— Семьдесят два, три... — изредка приговаривала Крис, стараясь держать дыхание и, безо всякого упора, перешла к скручиваниям.
Сжав зубы, рыжеволосая бестия упорно выполняла упражнение, не останавливаясь вплоть до двухсот пятидесяти подходов. После резко перекатилась на ладони и принялась отжиматься, переходя сначала на кулаки, а затем и вовсе на выпрямленные пальцы, постепенно усложняя свою задачу.
Не смотря на все потуги Пауля, Кристин так и не перешла порог «трех пальцев». Каждый раз, когда она убирала средний — равновесие нарушалось и гончей приходилось возвращаться в прежнюю позицию. Взбухшие мышцы дрожали от напряжения, а руки нисколько не напоминали «ручонки хрупкой барышни», которой Кристин уж никак не являлась, даже если бы в этом вообще был какой-то резон. Глаза щипало от стекающих со лба капель пота, а закрепленная обручем челка постепенно выбивалась наружу. Сохраняя самообладание, Харенс выдержала чуть больше пяти минут тяжелейшего упражнения и вскочила на корточки, прижав ладони к груди, дабы перевести дыхание.
«Да уж, рановато я оттуда сбежала!» — она тяжело вздохнула, становясь на носки и принялась тихонечко подпрыгивать в воздухе. Нанося прямые удары перед собой, Кристин приземлялась практически бесшумно, словно пушинка.
«Борись, пока можешь дышать!» — таков был девиз отшельника, который хотел научить девчонку всему, что он только знал, пускай его об этом и не просили. Любая ошибка могла стоить жизни и Крис не могла позволить себе мимолетную слабость. Даже если все тело изнывало от боли, она через силу продолжала держать себя в форме, изо дня в день изнуряя тело бесконечными тренировками.
«Цель — оправдывает средства!» — твердила себе конопатая, кружа по комнате и нанося удар за ударом с таким же холодным, ожесточенным взглядом, с которым голодный хищник разрывает добычу.
— Наверное здорово: лезть вон из кожи, ради жалкого «презентабельного» вида, — тяжело дыша прошипела Кристин, срывая с растрепанных волос давящий голову обруч и устало плюхнулась на пол возле кровати. — Цивилизация падших идиотов! — злобно рыкнула та, натягивая тяжелые берцы, и мельком взглянула на валяющиеся неподалеку наручники. — Предки нихрена не знали, зачем всё это нужно на самом деле! Аж тошно быть наследницей ублюдков, для которых сильное тело было самой обычной забавой. Они никогда не выживали по-настоящему! Воображаемый мир с выдуманными правилами! Чертовы твари, кичились своей бесполезной «красотой»? Тоже мне — достижение!
***
Проснувшись с первыми лучами солнца, Вуншкинд быстро расчесалась и поспешила на первый этаж. Однако Кристин за завтраком не оказалось.
— А где Криста? — звонко поинтересовалась монашка, подвязывая лентой длинные волосы, после чего уселась за общий стол.
— На пробежке, — лучезарно улыбнулся Денис, с ходу подвигаясь к окну и уступая девушке место.
— Понятно.
— Доброе утро! Как спалось? — добавил тот, с интересом глядя на собеседницу и на миг позабыв о сытной яичнице с уткой.
— Точно! — спохватилась Лесса, виновато глядя на остальных. — Утречка вам!
— Доброе! — хором отозвались сибиряки, не отрываясь от завтрака.
— Выглядишь неважно, — вздохнул Воробей, печально глядя на бледные щечки послушницы. — Плохо спала, что ли?
— У тебя отеки? — заботливо подметила Вуншкинд. — И да, до самого рассвета уснуть не могла! Мысли всякие тревожили, вот! — улыбнулась она, нехотя присев рядом и приступая к завтраку.
— Бывает! — пожал плечами юноша. — Ну, что же ты так? Это ведь вредно для кожи! Благо хоть кушаешь хорошо, тебе нужно! Вон какая тощая, даже чересчур! — заботливо подметил пухляш, рывком открывая банку с соленьями. — Будешь?
— С каких пор он тут хозяйничает? — недовольно шепнула Ольга на ухо супруга.
— Сама сказала: «Жрите все, что на столе стоит!» — так же тихо ответил Андрей.
— Всё равно, мог бы и спросить! — буркнула женщина, доливая супругу воды.
— Что-то не так? — удивленно заморгала послушница, глядя на перешептывающихся старших.
— Опять вы за столом болтаете? — проворчала Степанна, убирая кувшин на место.
— Прошу простить! — улыбнулся Сперроу. — Девочки скоро уходят, а вы, наверное, и сами знаете, как трудно одному без ровесников! Кстати, а чего эта рыжая не с нами сейчас? Мама говорила, в семье так не принято. Сразу видно, невоспитанная.