— Бродяжка! — улыбнулся кудрявый брюнет, примкнув к приятелю и так же заслоняя проход. — А я-то думал, бывалая! Эх...
— Да ты не боись, мы просто хотели бухнуть предложить! — улыбнулся второй, протянув руку к предплечью Кристин дабы взять под ручку. Однако мнение Крис было совершенно противоположным. Ухватив его за мизинец, она резко вывернула руку наемника, на короткий момент взглянув ему прямо в глаза, и с легкостью отшвырнула его легким толчком ладони в подбородок.
Парень отшатнулся и неуклюже шмякнулся на задницу, а его приятели неодобрительно покосились на гончую и угрожающе двинулись к девушке.
— Кобыла! В каком углу тебя ебали, что ты так брыкаешься?!
— А ну стоять! — рявкнул курящий в стороне наёмник, крепко сжав рукоять торчащего из кобуры люгера и подаваясь вперед. — Я сейчас этой шутки не понял, малая. Мужики ничего тебе не сделали. Разве так ведут себя с собратьями настоящие бродяги?!
— Кодекс не предусматривает братства, — сухо ответила Харенс, даже не глядя в его сторону и беззаботно зашагала вперед, прочь от столпившихся ребят.
— Вы бабы совершенно не умеете себя контролировать! — кучерявый иронично закатил глаза. — Чувак познакомиться хотел, чё ты выпендриваешься?
— Я не знакомлюсь, — так же спокойно ответила девушка, слегка отпихнув нервного парня плечом, и продолжила движение в сторону торговцев.
— Слышь, ты первая напала! — возмущенно заорал подорвавшийся с пола блондинчик, болезненно разжимая онемевшую руку. — У тебя что, течка?!
— Забудь про мальчишек, — Чарли устало вздохнул и затянулся папиросой. — Но, если чего, разрешаю хорошенько вмазать обидчикам, если опять начнут приставать, — он вновь подмигнул и загадочно прищурился, поглядывая в сторону парадного входа. — О, а вот сейчас начнется! Ты просто смотри.
Тяжелые петли заскрипели и за распахнутой дверью показался нескромный конвой, вооруженный ручными гранатометами и добротными ружьями. Бойцы сопровождали довольно длинную цепочку из самых различных барышень, идущих гуськом посреди двух ровных шеренг. Несмотря на то, что почти половину новоприбывших составляли девчушки, едва достигшие официального совершеннолетия, они не казались несчастными, не были закованы в цепи, не роняли слез. Напротив — девушки совершенно разных возрастов и комплекций с интересом оглядывались по сторонам, о чём-то шептались и радостно подпрыгивали, восхищаясь масштабом закрытого для глаз простого обывателя городка политических преступников.
Завершал строй широко улыбавшийся Цербер. Вышагивая с тяжелым гранатометом наперевес, он довольно гремел сжатой в кулаке тяжелой цепью, свисающей с плеч подобно «боа», уже предвкушая грядущую прибыль от такой выгодной сделки. По бокам от трехглавого плелись какие-то ребята с тяжелым ящиками, а новенькие путаны довольно шептались между собой, словно всю жизнь об этом мечтали.
— Они точно осознают свою задачу? — мрачно подметила Крис, разглядывая новеньких дам. Такая судьба была хуже смерти, и гончая впервые лицезрела настолько довольных рабынь.
— Пленных не брать! — усач загадочно усмехнулся и почесал плешивый затылок. — Кодекс бродяги не имеет пункта присвоения девок, они прекрасно знают, что делают. Всё лучше, чем прозябать в поселке воров и мерзавцев, — недовольно сплюнул мужчина, глядя на шеренгу новоприбывших. — Хотя, кто я, чтобы судить? Они ведь тоже хотят быть живыми.
— Живыми? — обернулась Кристин, удивляясь искренности собственного вопроса.
— Жить, — тихо ответил Хэм, плавно меняясь в лице и с грустью оглядывая городских. — Они не понимают, чему радуются. Уолтер с них все шкуры спустит, если «товар» хотя бы слегка поцарапают. Это не жизнь, вот почему: «Бродяга не может быть счастлив». — Он замолчал, надевая мятую кепку и глубоко затягиваясь табаком. — Жить мы не умеем, да и не можем, вот и радуемся неясно чему и зачем. Такова судьба неполноценных людей.
— Ничего не поняла, — угрюмо буркнула Крис, выбрасывая бычок в урну и безучастно глядя сквозь оживленную толпу. — Но и на этом спасибо.
— Ты мне кое-кого напоминаешь, — Старик слабо улыбнулся, сделав последний затяг и так же метко выбросил истлевший окурок.
— Даже знать не хочу, — проворчала рыжеволосая гончая, хмуро глядя на собеседника.
— А я ведь даже не сказал, кого именно! — усмехнулся усач, потирая уставшие руки. — Почему ты сюда возвращаешься?
— Не знаю.
— Уютно? Ты уже совсем взрослая, но раньше я тебя здесь не видел. Разве можно не знать о Холме?
— Я с детства знала об этом месте. Повода не было.
— А теперь что? — Хэммингем подозрительно прищурился. — Почуяла запах сородичей и уже не можешь упустить возможности воспользоваться статусом местной «знаменитости»? Ты же вошла без «приключений»? Догадайся, кто дал указку не занимать тебя у входа.