— И як толька их вояки не перебили?! — негодовала копающаяся на грядке девица в лохмотьях.
— Ты шо, дурында? — недовольно отозвался ещё один работяга. — Там жиж народу до фига засело! Тыщь десить, не мене!
— Дурь! Стока по усей Славии не пощитат!
— То ты и считат не магёшь! Оно-то понятно, чегой-то Рейх их заломать не могёт! Ладно, кода против тебя дэбилов сотка-друга, а их там дофигищи! Уже скоко ж лет этих гадов вытравляють, и чёт без толку!
— Мы шой, и все от психов помрем?
— Та вот ещо! Пока Господи бдять — хрен там! — усмехнулся однозубый мужик, продолжая рвать сорняки натруженными руками.
Слушая болтовню рабочих, Кристин тоскливо смотрела сквозь проходящих мимо людей из-под приоткрытых век. Усталость давала о себе знать, а жуткая боль в спине не позволяла удобно облокотиться о кирпичную стену местной общажки. Кажется, Райан успел оставить увечья похуже дурацкого шрама.
— Какова цена «согласия»? — грубый мужской голос отрезвил погруженную в свои мысли наемницу. Кристин настороженно зыркнула на среднего роста мужчину в рабочих лохмотьях.
— Люблю когда спрашивают напрямую. Куда пойдём?
— Куда скажу, — сухо бросил клиент и направился к большому амбару поодаль.
— Хорошо, — она угрюмо шмыгнула носом и зашагала следом, то и дело поправляя подвязанные к поясу лохмотья, которые скрывали оружие в набедренных подсумках и портупее.
Подойдя к громоздкому складу, рабочий повесил на дверь железную подкову и, пропустив конопатую первой, подал своякам своеобразный сигнал, мол, уводит девку на сеновал. Иногородние женщины всегда были в цене, а бродячие проститутки подавно, поскольку могли выбирать клиентов свободно. Считалось что такая мать передаст потомству лучшие гены, а любовница всяко управится лучше местной «уродины».
«Отлично. Времени на разговор с работодателем будет предостаточно, а если обозналась — плюс минус гражданин, что уж поделать?» — скривилась наёмница, оглядывая тусклое помещение.
— Молодец, Прохор! — произнес стройный широкоплечий мужчина среднего роста, сидящий на сеновале. — Займись, будь добр, заготовками, пока мы с девушкой разговариваем. — вежливо приказал он, смахнув солому со строгих серых штанов, и сложил пальцы домиком на уровне груди.
Сопровождение тут же удалилось, а заказчик довольно закинул ногу на ногу и с интересом оглядел наемницу:
— И правда, «гончая»! — он одобрительно кивнул и слабо усмехнулся, поправляя аккуратную гульку темно-каштановых волос. — Сразу учуяла, где пахнет псиной!
— Всё по инструкции, — холодно ответила Крис, оперевшись спиной о противоположную стену и скрещивая руки на груди.
— Что не может не радовать! — расплывшись в довольной улыбке, он с интересом рассматривал свежий шрам на щеке конопатой, словно пытался запомнить новинку.
— Почему ты не предупредил о хвосте? — хмуро поинтересовалась Кристин.
— Ты говоришь о Райане? — заказчик загадочно улыбнулся и поправил бежевую безрукавку поверх черной рубашки. Несмотря на поношенную одежду, выглядел он довольно прилично и даже знатно.
— О ком ещё?
— Верно, в контракте этого не уточнялось. Думаю, ты понимаешь, почему? — Его безмятежные каре-зеленые глаза устремились на переносицу гончей, а бархатный баритон с хрипотцой дополнял непривычный ныне образ интеллигента. — Если бы всё было так просто, мне не пришлось бы стрелять пятым по счёту «дротиком». Считай, ты справилась на отлично! Мне даже жаль, что я не могу переписывать законы Холма. В конце концов, слабость сродни потере авторитета.