— Огненная дева! — радостно воскликнул Уол, не успела она сделать и пары шагов от порога. — Садись-ка! Выпей за здравие будущих Нимф, и не горюй так ужасно по волчьей судьбе! — пробасил здоровяк, нагло столкнув сидящего на табурете парня и подзывая Харенс к себе.
— Так, значит, обращаются со своими людьми? — мрачно воскликнула Крис, неодобрительно глядя на довольного стража и недоверчиво зыркнула в сторону дальнего угла, где преспокойно стоял Райан, опираясь на высокий костыль поудобнее и поблескивая стаканом раритетного янтарного виски. — Наверное, я не вовремя.
— Ну, только попробуй после этого уйти! — обиженно взвыл подвыпивший Цербер, попутно поднимая ошалевшего собрата одной левой и что-то шепча ему на ухо. — Дети Холма всегда рады бродягам! Давай, Мнемозина, не строй амнезию, словно не ясен сей твой к нам визит!
— При чём тут Мнемозина? — тихо буркнула себе под нос конопатая, всё же усевшись справа от Нонны и с недовольной миной закинула ногу на ногу. — Эй, Рон, что ты говорил насчёт новых позиций?
В баре непривычно ярко горел свет. Помимо причудливых люстр, зал освещали перемотанные скотчем доанархические гирлянды и странные лампы, развешенные по периметру оконных рам. Общий «длинный» стол подвинули к середине широкого зала, освободив место для новеньких круглых столиков, а пол был буквально залит выплескивающимся из кружек спиртным. Поодаль громко играли музыканты, «вооруженные» перекрученными акустическими гитарами и чем-то вроде кларнетов. Артисты неплохо справлялись с элементарной фольклорной мелодией, которую завершало нежное пение пышной молоденькой девицы в ярко-оранжевом платье, едва слышное из старого, изношенного микрофона, подключенного к небольшим колонкам. Повсюду сновали пьяные и не очень бродяги, вооруженные разве что дубинами, в силу установленных Бирму́ндом правил поведения в Кратере, и только Вэнс слегка придерживал ремень верного ремингтона, опираясь на вытянутый костыль и радуя глаз Харенс своей перебинтованной ногой.
— Ну как тебе? Правда прекрасная, м-м? — слащаво шепнула на ухо Кристин довольная Нонна, кивая в сторону певички. — Подметила её ещё при осмотре, очень способная барышня!
— Не интересуюсь, — холодно произнесла Кристин, не проявляя особого интереса к происходящему.
— Я о певчем таланте, глупышка! — она звонко рассмеялась, делая пару крупных глотков из открытой бутылки вина. — Как ты могла и подумать?!
— А я думал, ты по девкам! — раздосадовано пробасил Уолтер, не в силах сдержать своего разочарования.
— Чего, блин? — Крис непонимающе покосилась на Цербера и уже было поинтересовалась, откуда такие выводы, когда перед ней поставили горячий, невероятно ароматный напиток.
— П-прош-шу! — Рон расплылся в довольной улыбке, в ожидании вердикта.
— Что это? — Крис недоверчиво взглянула в крохотную чашку, наполненную чем-то тёмно-каштановым. Нос защекотали пряные специи и что-то для неё незнакомое, из-за чего бродяга нехотя отвлеклась от вероятной перебранки с трехглавым.
— Л-л-лег-генда-рн-ный Та-а-а... — Кель с силой одернул руку и сцепил пальцы в замок, разводя руки в стороны. — Татра-ти! — с облегчением выдохнул тот, поджигая странную жидкость спиртовой горелкой. — С-сталкер-ры н-нашли! Н-но его оч-чень м-м-мало и...
— Остынь, лапушка, — Нонни мягко похлопала его по предплечью. — Келька хотел сказать, что недавно наши смельчаки нашли целый доанархический клад, закопанный в руинах межгорья, где, помимо всякого прочего, отыскали старинные бутылочки с этим прекрасным напитком. Как настоящий ценитель редкостей, Бирму́нд дал добро на оборот этой алкашки, с учетом выпуска в малых пропорциях. Так что давай, наслаждайся. Товар лимитирован, знаешь ли. — она подмигнула, залпом допивая бутылку самодельного вина и требуя «ещо!».
— Пахнет отлично, — Кристин с предосторожностью понюхала странное варево и подняла глаза на бармена.
— Ч-ч-что т-то н-не т-так? — унимая дрожь в ладонях пролепетал мужчина.
— Пока не знаю. Репутация вашего бара — не очень, — холодно ответила гончая, мрачно поглядывая на довольную физиономию Цербера.
— Хей, милая, — приторно промурлыкала ей на ухо Нонна, слегка приобняв наёмницу за плечо, — ты же не думаешь, что я позволю кому-то наставить тебя, вблизи такого мужчины?
— Да ты чего, рыжая! — расхохотался поддатый Уолтер, громко хлопнув кулаком по столу. — Такая удача попробовать лучшие изыски предков, а ты всё пеняешь на Бэкка? Пацан помер, его проблемы! Ишь какой в свои-то годики стремный был! Теперь я тут главный, и не никому позволю спаивать наших дорогих гостей! Не будь я великим стражем преисподней, истерзанных душ и черепашек-воителей!