— Не смогла определить? — презрительно спросил Казадер.
— Я поднял статус готовности дворца, и гарнизон переходит на вторую... — начал Гаунт.
— Но она не смогла определить? — перебил Казадер.
— Ее видение не всегда подробное, — сказал Сариадзи. — Мы должны дать ей время, чтобы сфокусироваться...
Казадер посмотрел на нее, с сузившимися глазами.
— Я думаю, что это смешно, — сказал он. — Если здесь есть угроза, мы с ней разберемся. Если нет, это опасная провокация. Запугивание. Мы что, серьезно собираемся ждать, пока какая-то деревенская девчонка...
Аурбен пришлось удержать Сариадзи.
— Достаточно! — резко бросил Гаунт. — Не здесь. Нигде. Казадер, вон. Подготовь своих людей. В твое дело будет занесен выговор за это.
Казадер пристально посмотрел на Гаунта, затем отдал честь и вышел.
Гаунт посмотрел на остальных. — Я пригласил вас сюда, чтобы консультировать и помогать. Полковник Грае и инквизитор являются участниками наиболее деликатных секретов, связанных с ситуацией на Урдеше. Байота, тебе и твоему штабу нужно знать это, чтобы вы могли помочь мне.
Байота кивнул. Двое тактиков с ним были мрачны и тихи.
— Где Мерити? — спросил Гаунт, запоздалая мысль. — Я думал, что она была с вами?
— Мистер Байота разрешил ей уйти, сэр, — сказал Белтайн. — Она отправилась в подвал. Комиссар Фейзкиель хотела задать ей еще несколько вопросов, касательно инцидента в Низком Острие.
— Она сейчас там, внизу?
— Ушла туда не так давно, сэр.
— Одна?
— Ей назначили Сциона, мой лорд, — сказал Байота.
Гаунт кивнул. — Хорошо. Давайте пройдемся по тому, что нам известно. Начиная от ощущения Беати о том, что здесь...
Гаунт замолчал. Сквозь стеклянную дверь комнаты он увидел, как пришел Даур, и обменивался словами с Санкто. Санкто указал на комнату. Даур сказал что-то еще. Санкто повернулся и посмотрел сквозь стекло на Гаунта.
Гаунт уже собирался покачать головой. Полковые дела могут подождать, и Даур это знал. Но было что-то в языке тела Даура.
Он кивнул.
Санкто замешкался на мгновение, как будто удивленный, а затем открыл дверь для Даура.
— Мои извинения, Лорд Исполнитель, — сказал Даур, когда вошел.
— Что тебе нужно, капитан? — спросил Гаунт.
— Мне... — замешкался Даур. Все смотрели на него. — Мне необходимо доложить о том, что, кажется, в размещении Танитцев ситуация. В подвале, сэр.
— Проблема?
— Отключение энергии, мой лорд. Это...
Гаунт вздохнул. Его интуиция ошиблась. Даур суетился, и он должен был понять это лучше.
— Это техническая проблема, Капитан Даур. Донесите это до обслуги дворца.
Даур заколебался. — Я не совсем понимаю обстоятельства, мой лорд, но был озвучен янтарный статус. Комиссаром Фейзкиель.
— Почему? — спросил Гаунт.
— Я не знаю, мой лорд. Я пришел прямо к вам. Комиссар Харк пошел, чтобы изучить лично.
Он посмотрел на остальных в комнате.
— Я прошу прощения за вторжение в это собрание, — сказал он.
Гаунт стоял на ногах.
— Янтарный статус? — спросил он. Его голос был странно свирепым.
— Да, мой лорд, — ответил Даур.
— Это в темноте?
Все огляделись. Даур заморгал от удивления. Беати вошла в дверь и пристально смотрела на него.
— Капитан Бан Даур, — сказала она. — Я спросила вас, подвал в темноте?
— Да, моя леди. Полностью. Как я понял.
— Там есть дети? Дети, которые могут быть напуганы? Кто может плакать?
— Да, моя леди. Там есть дети. Там вся свита.
Беати повернулась и посмотрела прямо на Гаунта.
— Анарх, — сказала она.
— Включайте тревогу! — прорычал Гаунт.
Харк снова разбежался и снова отскочил от дверей.
— Ты сломаешь себе фесово плечо, — сказала Керт.
Он не ответил. Он вытащил свой плазменный пистолет и подстроил его.
— Отойдите нафес, обе, — сказал он. Керт с Пердэй отошли назад. Глаза Пердэй были широкими.
Харк навел оружие на двери, и выстрелил.
Звук выпущенной плазмы эхом отдался по пустому коридору, и Керт вздрогнула. Дым поднялся вверх и окутал воздух вокруг шипящих светосфер над головой.
Дверь была незатронута.
— Какого черта... — заикаясь, произнес Харк.
— Что-то не так с твоим оружием, Харк? — спросила Керт.
— Что? Нет. Это был полный разряд.
Он изучил дверь, пробежавшись пальцами по дереву. Ничего такого, кроме дефектов.
— Я не понимаю, — сказал он.
— Я слышу тревогу, — сказала Пердэй, смотря вверх. — Это предупреждение об опасности.
Клаксоны звучали в коридорах и проходах над ними. Колокола в дворцовых колокольнях тоже начинали звенеть.