Глава ІV Ветви древа
Ранним утром путники добрались до города Сэнона. Как только деревья Старинного леса расступились, совсем близко показались дома. А вдалеке на востоке виднелась гора Россадон.
Иранор нашёл прекрасное местечко для остановки, прямо возле города. Это был зелёный луг, простиравшийся на километры вдаль, на юго-запад.
Полуэльф сразу лёг спать по приезду. Всю ночь, как ни как, гнал лошадей. Когда проснулся Лаэрт, Билл сидел за столом и писал что-то в рукописи Лаэрта.
— Корректируешь? - спросил Лаэрт, подходя к старику.
— То, о чём мы вчера говорили, вношу.
По окончанию работы, Билл протянул рукопись Лаэрту. Тот перечитал новую версию и ещё долго восхищался своим другом.
Вскоре проснулись все остальные. Дулг в одиночку превратил домик Билла в сцену. Как оказалось, орк владеет не только огромной силой, но и довольно умён. Траин помог Лаэрту перетащить домики за сцену и распрячь лошадей. Все собрались на репетицию. На сцене стоял Лаэрт - он играл Лансэлота, Дулг - Святополка. Актёр Джон - мужчина за тридцать лет, прокуреный и потрёпаный, отлично подходил на роль Старого солдата. Билл согласился играть Короля Густава. Крестьянами были: актриса Сьюзен - совсем молодая девушка, с милым личиком и золотыми волосами, старый Ричард, который давным-давно перегорел, но Билл его держал из уважения, и Мартин - можно сказать ребёнок, так как ему было всего четырнадцать. Мечниками же были: Геральд - властный и высокомерный на вид, но на деле за все свои сорок лет жизни не смог и трёх слов связать воедино, Альберт - старый седобородый, но такой энергичный - даже Иранор не так шустр, как он, и наконец, Анна - тридцатилетняя прима кочевого театра, - по крайней мере, она так думает, но мало кто разделяет её мысли. И, конечно же, самая главная роль досталась Траину - статуя в центре города. Многие актёры возмущались, что одну из главных ролей будет играть орк, да ещё и незнакомый с театральным искусством, но им хватило всего одного режиссёрского взгляда Билла. Это тот самый взгляд, который как бы говорит: "Я лучше знаю, делай, что велено!". Да, Билл очень по-доброму вёл себя в дружеской компании, но когда он ставит пьесу - сама непоколебимость и решителеность.
Репетиция длилась до тех пор, пока Зера не начала опускаться за горизонт. Уставшие актёры разошлись по домикам, а проснувшемуся Иранору, Билл дал задание.
— Пойди в город и скажи, что мы приехали, и что представление будет завтра в полдень. - говорил он.
— А как же билеты?
— Лаэрт уговорил меня провести представление бесплатно, чтобы привлечь побольше людей. В общем, иди.
Иранор вернулся, когда дневное светило уже скрылось за горизонтом и доложил обо всем Биллу. Все отужинали и легли спать, завтра ведь трудный день. Не спалось только Лаэрту - волнение пожирало его изнутри. Заснул он только под утро.
Мягкие лучи Зеры просачивались сквозь доски домика и рассеивались в пространстве. Лаэрт проснулся от шума снаружи. Он открыл дверь, чтобы показать себя миру. Около сцены уже собирались люди - они и создавали шум. Когда Лаэрт взобрался на сцену, там уже были все остальные. Дулг, покрытый белым гримом, в муляжных доспехах, со шлемом на голове и мечом на поясе, будто бы и правда северный воин, а меч, к слову, был настоящим - это был меч Дулга. Шлем тоже не был муляжом, но он выглядел нездешним, - рога предавали ему более грозный вид. Траин был с ног до головы белым, и даже его кувалда напоминала мрамор. Джон стоял и курил трубку, на нём были доспехи, шлем и меч, добытые в жестокой битве в таверне. У Билла была деревянная корона, окрашенная в жёлтый и длинная фиолетовая мантия. К своему режиссёрскому камео* он отнёсся очень серьёзно, и выглядел угрюмым стариком - вживался в роль. Сьюзен, Ричард и Мартин были одеты в старую крестьянскую одежду и каждый держал вилы в руках. Геральд надел настоящие доспехи, шлем и меч. Альберт и Анна мало походили на воинов, но всё же очень старались. Муляж не мог сравнится с настоящими доспехами. Лаэрту выдали тоже, что и другим крестьянам, но вместо вил, он взял топор, нет, не дровосека, а настоящий боевой.
Люди уже собрались перед сценой и садились наземь в ожидании. Актёры работали над реквизитом.
Наконец, занавес раскрылся, и пред зрителями предстал Лаэрт в образе Лансэлота, он ел суп, сидя за столом. Рядом находилась дверь. Зрители видели, как к ней подошёл Джон и постучал. Лаэрт открыл, и они говорили уже исправленные реплики. Тут подошёл Дулг и, немного растерявшись, говорил свои слова, а после ударил Джона по голове. Орк не расчитал силу, так что актёр потерял сознание по-настоящему, благо на нём был шлем. После диалога, Лаэрт убрал все декорации, а Дулг - лежащего Джона. На сцену выбежал дворф, встал в героическую позу и закрыл глаза, словно статуи древности. За ним вышли Лаэрт, Дулг и актёры, игравшие крестьян: Ричард, Мартин и Сьюзен. Дулг забыл свои слова, но Лаэрт выручил товарища - он говорил всё подряд. Зрители даже встревожились от такой эмоциональной игры.