже в такси, понизив голос, чтобы их с Джуди странную беседу не расслышал водитель, — докопалась до меня — кто я, откуда, чего мне надо в Луизиане. Помогла поискать Лорну, но нифига.
Джуди оторвалась от созерцания проносящихся мимо знакомых пейзажей и обернулась к нему.
— И в Салем она не вернулась? — уточнила она.
Рик покачал головой.
— Черт знает, — вздохнул он и признался, потупив взгляд, — мы с Лорной… напоследок знатно поцапались. Мне было стремно сюда соваться.
«Стремно» — вполне подходящее слово.
Джуди придержала комментарий о том, что чувствует то же самое.
Рикардо, к счастью, пока не потребовал от нее ответных откровений, и она рассчитывала отложить их на неопределенный срок. Ей не хотелось вдаваться в подробности своих сложных взаимоотношений с миссис Уокер и с ее сыном. Особенно с ним.