— А как он... — начала было Лесса.
— Тоже Рейх? — перебила Кристин, мрачно поднимая глаза на пожилую женщину.
— Нет. — она отмахнулась, открывая ворота и провожая путниц до стойла. — Сердце остановилось, лет шесть так назад. Он той картиной очень сильно гордился, хоть это и не его работа была, а всё остальное — не ваши заботы. Давайте лучше хабар забирайте, пока вас ещё кто не приметил! — проворчала борзая, жестом подзывая конюха.
— А вот картина красивая, — тихо отметила Крис, шаркая по земляной насыпи тяжелыми берцами и гремя стальными ремешками поверх изогнутых шпор-когтей.
— Да ну? С чего бы тебе в искусстве разбираться, бродяжка ты «аленькая»? — староста окинула взглядом огненно-рыжие волосы девушки с темно-багровым отливом, явно не свойственным для Славского региона: «Как бы не засланная. Или, может, ребенок беглых зарубежей?» — прищурилась Нола, припоминая истории о том, как зарубежные земли потрясла ужасная катастрофа, унося жизни миллионов, когда активизировались подземные плиты, вздымая города в воздух и засыпая мегаполисы гарью и пеплом. Многие бежали в паритетную Чешку и Славию, а у Кристин были ярко видны ирландские корни.
— Я не разбираюсь, просто... уже видела что-то подобное, — хмуро пробубнила наёмница, отводя взгляд и принимая седло. — Спасибо за опыт.
— Да, очень было всё интересно! — звонко воскликнула Лесса, принимая Карин. — Спасибо за помощь, без вас мы бы точно сами не справились!
— Да всё, не знаю я вас, девицы! — с усмешкой отмахнулась бабуся, слегка от них отстраняясь. — Проверяйте давайте, и марш отселе!
Оглядывая награду в небольшом холщовом мешке, девушки обнаружили сверток каких-то рукописных бумаг, прибавку Магнолы в виде целой коробки местных самокруток, припасы из домашних консерв и воды, должную охапку патронов, и что-то, завернутое в упаковочный пергамент, который делали исключительно в Церкви, держа монополию на производство бумаги во всей Славии.
— Может, не раритетные, зато табак там получше! — подмигнула старушка, довольно кивая на папиросы.
— О божечка мой! — завизжала Алессия, надорвав упаковку и заглядывая внутрь. — Андерсан! Настоящий!
— Андерсен! — расхохоталась Магма. — Вам бы подучить правильное произношение — цены бы вам не было, грамотейки!
— Удачи, — спокойно заключила Кристин, поправляя широкое седло, на котором вполне умещались двое, и упрямо уселась на спину лошади.
— Не грустите, пожалуйста! — Алессия печально вздохнула и искренне улыбнулась старосте, ловко запрыгивая на верную кобылу и поправляя стремя.
— Нет у меня на это времени! — усмехнулась Магнолия, провожая взглядом удаляющихся путниц и сжимая в кармане одолженный сыновьями веер Греты, который Леди носила с собой с самого детства.
«Забавно, а ведь монашка впервые улыбнулась по-настоящему», — со слабой улыбкой подметила главнокомандующая, похлопывая усталого конюха по плечу и гулко закрывая тяжелые ворота селения пахарей.
Арка IV: Глава 19 Воин Холма
— По-твоему, это полноценный виски?! — грозно прорычал Цербер, хватая с барной стойки бутылку и наливая себе вдвое больше положенного.
— Но в-ведь эт-то н-не п-по п-проп-порции! — виновато залепетал Кель, мечась в поисках свежей мяты.
— Уол! — недовольно воскликнула сидящая рядом Нонна, поправляя короткие кудрявые локоны. — Он ведь старается! И вообще, ты сам дал указку наливать по этому чертовому госту! Народ до сих пор в шоке!
— Но же я не кто-то! — обиженно пробасил новоиспеченный владелец Кратера. — Это Бэккман пытался чужим парадом ситхов командовать! А вот я!
— А вот ты — командуешь беднягой, просто потому, что можешь?! — раздраженно фыркнула барышня, благодарно принимая долгожданный тоник. — Спасибо, Ронни, не думала, что ты даже стаканы охладишь перед подачей!
— С-спасибо, — смущенно ответил зализанный бармен, — Ж-жаль у н-нас б-больше н-не ос-сталось н-нас-стоящих л-лим-монов.
— М-м-м, ты использовал порошковую кислоту? — довольно подметила Нонна, поддевая соломинкой мятную веточку. — Очень изобретательно! А я говорила, что у него талант!
— Ну да, талант, — буркнул Уолтер, который так и не дождался поставок янтарного рома. Его голос по прежнему перескакивал от баритона до театрального баса, а вот усы он сбрил, оставив заостренную козлиную бородку. — Продавал бы так же, как варганишь всю эту коктейльную баламуть — цены бы тебе не было, ктулх недорощенный! Вот Бэкк, каким бы козлом не был — мог в мар..ке... арргх, матерь Драконья!
— М-марк-кет-тинг? — неуверенно предположил Кель.